Учитель задаёт сложную арифметическую задачу, и студент Семен Панталыкин, погружённый в страх и фантазии, пытается решить её, но не успевает, и его внутренний страх проявляется в словах «я погиб».

Главный конфликт / проблема

Семена страха и фантазии мешают ему решить задачу

Ключевые идеи

Страх перед неудачей и смертью как метафора учебного напряжения
Мечтательный и преувеличенный подход к решению задач
Сложность и абсурдность учебных задач, вызывающих тревогу

Вывод

Книга показывает, как внутренние страхи могут стать препятствием в учебе и жизни, и как важно управлять ими.

Кому полезна

Студенты, преподаватели, психологи, люди, интересующиеся влиянием эмоций на учебу

Главные темы

Страх перед неудачей
Преувеличение реальности
Проблемы решения задач

Персонажи

Семен Панталыкин — мечтатель, склонный к преувеличениям, испытывает сильный страх перед неудачей и смертью
Учитель арифметики — задал сложную задачу и контролирует время решения
Вильям Блокер — пешком идёт четырьмя верстами в час, имеет больную ногу, сталкивается с опасностями
Рудольф Каутерс — пешком идёт пятью верстами в час, пытается следить за Вильямом

Цитаты

Если я не решу эту задачу – я погиб…
Я погиб.

Сводка по автору из Wikidata

1880–1925. Аркадий Тимофеевич Аверченко. русский писатель, сатирик, театральный критик (1880—1925)

Читать онлайн

Страница 2 из 2

* * *

Задача:

…Солнце еще не успело позолотить верхушек тамариндовых деревьев, еще яркие тропические птицы дремали в своих гнездах, еще черные лебеди не выплывали из зарослей австралийской кувшинки и желтоцвета, – когда Вильям Блокер, головорез, наводивший панику на все побережье Симпсон-Крика, крадучись шел по еле заметной лесной тропинке… Делал он только четыре версты в час – более быстрой ходьбе мешала больная нога, подстреленная вчера его таинственным недругом, спрятавшимся за стволом широколиственной магнолии.

– Каррамба! – бормотал Вильям. – Если бы у старого Билля была сейчас его лошаденка… Но… пусть меня разорвет, если я не найду негодяя, подрезавшего ей поджилки. Не пройдет и трех лун.

А сзади него в это время крался, припадая к земле, скваттер Рудольф Каутерс, и его мужественные брови мрачно хмурились, когда он рассматривал, припав к земле, след сапога Вильяма, отчетливо отпечатанный на влажной траве австралийского леса.

– Я бы мог делать и пять верст в час (кстати, почему не «миль» или «ярдов»?), – шептал скваттер, – но я хочу выследить эту старую лисицу.

А Блокер уже слышал сзади себя шорох и, прыгнув за дерево, оказавшееся эвкалиптом, притаился…

Увидев ползшего по траве Рудольфа, он приложился и выстрелил.

И, схватившись рукой за грудь, перевернулся честный скваттер.

– Хо-хо! – захохотал Вильям. – Меткий выстрел. День не пропал даром, и старый Билль доволен собой.

………………………………………………………………………………………

– Ну, двадцать минут прошло, – раздался, как гром в ясный погожий день, голос учителя арифметики. – Ну что, все решили. Ну ты, Панталыкин Семен, покажи: какой из крестьян первый пришел в пункт Б?

И чуть не сказал бедный Панталыкин, что, конечно, в Санта-Фе первым пришел негодяй Блокер, потому что скваттер Каутерс лежит с простреленной грудью и предсмертной мукой на лице, лежит одинокий в пустыне, в тени ядовитого австралийского «змеиного дерева»…

Но ничего этого не сказал он. Прохрипел только: «Не решил… не успел…»

И тут же увидел, как жирная двойка ехидной гадюкой зазмеилась в журнальной клеточке против его фамилии.

– Я погиб, – прошептал Панталыкин Семен. – На второй год остаюсь в классе. Отец выдерет, ружья не получу, «Вокруг света» мама не выпишет…

И представилось Панталыкину, что сидит он на развалине «змеиного дерева»… Внизу бушует разлившаяся после дождя вода, в воде щелкают зубами кайманы, а в густой листве прячется ягуар, который скоро прыгнет на него, потому что огонь, охвативший дерево, уже подбирается к разъяренному зверю…

– Я погиб…

Страница 2 из 2

Назад 1 2Далее