Удобнее читать в приложении
AI-разбор доступен после входа
Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.
auto_awesomeПолучить AI-разборО книге
«Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории…»
Дата написания1911-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+
Читать онлайн
Страница 1 из 5Annotation
«Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории…»
Александр Валентинович Амфитеатров
Александр Валентинович Амфитеатров Александр Иванович Чупров
Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории. Имена эти стали для интеллигентных масс символами своих идей настолько полно и прочно, что попытка еще добавочно разъяснять их эпитетами и определениями уже излишня и даже как будто оскорбительна. Пушкин, Тургенев, Герцен, Грановский – четыре самопонятные созвездия идей, воплощенных в четырех исторических именах бесконечным разнообразием мысли и чувства, несчетною пестротою силы и красоты. Бывают такие имена всемирные, бывают всероссийские, бывают местные. Кто, например, в Петербурге не знает и не помнит имя Ореста Миллера? А я уверен, что из знающих и помнящих это имя большинство давным-давно уже позабыло, когда и где Орест Миллер профессорствовал, какую науку читал, и хорошо или дурно. Потому что – не в том дело. Что было нужно Петербургу в Оресте Миллере, что составляло общественную суть и мысль его явления, то и осталось жить навсегда: имя превратилось в вечную идею возвышенного и самоотверженного гуманизма, а все земные временные оболочки его истлели по мере того, как сгнивало в могиле успокоенное тело.
Вот такое-то идейное местное имя для Москвы – Александр Иванович Чупров. Назвать его «профессором политической экономии и статистики» значит для ушей москвича – не сказать ничего. Значение Александра Ивановича в Москве было настолько разнообразно, настолько шире обязанностей и возможностей официальной его профессии, что, вне всяких сомнений, несмотря на весь блеск тридцатилетней чупровской профессуры, Чупров как личность, просто Чупров, всегда заслонял Чупрова-профессора.
Я имел честь и счастье знать А. И. Чупрова с тех пор, как помню самого себя: он мой родной дядя, брат моей матери и мой крестный отец. Вся моя школьная юность прошла под его контролем и влиянием. Я знал его хорошо, но еще лучше узнал впоследствии, когда взрослым, стареющим человеком стал вспоминать его, – как и каким я его знал. И сейчас, когда он мертвец, сдается мне, что думать о нем и узнавать его предстоит мне еще долго-долго: наше знакомство только в начале! А между тем призраки Чупрова, вызываемые моими воспоминаниями из разных эпох, совсем не разнообразны. Во всем и всегда вижу я Александра Ивановича одним и тем же: восторженным идеалистом, энтузиастом западного прогресса, носителем и апостолом деятельной любви к ближнему – любви, больше которой никто же имать, потому что неутомимо дышала она в мир человеческий святым заветом – полагал душу свою за други своя. Чупров сжег жизнь свою, как человек-факел, пылавший путеводным маяком для странников, блуждающих в темной житейской ночи. Возвышенный и светлый, сиял он над болотным миром русской обывательщины и без устали нагибался и простирал руки со скалы своей, чтобы поднимать на свой уровень слабых, усталых, оробевших, отчаянных. Есть у Лонгфелло стихотворение – «Excelsior!»[ 1]. В этом кличе – весь Александр Иванович Чупров: всегда в высь! из мрака – к свету! из заболоченных отравами житейской пошлости долин – к вершинам, сияющим красотою и правдою немеркнувших исторических идеалов всечеловеческого единства – свободы, равенства, братства!
Excelsior!.. Девиз этот звучал мне из уст Чупрова, когда он был еще румяным и голубоглазым кандидатом прав, а я, мальчишкой, едва от земли, бегал за ним по горкам и лесам калужской глуши. Звучал он мне из тех же уст с кафедры, на которую, при громе аплодисментов, полной настолько, что некуда упасть яблоку, Большой Словесной аудитории, вошел Чупров, уже ординарный профессор, чтобы поздравить нас, первокурсников, с приобщением к alma mater и объяснить нам великое значение университетского периода в жизни русского человека.
