Читать бесплатно онлайн

Дело об убийстве Симон Диманш

Автор Влас Михайлович Дорошевич

12+

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«А. В. Сухово-Кобылин – загадка в русской литературе. Он написал три пьесы: „Свадьбу Кречинского“, – пьесу, ставшую классической, „Дело“, которое произвело потрясающее впечатление, когда было поставлено, и которое редко даётся теперь потому же, почему редко даётся „Горькая судьбина“ Писемского, – уж очень „отжитое время“ в ней описывается, – и, наконец, „Смерть Тарелкина“, с которой, наконец, снят запрет, и которая с сегодняшнего дня займёт почётное место в русском репертуаре…»

Дата написания1904-12-31

Язык книгиru

Язык оригинала0

Возрастное ограничение12+

Жанры

зарубежная публицистика публицистика

Читать онлайн

Страница 2 из 4

Тяжело оскорбленный, отданный под суд, с перспективой быть осужденным, – он расцвел, пополнел, порозовел в несколько месяцев. Пусть то, что случилось, ужасно, но оно все-таки уже случилось, не надо ждать.

Муки, которые он испытывал в течение двух лет беспрерывно, каким бы то ни было образом, – но кончились. А это были муки! Нельзя выдумать казни ужаснее, чем ожидание казни! Его трепет передавался и нам, его знакомым. Он заражал своим ужасом окружающих.

В гостях, среди самой веселой, оживленной болтовни, он бледнел, мертвел:

– Кажется, мимо окна прошел господин в серой шляпе? Это «он». «Он» меня караулит.

И, выходя раньше этого несчастного, я сам с трепетом оглядывался:

– А нет ли около господина в серой шляпе, не караулит ли он этого несчастного?

И каждый встречный в серой шляпе заставлял меня вздрагивать, останавливаться и следить глазами:

– Не тот ли? Не пойдет ли он в ту сторону, где находится теперь злосчастный помещик?

Два года он, действительно, как следует, не ел, не пил, не спал, – не жил, а дрожал.

Таков ежеминутный страх смерти.

И, в таком состоянии, играть, работать для детей.

Дети – еще одно осложнение этой, действительно, трагической истории. Г-н Малов в тюрьму с собой взял портреты детей. Это была для него святыня. Г-жа Пасхалова до безумия любит своих детей.

Муж и жена могли бы не встречаться. Живя в вечном трепете, жена могла бы бегать от встречи с мужем. Но г. Малов, который горячо любит своих детей, пожелает их видеть, видеть, быть может, постоянно. Г-жа Пасхалова не отдаст детей. Новый элемент для возможной трагедии.

В интересах этих детей, чтоб дело не было замято.

Дети вырастут, узнают про трагедию, разыгравшуюся из-за их матери, – и перед ними встанет роковой и требующий необходимого ответа вопрос:

– Как они должны смотреть на свою мать? Как смотреть на своего отца? Что именно случилось у них в семье?

И ответ психиатров так же мало удовлетворит их, как мало он удовлетворил общественную совесть.

Нет области знания, более спорной. Печать, которую прикладывают к делу психиатры, в двух третях случаев вовсе не запечатывает дела окончательно, она только накладывает новую туманную дымку.

– Психиатры признали его ненормальным.

Но позвольте, – говорят, – кого же психиатры признают в наше время «нормальным»?

Известный петербургский психиатр завел себе обезьяну.

– Это вы для того, чтобы видеть, наконец, «нормального» человека? – сострил один его знакомый.

В этой шутке много правды.

– Случалось ли вам когда-нибудь видеть «нормального» человека? – спрашивает психиатр.

– Никогда. Да и не дай Бог видеть. «Нормальный», совсем «нормальный» человек! Ну, это уж будет не человек, а скотина.

– Весь свет ненормален? – спрашивал я одного психиатра.

– Поголовно! И, что самое ужасное в этом диагнозе, – это то, что он поставлен тоже ненормальным человеком, – улыбнулся в ответ психиатр.

Можно относиться с почтением к психиатрии и ее жрецам, – но позволительно не считать их непогрешимыми.

Эти психиатры нашли, что г. Малов убил в состоянии патологического аффекта. Другие психиатры, вызванные частными обвинителями, семьей убитого, быть может, этого бы и не нашли. И, быть может, на суде бы доказали большую основательность своих заключений.

