Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Споём мы на лад петербургской земли: – Ой, ладо, ой, ладушки-ладо! В морском министерстве намедни сожгли Учебник полковника Кладо. Почто же такой возгорался костёр, Как призрак былых инквизиций? Крамольный учебник был слишком остёр В разборе цусимских позиций…»

Дата написания1911-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Читать онлайн

Страница 7 из 7

Автобиография обрушенного потолка

Воздвигнутый в венец торжественной палате, Спокойно я висел, незыблемый в годах. Я зрел Потемкина – небритого, в халате, Я зрел Потемкина – в брильянтах и звездах. Плясали подо мной красавицы столицы, Иллюминации ночь обращали в день, И лебедью плыла премудрыя Фелицы Божественная тень. Увы! Блестящий век был краток и непрочен! Светлейший опочил в окрестностях Бендер; Таврический дворец уныло заколочен, Как суеты сует учительный пример; Ремонт его вошел в графу бюджетной сметы, Хищению казны прибавив новый шанс… Лишь Дягилев порой здесь выставлял портреты И славил декаданс. Прошло сто лет… Опять жива моя обитель. Начистили паркет, с окошек смыли мел… Пришел под мой навес «народный представитель» — Заспорил, закричал, затопал, зашумел. Был любопытен мне Содом сей безобидный. Я – партий не знаток. Сквозь сетку паутин Мне нравились равно – и Муромцев солидный, И чинный Головин. Шумели там внизу Аладьин и Аникин, И Родичев в экстаз лирический впадал. С трибуны яростно отчитан Горемыкин, И Павлов потерпел неслыханный скандал. Клубились прения неистово и быстро, Неистощимые, как вешняя вода. И каждый голосил на каждого министра: «В отставку, господа!» Не знаю, парлам_е_нт каков у прочих наций: Кто хочет знать – Максим Максимыча спроси..» Но вряд ли где еще красивых декламаций Фонтан обильнее, чем на святой Руси. Не то чтобы я был социализмом болен, Не то чтобы я был ретивый демократ… Но всласть поговорить – премного я доволен, Послушать тоже рад. Кто говорит: я стар? О нет! В начале мая Дала мне молодость народная гроза. Волнующим речам почтительно внимая, Я даже отсырел: невольная слеза! Разоблачения звучали каждой язве! Порокам страшный суд глас трубный возвещал! Нет, если я тогда трещал слегка, то разве От радости трещал! Но помню мрачный день, явился некто Г_у_рко… Задрал он до меня носки своих сапог! И дрогнула моя невольно штукатурка: Негодованья пыл едва я перемог, Перила ветхие презрением заныли… Впервые видел я подобный моветон! С тех пор меня вотще крепили и чинили, Истратив миллион. Сей Гурко был еще «неведомый избранник». Теперь, как говорят, он много преуспел: Лидваля компаньон, Эстер покорный данник… Недаром, видно, я над Гуркою скрипел! Пространство не щадя и не жалея время, С гримасой он цедил свой безобразный спич… Как жаль, что я тогда на дерзостное темя Не уронил кирпич. Затем – предела нет трагическим моментам. Конфликты сосчитать – неодолимый труд. Пищала правая: запахло здесь конвентом! Вопила левая: под суд! под суд! под суд! Но был начальства глаз угрюм и неусыпен, Но был начальства план язвителен и жгуч: В одну глухую ночь пришел сюда Столыпин И запер зал на ключ. Так Дума первая скончала жизнь без шума, В пустыню удалясь от сих прекрасных мест. Но пишут в Англии: «Нет Думы – будет Дума!» Надеждами добра тревоги успокоив, Я мирно спал, один питая интерес: В грядущем феврале каких пришлет героев Страна под мой навес? Желанный день настал, но мне пришелся жестко; Он отравил меня, как пиво – кукельван. Ах, было отчего рассыпаться в известку! Я вижу: под меня вдруг входит… Крушеван!!! Как? Чистоту мою коптит его дыханье?! Как? Кишиневский смрад сюда он приволок?! Обрушься же скорей ты, вековое зданье! Валися, потолок!

Март 1907

notes

Примечания

1

Полустишие Вергилия: «Боюсь данайцев, даже дары приносящих» (лат.). – Ред.

2

Зубы (лат.). – Ред.

3

Боимся данайцев, даже дары приносящих (лат.). – Ред.

4

Министр-отец – С. Ю. Витте, министр – с сын – П. Н. Дурново, и министр – плут простой – Г. Акимов.

5

Ранее, цензурного гонения для, печаталась яко «министерская».

6

За не столь праведною, сколь скаредною кончиною «Русского государства» и прекращением сопряженных с оным завтраков стихира сия временно вышла из употребления, но не без упования паки воскреснуть. А завтракают ныне в «России».

7

Сия и следующая стихиры в честь выбывшаго из флотских еписков адмирала Чухнина сохраняются в сем молитвослове исключительно на случай скорого открытия мощей означенного угодника, чудесами своими, уже при жизни своей, посрамившаго славу как Серафима Саровскаго, так и Феодосия Черниговского, и всех прочих собственноручных его величества чудотворцев.

8

Обращение должно меняться соответственно имени того благочестивого вельможи, коий занимает пост министра-президента. Так, под игом г. Столыпина достойно и праведно есть воспевать: «Петя мой!»

9

Держитесь правой стороны (франц.) – Ред.

Страница 7 из 7

Назад167Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 74

Назад1274Далее