Незабвенная лекция! Даже двадцать пять лет спустя я не утратил ее волнующего впечатления. Она описана в моих «Восьмидесятниках», и я позволю себе привести здесь эту цитату, чтобы дать понять, как брал нас Чупров в мягкую, любвеобильную власть свою, за что мы его обожали:
«Вместе с своим и старшим курсом Володя горячо аплодировал любимцу московской молодежи, А. И. Чупрову, когда тот впервые показался пред аудиторией первокурсников и не успел произнести еще ни одного слова. Профессор – талантливый живой человек, из категории „мыслью честных, сердцем чистых либералов-идеалистов“ – был тронут и вместо лекции сказал блестящую речь. Восторженно сверкая увлажненными глазами из-под золотых очков, он говорил – трепетным голосом радостно взволнованного, убежденно проникнутого идеей человека – о светлом значении коротких студенческих годов для всей жизни русского интеллигента, о задачах и обязанностях образованного класса, о культурных результатах эпохи великих реформ, многими из которых Россия всецело обязана людям, воспитавшим свой образ мыслей в лоне московской alma mater.
– Господа! – звенел в ушах Володи и поднимал его, и тянул к себе порывистый, бодрый голос, – мы пережили период необычайного нравственного подъема, выраженный рядом великих преобразований, окружавших святое дело 19 февраля 1861 года, как самую яркую звезду блестящего созвездия. Я верю, я хочу и буду верить, что славный героический период не отбыл бессрочно в прошлое! Живой дух его веет над нами, тропа его не глохнет – он ждет продолжения и развития своих начал от новых поколений, идущих на смену былым бойцам и деятелям. Старое старится, молодое растет. За юностью будущее. Господа! Стены этих аудиторий полтораста лет оглашаются заветами просвещения – во имя любви к человечеству! Лучшими и благороднейшими заветами нашей души! Господа! Наши аудитории еще помнят Тимофея Николаевича Грановского…
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y","pageTitle":"Александр Иванович Чупров (Александр Валентинович Амфитеатров) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Александр Иванович Чупров». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Александр Иванович Чупров». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Александр Валентинович Амфитеатров","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"критика","item":"https://bookra.app/genre/6536"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Александр Иванович Чупров","item":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y","url":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y","name":"«Александр Иванович Чупров». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Александр Иванович Чупров». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/91f88ef1-3af1-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y#work","name":"Александр Иванович Чупров","url":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y","description":"«Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории…»","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/91f88ef1-3af1-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["критика","публицистика"],"keywords":"очерки","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-amfiteatrov/aleksandr-ivanovich-chuprov-2785265/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/cefce94b-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7#person","name":"Александр Валентинович Амфитеатров","url":"https://bookra.app/author/cefce94b-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BC%D1%84%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%92%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q2705483"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"критика"},{"@type":"Thing","name":"публицистика"},{"@type":"Thing","name":"очерки"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y#edition","url":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-amfiteatrov/aleksandr-ivanovich-chuprov-2785265/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Александр Иванович Чупров»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/0gX3XN6y","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":790014,"shortId":"0gX3XN6y","title":"Александр Иванович Чупров","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/91f88ef1-3af1-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp","annotationText":"«Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории…»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Александр Валентинович