Только суд, гласно, под общественным контролем, разобравший все обстоятельства дела, возвестивший все доводы за и против, только приговор присяжных, представителей общественной совести, – может успокоить, дать ответ взволнованной общественной совести.

Я не сторонник того обвинительного направления, которое у нас царит за последнее время. Но я, как и все, сторонник судебного направления дел о преступлениях. Пусть суд гласный, общественный, решает дела, а не специалисты-эксперты, быть может, односторонне посмотревшие на дело.

Когда человека оправдывают или обвиняют, – никаким «быть может» нет места. А там, где не было суда, гласного рассмотрения дела, – всегда есть место для предположений:

– Быть может, это ошибка!

Специалистам-экспертам с их знаниями, опытом, честь и место на суде. Они хорошие советчики. Но ответ по судебным делам должен давать суд.

Только суд, выяснивший, осветивший все подробности, все причины катастрофы, взвесивший тщательно вопрос о виновности, – имеет значение, успокаивающее общественную совесть, глубоко житейски-поучительное.

Сомнение – это тяжкий туман, который остается после таких дел. Ему не должно быть места. А дело, прекращенное не вследствие приговора, а вследствие только отзыва экспертов, всегда оставит после себя туман, сомнение.

Вся эта страшная история произошла почти на моих глазах. Я знал все ее детали, все подробности. И на моих глазах разыгрался этот роман без конца, – но со страшным эпилогом.

Увлекался ли покойный Рощин г-жой Пасхаловой?

– Хоть бы пригласили что-нибудь интересное!

Это был первый отзыв Рошина о приглашенной в труппу г. Соловцова новой артистке, г-же Пасхаловой.

Г-жа Пасхалова дебютировала с огромным, – прямо – с колоссальным успехом.

Петербуржцы, видевшие ее в «экзотическом» репертуаре литературно-артистического театра, – не узнали бы г-жи Пасхаловой. С артистами это бывает. У многих артистов есть города, где они «не могут играть». Здесь ее что-то давило, там она развернулась и играла, например, Маргариту Готье [5] так, что публика цепенела в потрясающих местах драмы. Это была другая артистка!

Все были поражены, Рощин больше всех:

– Какая артистка! Какая артистка!

Увлекающийся, с пылким воображением, он уже ставил ее «выше Дузэ, выше Сарры Бернар».

Они играли вместе «Защитника» [6] . Рощин, действительно, никогда так хорошо не играл, с таким увлечением.

– Да я другим человеком на сцене себя чувствую! Я никогда так не играл.

«Артистический роман» начался.

Рощин утром с дрожью брался за газеты:

– Что пишут о Пасхаловой?

К счастью его, рецензии все были восторженные, и ничто не выводило его из радужного настроения.

Теперь уже все в «неинтересной новой актрисе» приводило Рощина в восторг.

– Представь себе, я на репетиции сказал, где хочу взять себе квартиру. Отличную квартиру нашел, три дня бегал. А Пасхалова услышала, пошла да и взяла эту квартиру себе. «Зачем, – говорит, – вам такая удобная квартира?» Ну, разве не прелесть?

Если уж человек начал восторгаться теми неприятностями, которые ему делает женщина, – значит, первая глава романа пишется.

Оставалась ли г-жа Пасхалова равнодушна к этому поклонению Рощина?

Не думаю. Горячие похвалы такого известного артиста, знаменитости, общепризнанного таланта, не могли оставлять ее равнодушною. Ей, несомненно, было это и приятно, и лестно.

Они немножко, но совершенно искренно льстили друг другу и привыкали к этому. Их сближали эти взаимные восторги.

Она благодарила его:

– Только благодаря вам я могла так провести эту сцену!

Он восторгался:

– Как вы играли! Если б вы знали, – как вы играли!

К тому же Рощин бросил кутить, – г-жа Пасхалова его спасала.

В женском сердце живет эта потребность кого-нибудь «спасать». Они спасают слепых котят, щенят, талантливых, но беспутных людей, безразлично кого, – но непременно «спасают».

Спасти талант, – разве это не лестно для женщины?

– Рощин бросил кутить!

– Представьте!

Страница 2 из 4

Назад 1 2 3 4 Далее