На высоком берегу Волги в общественном саду разворачивается конфликт между личными желаниями и общественными обязанностями, раскрывая социальное неравенство, семейные разногласия и внутренние страхи персонажей, в кульминации которых символизирует гроза бурю судьбы.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными желаниями и общественными обязанностями, проявляющийся в семейных разногласиях, социальном неравенстве и страхах персонажей, символизируемый грозой.

Ключевые идеи

Конфликт между купцом и мещанами, выраженный в недовольстве Бориса и критике Дикова
Социальное неравенство и проблемы наследства в купеческом обществе
Мечты о техническом прогрессе и их влияние на жизнь простых людей
Внутренние семейные разногласия и вопросы почтения родителей
Семейный конфликт и власть мужа над женой
Тема свободы и ограничений в семейных отношениях
Важность порядка и традиций в доме
Критика городской суеты и быстротечности времени.
Семейные конфликты и социальные нормы.
Романтическая страсть и моральные дилеммы.
Страх перед грозой и её возможными последствиями.
Конфликт между персонажами о мерах безопасности от молний.

Вывод

Книга приводит к осознанию сложности человеческих отношений и того, как социальные и семейные давления могут привести к трагическим последствиям, оставляя читателя с открытым вопросом о балансе между личной свободой и общественными обязанностями.

Кому полезна

Студенты русской литературы и театра
Любители классической драмы
Театральные режиссёры и актёры, работающие с произведениями Островского

Главные темы

Социальное неравенство и конфликт между купечностью и мещанством
Семейные разногласия и поиск свободы
Традиции против современных стремлений
Страх и внутренние конфликты, символизированные грозой

Персонажи

Кулигин — Говорит о «запорах» и «собаках» в городе. Предлагает простое решение установки стальных шестов для защиты от молний. Слушает и поддерживает Кабанова, участвует в поиске Катерины.
Кудряш — Обсуждает традиции и любовь с Борисом. Предлагает использовать калитку, чтобы избежать подозрений.
Борис — Участвует в обсуждении грозы, пытается поддержать Катерину, обсуждает с Кулигиным, Кудряшом и Варварой, встречается с Катериной. Вспоминает прошлое, уходит в Сибирь. В примечаниях отмечено, что он не одет по-русски.
Феклуша — Беспокоится о том, как хозяин будет вести себя и как это повлияет на дом. Тщательно наблюдает за людьми и их поведением, выражает недовольство суетой.
Катерина — Желающая уйти от мужа, но ограниченная семейными обязанностями. Отказывается от Бориса, но в итоге обмениваются эмоциональными словами. Плачет, вспоминает ночи, когда гуляла одна, выражая страх перед грозой. Показывает глубокую печаль и чувство вины, бросается в воду.
Марфа Игнатьевна — Сдержанная, но обеспокоенная тем, как меняется время и общество.
Кабанов — Соблюдает семейный порядок и пытается удержать Катерину. Борется с семейными конфликтами, обвиняет мать и себя.
Дикой — Выражает недовольство тем, как люди обращаются к нему, и считает себя «воином». Отвергает предложение Кулигина о стальных шестах, считая их бесполезными.
Глаша — Старается поддержать Феклушу, участвует в обсуждении поездки хозяина. Управляет хозяйством, помогает Марфе. Сообщает о пропаже жены и участвует в поиске.
Варвара — Поддерживает Катерину, участвует в попытках удержать её. Пытается убедить Бориса идти к «оврагу» за Кабановыми. Опасается, что мать заметит их, и пытается успокоить Катерину.
Барыня — Вмешивается в семейные споры, указывая на грозу и предупреждая о опасности.
Кабанова — Указывает на порядок и традиции, пытается удержать Катерину.

Цитаты

«Среди долины ровныя, на гладкой высоте…»
«Гром. Ах!"
"Тихон, не уезжай! Ради Бога, не уезжай! Голубчик, прошу я тебя!"
"Пора, Тихон! Поезжай с Богом!"
Там и подожду.
"Уж она Литва и есть."
"Грозы частые, а не заведем мы громовых отводов."
Ночною темнотою покрылись небеса, Все люди для покою закрыли уж глаза…
Кабанов. Маменька-то у вас больно крута.
Все лица, кроме Бориса, одеты по-русски.

Сводка по автору из Wikidata

1823–1886. 亚历山大·尼古拉耶维奇·奥斯特洛夫斯基. русский драматург

Читать онлайн

Страница 3 из 16

Явление пятое

Кабанова, Кабанов, Катерина и Варвара.

Кабанова. Если ты хочешь мать послушать, так ты, как приедешь туда, сделай так, как я тебе приказывала.

Кабанов. Да как же я могу, маменька, вас ослушаться!

Кабанова. Не очень-то нынче старших уважают.

Варвара (про себя). Не уважишь тебя, как же!

Кабанов. Я, кажется, маменька, из вашей воли ни на шаг.

Кабанова. Поверила бы я тебе, мой друг, кабы своими глазами не видала да своими ушами не слыхала, каково теперь стало почтение родителям от детей-то! Хоть бы то-то помнили, сколько матери болезней от детей переносят.

Кабанов. Я, маменька…

Кабанова. Если родительница что когда и обидное, по вашей гордости, скажет, так, я думаю, можно бы перенести! А, как ты думаешь?

Кабанов. Да когда же я, маменька, не переносил от вас?

Кабанова. Мать стара, глупа; ну, а вы, молодые люди, умные, не должны с нас, дураков, и взыскивать.

Кабанов (вздыхая, в сторону). Ах ты, Господи! (Матери.) Да смеем ли мы, маменька, подумать!