Амфитеатров","authors":[{"id":"cefce94b-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","displayName":"Александр Валентинович Амфитеатров","protectedUrl":"/author/cefce94b-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BC%D1%84%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%92%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q2705483"}],"genres":[{"id":6536,"title":"критика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/6536"},{"id":6491,"title":"публицистика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/6491"}],"keywords":["очерки"],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1911-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"sourceLanguage","label":"Язык оригинала","value":"0"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[],"authorSummary":null,"hasArtifacts":false,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_790014","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_790014","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_790014","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_790014","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_790014","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_790014"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_790014","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_790014","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_790014","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_790014"},"guestReaderUrl":"/books/0gX3XN6y#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/cefce94b-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","readersCount":0,"adultLabel":"12+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":1,"totalPages":5,"hasPrev":false,"hasNext":true,"prevPageUrl":null,"nextPageUrl":"/books/0gX3XN6y?page=2#reader-content","progressLabel":"Страница 1 из 5","sections":[{"id":"id25:0","kind":"heading","text":"Annotation"},{"id":"id25:1","kind":"paragraph","text":"«Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории…»"},{"id":"id25:2","kind":"paragraph","text":"Александр Валентинович Амфитеатров"},{"id":"id25:3","kind":"paragraph","text":"notes"},{"id":"id25:4","kind":"paragraph","text":"1"},{"id":"id25:5","kind":"paragraph","text":"2"},{"id":"id24:0","kind":"heading","text":"Александр Валентинович Амфитеатров Александр Иванович Чупров"},{"id":"id24:1","kind":"paragraph","text":"Как громом поразило меня известие о внезапной смерти Александра Ивановича Чупрова… Есть имена, сами за себя говорящие настолько выразительно, что прибавление к ним какого бы то ни было профессионального определения не только не поясняет их, но как-то даже затемняет, принижает, умаляет, суживает, почти опошляет их истинное значение. Поэт Пушкин, беллетрист Тургенев, публицист Герцен, профессор истории Грановский странно звучат в ухе русского человека, хотя Пушкин действительно был поэтом, Тургенев – беллетристом (и не любил же он это неуклюжее слово!), Герцен – публицистом и Грановский – профессором истории. Имена эти стали для интеллигентных масс символами своих идей настолько полно и прочно, что попытка еще добавочно разъяснять их эпитетами и определениями уже излишня и даже как будто оскорбительна. Пушкин, Тургенев, Герцен, Грановский – четыре самопонятные созвездия идей, воплощенных в четырех исторических именах бесконечным разнообразием мысли и чувства, несчетною пестротою силы и красоты. Бывают такие имена всемирные, бывают всероссийские, бывают местные. Кто, например, в Петербурге не знает и не помнит имя Ореста Миллера? А я уверен, что из знающих и помнящих это имя большинство давным-давно уже позабыло, когда и где Орест Миллер профессорствовал, какую науку читал, и хорошо или дурно. Потому что – не в том дело. Что было нужно Петербургу в Оресте Миллере, что составляло общественную суть и мысль его явления, то и осталось жить навсегда: имя превратилось в вечную идею возвышенного и самоотверженного гуманизма, а все земные временные оболочки его истлели по мере того, как сгнивало в могиле успокоенное тело."},{"id":"id24:2","kind":"paragraph","text":"Вот такое-то идейное местное имя для Москвы – Александр Иванович Чупров. Назвать его «профессором политической экономии и статистики» значит для ушей москвича – не сказать ничего. Значение Александра Ивановича в Москве было настолько разнообразно, настолько шире обязанностей и возможностей официальной его профессии, что, вне всяких сомнений, несмотря на весь блеск тридцатилетней чупровской профессуры, Чупров как личность, просто Чупров, всегда заслонял Чупрова-профессора."