Читать бесплатно онлайн

Сочинения

Автор Иван Саввич Никитин

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

В настоящее издание «Сочинений» включает все стихотворения и поэмы И.С. Никитина (1842‑1861), автобиографическую повесть «Дневник семинариста» и избранные письма. Это собрание позволяет читателю увидеть полный спектр творческого наследия поэта, от лирических произведений до личных размышлений. Книга представляет ценность как для исследователей, так и для любителей русской литературы XIX века.

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

русская поэзия

Темы

поэзияИван Саввич Никитинпесньдневникписьмарусская литературапейзажсоциальная критикаисториялитературный сборник

Читать онлайн

Страница 2 из 174

И.С. Никитин Сочинения

ПОДВИГ ПОЭТА[1]

Есть поэты, которые захватывают нас в юности сразу, но захватывают ненадолго. Увлечение ими проходит так же быстро, как и пришло. Охладев, мы уже редко вспоминаем о них, а если и вспоминаем, то только с добродушной насмешкой над собой.

Есть поэты иного рода. К ним мы трудно привыкаем, но, привыкнув, не расстаемся с ними никогда, открывая с годами в них все новые и новые глубины, все новые и новые богатства. И лишь самые счастливые из поэтических талантов входят в нашу жизнь навсегда с первого же знакомства. И дело тут, вероятно, не столько в размерах дарования, сколько в его характере, нравственной чистоте, в том обаянии, которое излучает поэт как своим творческим горением, так и всем подвигом своей жизни.

К числу именно таких поэтов я отношу для себя Ивана Саввича Никитина.

В старой деревне, где прошло мое раннее детство, книги были большой редкостью, но стихи Никитина я помню почти с тех же самых пор, как и себя. Его «Соху» читал мне в праздничные досуги отец, и я сразу запоминал полюбившиеся мне строки:

По твоей ли, соха, милости С хлебом гумна пораздвинуты, Сыты злые, сыты добрые, По полям ковры раскинуты? .. ... Уж и кем же ты придумана, К делу навеки приставлена? Кормишь малого и старого, Сиротой сама оставлена...

Наш сосед, печник Михайла Игнатов, поссорившись с сельским старостой и хватив с досады лишнюю чарку горькой, подбадривал себя перед деревенской околицей «Песней бобыля»:

Уж ты плачь ли, не плачь — Слез никто не видит, Оробей, загорюй — Курица обидит.

В школьные годы я плакал, заучивая наизусть «Жену ямщика», а когда прочитал это стихотворение на уроке, наша учительница Ольга Михайловна решила, что мне непременно нужно выступить с ним на литературном вечере. Это было мое первое публичное выступление. Сама Ольга Михайловна открыла вечер тоже стихами Никитина:

Медленно движется время, — Веруй, надейся и жди... Зрей, наше юное племя! Путь твой широк впереди.

Благодаря стараниям сельской интеллигенции, особенно учителей, у нас в округе стихи Никитина знали даже неграмотные мужики, вроде печника Михайлы. Его имя произносилось рядом с именем Некрасова.

Немудрено, что Никитин стал для меня уже в годы детства одним из самых близких, самых родных поэтов. Потом, когда в средней школе я познакомился с новейшей поэзией, пришли новые увлечения, но они не погасили в моей душе любви к Никитину.

С годами, чем больше я вчитывался в его произведения, вдумывался в его жизнь, тем больше проникался уважением к личности этого талантливого и нравственно несгибаемого человека.

Читая и перечитывая биографии широко известных русских писателей девятнадцатого века, ни на одну минуту не перестаешь удивляться воистину подвижническому характеру творцов нашей литературы. Но даже в ряду таких подвижников-страстотерпцев имя Ивана Саввича Никитина занимает совершенно особое место.

