В книге «Последний из могикан» описывается борьба английских войск с французскими и индейцами в Северной Америке, их стратегии, обман и культуру племени. Главные герои сталкиваются с опасностями, принимают трудные решения и участвуют в обрядах памяти погибших.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между английскими войсками, французскими генералами и индейцами, а также внутренние дилеммы персонажей, связанные с выживанием и лояльностью

Ключевые идеи

Географическая и стратегическая важность озера Шамплейн и реки Гудзон.
Приближение французского генерала Маркиза Монкальма и реакция английских войск.
Встреча с индейским проводником Магуа и странным псалмопевцом.
Скрытность и опасность в лесу: крик, волки, гуроны, ночная оборона.
Битва с Хитрой Лисицей и Великим Змеем, освобождение пленённых.
Дипломатия и обман как средства выживания и достижения целей.
Тактика скрытного наступления и использование природных укрытий
Культурные обряды и память как способ справиться с потерями

Вывод

Книга приводит к выводу, что в условиях войны выборы часто требуют обмана, сотрудничества и уважения к культурным традициям, а не только к военной мощи.

Кому полезна

Любители классической литературы
Историки
Читатели, интересующиеся военной тактикой и культурой индейцев

Главные темы

Война и стратегии
Культура и обряды племени

Персонажи

Соколиный Глаз — Опытный охотник и воин, руководит разведкой и боевыми действиями, помогает группе в обороне и принимает решения о наступлении и защите.
Магуа — Проводник, обещающий показать путь к озеру и сократить расстояние. Участник гуронов, участвует в бою.
Ункас — Помогает группе, спасая Давида, участвует в обороне и присутствует на обряде. Участник племени.
Давид — Использует музыку и веру, чтобы влиять на индейцев и спасти пленённые девушки. Не имеет боевого опыта, но готов помочь, использует пращу.
Хейворд — Ответственный за безопасность группы, готов к бою, служит в отряде, участвует в бою и обряде.
Кора — Показывает смелость и заботу о сестре. Женщина, убитая в ходе боя, тело которой участвует в обрядах.
Маркиз Монкальм — Главный противник, чье приближение вызывает тревогу среди английских войск.
Майор Мунро — Ответственный офицер, организующий отряд для защиты от французского наступления и присутствующий на обряде.
Генерал Вебб — Более крупный офицер, который держит большую армию, но проявляет осторожность.
Странный псалмопевец — Незнакомец с необычной внешностью, который поёт псалмы и сопровождает группу.
Разведчик — Опытный наблюдатель, который первым услышал крик и предложил исследовать его источник.
Дункан — Смелый и решительный, участвует в боевых действиях.

Цитаты

Готов узнать я самое плохое
Псалмопевец все время отбивал такт правой рукой.
Как можно назвать такой вопль?
У-у-ух!
– Молодцы, делавары! Победа за могиканином! – крикнул Соколиный Глаз, снова подняв приклад смертоносного ружья.
– Мы спасены, спасены! – шептала она. – Мы можем вернуться в объятия дорогого отца.
Франция! – Победа!
Главная опасность для вас будет в тот момент, когда дикари увидят, что их обманули.
Погоди! – сказал разведчик, хватая друга за плечо.
Славный выдался денек для сражения!

Сводка по автору из Wikidata

1789–1851. James Fenimore Cooper. американский писатель (1789—1851)

Читать онлайн

Страница 1 из 95

Джеймс Купер Последний из могикан

Глава I

Готов узнать я самое плохое

И страшное, что ты мне мог принесть,

Готов услышать тягостную весть.

Ответь скорей – погибло ль королевство?!

Шекспир[1]

Может быть, на всем огромном протяжении границы, которая отделяла владения французов от территории английских колоний Северной Америки, не найдется более красноречивых памятников жестоких и свирепых войн 1755–1763 годов, чем в области, лежащей при истоках Гудзона и около соседних с ними озер. Эта местность представляла для передвижения войск такие удобства, что ими нельзя было пренебрегать.

Водная гладь Шамплейна тянулась от Канады и глубоко вдавалась в колонию Нью-Йорк; вследствие этого озеро Шамплейн служило самым удобным путем сообщения, по которому французы могли проплыть до половины расстояния, отделявшего их от неприятеля.

Близ южного края озера Шамплейн с ним сливаются хрустально ясные воды Хорикэна – Святого озера.

Святое озеро извивается между бесчисленными островками, и его теснят невысокие прибрежные горы. Изгибами оно тянется далеко к югу, где упирается в плоскогорье. С этого пункта начинался многомильный волок, который приводил путешественника к берегу Гудзона; тут плавание по реке становилось удобным, так как течение свободно от порогов.

Выполняя свои воинственные планы, французы пытались проникнуть в самые отдаленные и недоступные ущелья Аллеганских гор и обратили внимание на естественные преимущества только что описанной нами области. Действительно, она скоро превратилась в кровавую арену многочисленных сражений, котoрыми враждующие стороны надеялись решить вопрос обладания колониями.

Здесь, в самых важных местах, возвышавшихся над окрестными путями, вырастали крепости; ими овладевала то одна, то другая враждующая сторона; их то срывали, то снова отстраивали, в зависимости от того, чье знамя взвивалось над крепостью.