Кабанова. Ведь от любви родители и строги-то к вам бывают, от любви вас и бранят-то, все думают добру научить. Ну, а это нынче не нравится. И пойдут детки-то по людям славить, что мать ворчунья, что мать проходу не дает, со свету сживает. А, сохрани Господи, каким-нибудь словом снохе не угодить, ну, и пошел разговор, что свекровь заела совсем.

Кабанов. Нешто, маменька, кто говорит про вас?

Кабанова. Не слыхала, мой друг, не слыхала, лгать не хочу. Уж кабы я слышала, я бы с тобой, мой милый, тогда не так заговорила. (Вздыхает.) Ох, грех тяжкий! Вот долго ли согрешить-то! Разговор близкий сердцу пойдет, ну, и согрешишь, рассердишься. Нет, мой друг, говори, что хочешь, про меня. Никому не закажешь говорить: в глаза не посмеют, так за глаза станут.

Кабанов. Да отсохни язык…

Кабанова. Полно, полно, не божись! Грех! Я уж давно вижу, что тебе жена милее матери. С тех пор, как женился, я уж от тебя прежней любви не вижу.

Кабанов. В чем же вы, маменька, это видите?

Кабанова. Да во всем, мой друг! Мать, чего глазами не увидит, так у нее сердце вещун, она сердцем может чувствовать. Аль жена тебя, что ли, отводит oт меня, уж не знаю.

Кабанов. Да нет, маменька! что вы, помилуйте!

Катерина. Для меня, маменька, все одно, что родная мать, что ты, да и Тихон тоже тебя любит.

Кабанова. Ты бы, кажется, могла и помолчать, коли тебя не спрашивают. Не заступайся, матушка, не обижу, небось! Ведь он мне тоже сын; ты этого не забывай! Что ты выскочила в глазах-то поюлить! Чтобы видели, что ли, как ты мужа любишь? Так знаем, знаем, в глазах-то ты это всем доказываешь.

Варвара (про себя). Нашла место наставления читать.

Катерина. Ты про меня, маменька, напрасно это говоришь. Что при людях, что без людей, я все одна, ничего я из себя не доказываю.

Кабанова. Да я об тебе и говорить не хотела; а так, к слову пришлось.

Катерина. Да хоть и к слову, за что ж ты меня обижаешь?

Кабанова. Эка важная птица! Уж и обиделась сейчас.

Катерина. Напраслину-то терпеть кому ж приятно!

Кабанова. Знаю я, знаю, что вам не по нутру мои слова, да что ж делать-то, я вам не чужая, у меня об вас сердце болит. Я давно вижу, что вам воли хочется. Ну что ж, дождетесь, поживете и на воле, когда меня не будет. Вот уж тогда делайте, что хотите, не будет над вами старших. А может, и меня вспомянете.

Кабанов. Да мы об вас, маменька, денно и нощно Бога молим, чтобы вам, маменька, Бог дал здоровья и всякого благополучия и в делах успеху.

Кабанова. Ну, полно, перестань, пожалуйста. Может быть, ты и любил мать, пока был холостой. До меня ли тебе, у тебя жена молодая.

Кабанов. Одно другому не мешает-с: жена сама по себе, а к родительнице я само по себе почтение имею.

Кабанова. Так променяешь ты жену на мать? Ни в жизнь я этому не поверю.

Кабанов. Да для чего же мне менять-с? Я обеих люблю.

Кабанова. Ну да, да, так и есть, размазывай! Уж я вижу, что я вам помеха.

Кабанов. Думайте, как хотите, на все есть ваша воля; только я не знаю, что я за несчастный такой человек на свет рожден, что не могу вам угодить ничем.

Кабанова. Что ты сиротой-то прикидываешься! Что ты нюни-то распустил? Ну, какой ты муж? Посмотри ты на себя! Станет ли тебя жена бояться после этого?

Кабанов. Да зачем же ей бояться? С меня и того довольно, что она меня любит.

Кабанова. Как, зачем бояться! Как, зачем бояться! Да ты рехнулся, что ли? Тебя не станет бояться, меня и подавно. Какой же это порядок-то в доме будет? Ведь ты, чай, с ней в законе живешь. Али, по-вашему, закон ничего не значит? Да уж коли ты такие дурацкие мысли в голове держишь, ты бы при ней-то, по крайней мере, не болтал да при сестре, при девке; ей тоже замуж идти: этак она твоей болтовни наслушается, так после муж-то нам спасибо скажет за науку. Видишь ты, какой еще ум-то у тебя, а ты еще хочешь своей волей жить.

Кабанов. Да я, маменька, и не хочу своей волей жить. Где уж мне своей волей жить!

Кабанова. Так, по-твоему, нужно все лаской с женой? Уж и не прикрикнуть на нее и не пригрозить?

Кабанов. Да я, маменька…

Кабанова (горячо). Хоть любовника заводи! А! И это, может быть, по-твоему, ничего? А! Ну, говори!

Кабанов. Да, ей-богу, маменька…

Кабанова (совершенно хладнокровно). Дурак! (Вздыхает.) Что с дураком и говорить! только грех один!

Молчание.

Я домой иду.

Кабанов. И мы сейчас, только раз-другой по бульвару пройдем.

Кабанова. Ну, как хотите, только ты смотри, чтобы мне вас не дожидаться! Знаешь, я не люблю этого.

Кабанов. Нет, маменька! Сохрани меня Господи!

Кабанова. То-то же! (Уходит.)

Страница 3 из 16

Назад 1 2 3 4…16 Далее

Гроза

Описание