Жизнь Никитина являет яркий пример того, как сильный духом человек, осознавший свое право на творчество, воспитывает в себе гражданина и художника, поднимаясь не только над неблагоприятными житейскими обстоятельствами, над предрассудками окружающей среды, но и над самим собой, стараясь возвыситься до уровня стоящих перед ним задач, то есть прежде всего творит самого себя, и творит сознательно, целеустремленно.

В этом отношении биография Никитина весьма поучительна для подрастающих поколений. Она дает богатейший материал не только для исследователей, но и для художников.

Сколько талантливых русских людей надламывалось в сходной обстановке и либо становились такими же накопителями, как их удачливые соседи, либо спивались. И нужно было обладать поистине богатырской нравственной силой, чтобы не только не изменить лучшим идеалам своей юности, но и упорно идти вперед, преодолевая иллюзии и заблуждения, но не поступаясь ничем из благородных моральных принципов.

Если верно, что талант — это прежде всего характер, то Никитин обладал незаурядным талантом, так как в его характере нашли свое выражение лучшие черты русского национального духа — упорство в достижении поставленных целей, неистребимый оптимизм, высокая человечность, душевная чистота и суровая, бескомпромиссная требовательность к себе.

Конечно, у Никитина перед глазами уже был живой, вдохновляющий пример его земляка Кольцова, который, будучи прасолом, сумел создать произведения, заставившие заговорить о нем как о народном поэте всю страну. И тут Никитин, бесспорно, шел по уже проложенной дороге.

Но не следует забывать и о том, что, как ни тяжелы были обстоятельства личной жизни Кольцова, его прасольство все-таки давало ему гораздо больше простора, чем дворничество Никитина.

И нужно удивляться не тому, что Никитин не сразу нашел в поэзии свою дорогу, а тому, как быстро он преодолел чуждые влияния и как много смог сделать за свою короткую творческую жизнь.

Никитин не боится сказать о своих сермяжных героях самую горькую правду, не боится потому, что знает и любит народ, верит в его нравственную силу. И не случайно наивысший расцвет творчества Никитина совпадает с эпохой общественного подъема второй половины пятидесятых годов, связанного с подготовкой так называемой «крестьянской реформы». В эти годы поэт достигает полной творческой зрелости и создает лучшие свои произведения, в том числе и поэмы «Кулак» и «Тарас». В эти же годы появляются и наиболее проникновенные образцы пейзажной лирики Никитина, удивительно целомудренной, музыкальной и живописной.

Нет ничего более несправедливого для одного из самых любимых народом поэтов, чем представление, будто Никитин всю жизнь пел с чужого голоса, вначале подражая бардам «чистого искусства», а потом Некрасову.

Взыскательный, до жесткости требовательный к себе художник, Никитин, упорно боровшийся за овладение высотами мастерства и не раз переделывавший свои ранние стихи, в пору зрелости выработал свою собственную поэтическую форму, свой стих, емкий и гибкий, отличающийся большим ритмическим богатством. Возьмем для примера стихотворение «Гнездо ласточки», где в самом ритме как будто передается ход мельничных колес:

Шумит вода, рукав трясет, На камни рожь дождем течет, Под жерновом муку родит, Идет мука, в глаза пылит. Об мельнике и речи нет. В пыли, в муке, и лыс, и сед...

Стих Никитина живописен и музыкален в одно и то же время. Вот начало одного из его стихотворений, где первые две строки в строфе не рифмуются:

Ах, у радости быстрые крылья, Золотые да яркие перья! Прилетит — вся душа встрепенется, Перед смертью больной улыбнется!

Здесь поистине поет каждое слово.

Большого мастерства достиг Никитин в изображении родной природы, сказал о ней свое, очень свежее слово, которое глубоко волнует нас до сих пор. Его «Утро», начинающееся изумительно яркими по живописи строками:

Звезды меркнут и гаснут. В огне облака. Белый пар по лугам расстилается. По зеркальной воде, по кудрям лозняка От зари алый свет разливается, —

Страница 2 из 174

Назад 1 2 3…174 Далее