В то время как мирные земледельцы старались держаться подальше от опасных горных ущелий, скрываясь в старинных поселениях, многочисленные военные силы углублялись в девственные леса. Возвращались оттуда немногие, изнуренные лишениями и тяготами, упавшие духом от неудач.

Хотя этот неспокойный край не знал мирных ремесел, его леса часто оживлялись присутствием человека.

Под сенью ветвей и в долинах раздавались звуки маршей, и эхо в горах повторяло то смех, то вопли многих и многих беззаботных юных храбрецов, которые в расцвете сил спешили сюда, чтобы погрузиться в глубокий сон долгой ночи забвения.

Именно на этой арене кровопролитных войн развертывались события, о которых мы попытаемся рассказать. Наше повествование относится ко времени третьего года войны между Францией и Англией, боровшимися за власть над страной, которую не было суждено удержать в своих руках ни той, ни другой стороне.

Тупость военачальников за границей и пагубная бездеятельность советников при дворе лишили Великобританию того гордого престижа, который был завоеван для нее талантом и храбростью ее прежних воинов и государственных деятелей. Войска англичан были разбиты горстью французов и индейцев; это неожиданное поражение лишило охраны большую часть границы. И вот после действительных бедствий выросло множество мнимых, воображаемых опасностей. В каждом порыве ветра, доносившемся из безграничных лесов, напуганным поселенцам чудились дикие крики и зловещий вой индейцев.

Под влиянием страха опасность принимала небывалые размеры; здравый смысл не мог бороться с встревоженным воображением. Даже самые смелые, самоуверенные, энергичные начали сомневаться в благоприятном исходе борьбы. Число трусливых и малодушных невероятно возрастало; им чудилось, что в недалеком будущем все американские владения Англии сделаются достоянием французов или будут опустошены индейскими племенами – союзниками Франции.

Поэтому-то, когда в английскую крепость, возвышавшуюся в южной части плоскогорья между Гудзоном и озерами, пришли известия о появлении близ Шамплейна маркиза Монкальма и досужие болтуны добавили, что этот генерал движется с отрядом, «в котором солдат что листьев в лесу», страшное сообщение было принято скорее с трусливой покорностью, чем с суровым удовлетворением, которое следовало бы чувствовать воину, обнаружившему рядом с собой врага. Весть о наступлении Монкальма пришла в разгар лета; ее принес индеец в тот час, когда день уже клонился к вечеру. Вместе со страшной новостью гонец передал командиру лагеря просьбу Мунро, коменданта одного из фортов на берегах Святого озера, немедленно выслать ему сильное подкрепление. Расстояние между фортом и крепостью, которое житель лесов проходил в течение двух часов, военный отряд, со своим обозом, мог покрыть между восходом и заходом солнца. Одно из этих укреплений верные сторонники английской короны назвали фортом Уильям-Генри, а другое – фортом Эдвард, по имени принцев королевского семейства. Ветеран-шотландец Мунро командовал фортом Уильям-Генри. В нем стоял один из регулярных полков и небольшой отряд колонистов-волонтеров; это был гарнизон, слишком малочисленный для борьбы с подступавшими силами Монкальма.

Должность коменданта во второй крепости занимал генерал Вебб; под его командованием находилась королевская армия численностью свыше пяти тысяч человек. Если бы Вебб соединил все свои рассеянные в различных местах отряды, он мог бы выдвинуть против врага вдвое больше солдат, чем было у предприимчивого француза, который отважился уйти так далеко от своего пополнения с армией не намного больше, чем у англичан.

Однако напуганные неудачами английские генералы и их подчиненные предпочитали дожидаться в своей крепости приближения грозного неприятеля, не рискуя выйти навстречу Монкальму, чтобы превзойти удачное выступление французов у Дюкеснского форта, дать врагу сражение и остановить его.

Когда улеглось первое волнение, вызванное страшным известием, в лагере, защищенном траншеями и расположенном на берегу Гудзона в виде цепи укреплений, которые прикрывали самый форт, прошел слух, что полуторатысячный отборный отряд на рассвете должен двинуться из крепости к форту Уильям-Генри. Слух этот скоро подтвердился; узнали, что несколько отрядов получили приказ спешно готовиться к походу. Все сомнения по поводу намерений Вебба рассеялись, и в течение двух-трех часов в лагере слышалась торопливая беготня, мелькали озабоченные лица. Новобранец тревожно сновал взад и вперед, суетился и чрезмерным рвением своим только замедлял сборы к выступлению; опытный ветеран вооружался вполне хладнокровно, неторопливо, хотя строгие черты и озабоченный взгляд ясно говорили, что страшная борьба в лесах не особенно радует его сердце.

Наконец солнце скрылось в потоке сияния на западе за горами, и, когда ночь окутала своим покровом это уединенное место, шум и суета приготовлений к походу смолкли; в бревенчатых хижинах офицеров погас последний свет; сгустившиеся тени деревьев легли на земляные валы и журчащий поток, и через несколько минут весь лагерь погрузился в такую же тишину, какая царила в соседних дремучих лесах.