},{"id":"id24:3","kind":"paragraph","text":"Я имел честь и счастье знать А. И. Чупрова с тех пор, как помню самого себя: он мой родной дядя, брат моей матери и мой крестный отец. Вся моя школьная юность прошла под его контролем и влиянием. Я знал его хорошо, но еще лучше узнал впоследствии, когда взрослым, стареющим человеком стал вспоминать его, – как и каким я его знал. И сейчас, когда он мертвец, сдается мне, что думать о нем и узнавать его предстоит мне еще долго-долго: наше знакомство только в начале! А между тем призраки Чупрова, вызываемые моими воспоминаниями из разных эпох, совсем не разнообразны. Во всем и всегда вижу я Александра Ивановича одним и тем же: восторженным идеалистом, энтузиастом западного прогресса, носителем и апостолом деятельной любви к ближнему – любви, больше которой никто же имать, потому что неутомимо дышала она в мир человеческий святым заветом – полагал душу свою за други своя. Чупров сжег жизнь свою, как человек-факел, пылавший путеводным маяком для странников, блуждающих в темной житейской ночи. Возвышенный и светлый, сиял он над болотным миром русской обывательщины и без устали нагибался и простирал руки со скалы своей, чтобы поднимать на свой уровень слабых, усталых, оробевших, отчаянных. Есть у Лонгфелло стихотворение – «Excelsior!»[ 1]. В этом кличе – весь Александр Иванович Чупров: всегда в высь! из мрака – к свету! из заболоченных отравами житейской пошлости долин – к вершинам, сияющим красотою и правдою немеркнувших исторических идеалов всечеловеческого единства – свободы, равенства, братства!"},{"id":"id24:4","kind":"paragraph","text":"Excelsior!.. Девиз этот звучал мне из уст Чупрова, когда он был еще румяным и голубоглазым кандидатом прав, а я, мальчишкой, едва от земли, бегал за ним по горкам и лесам калужской глуши. Звучал он мне из тех же уст с кафедры, на которую, при громе аплодисментов, полной настолько, что некуда упасть яблоку, Большой Словесной аудитории, вошел Чупров, уже ординарный профессор, чтобы поздравить нас, первокурсников, с приобщением к alma mater и объяснить нам великое значение университетского периода в жизни русского человека."},{"id":"id24:5","kind":"paragraph","text":"Незабвенная лекция! Даже двадцать пять лет спустя я не утратил ее волнующего впечатления. Она описана в моих «Восьмидесятниках», и я позволю себе привести здесь эту цитату, чтобы дать понять, как брал нас Чупров в мягкую, любвеобильную власть свою, за что мы его обожали:"},{"id":"id24:6","kind":"paragraph","text":"«Вместе с своим и старшим курсом Володя горячо аплодировал любимцу московской молодежи, А. И. Чупрову, когда тот впервые показался пред аудиторией первокурсников и не успел произнести еще ни одного слова. Профессор – талантливый живой человек, из категории „мыслью честных, сердцем чистых либералов-идеалистов“ – был тронут и вместо лекции сказал блестящую речь. Восторженно сверкая увлажненными глазами из-под золотых очков, он говорил – трепетным голосом радостно взволнованного, убежденно проникнутого идеей человека – о светлом значении коротких студенческих годов для всей жизни русского интеллигента, о задачах и обязанностях образованного класса, о культурных результатах эпохи великих реформ, многими из которых Россия всецело обязана людям, воспитавшим свой образ мыслей в лоне московской alma mater."},{"id":"id24:7","kind":"paragraph","text":"– Господа! – звенел в ушах Володи и поднимал его, и тянул к себе порывистый, бодрый голос, – мы пережили период необычайного нравственного подъема, выраженный рядом великих преобразований, окружавших святое дело 19 февраля 1861 года, как самую яркую звезду блестящего созвездия. Я верю, я хочу и буду верить, что славный героический период не отбыл бессрочно в прошлое! Живой дух его веет над нами, тропа его не глохнет – он ждет продолжения и развития своих начал от новых поколений, идущих на смену былым бойцам и деятелям. Старое старится, молодое растет. За юностью будущее. Господа! Стены этих аудиторий полтораста лет оглашаются заветами просвещения – во имя любви к человечеству! Лучшими и благороднейшими заветами нашей души! Господа! Наши аудитории еще помнят Тимофея Николаевича Грановского…"}],"toc":[{"id":"id25:0:1","label":"Annotation","page":1,"pageUrl":"/books/0gX3XN6y#reader-content"},{"id":"id24:0:1","label":"Александр Валентинович Амфитеатров Александр Иванович Чупров","page":1,"pageUrl":"/books/0gX3XN6y#reader-content"},{"id":"id24:29:5","label":"notes","page":5,"pageUrl":"/books/0gX3XN6y?page=5#reader-content"},{"id":"id23:0:5","label":"Примечания","page":5,"pageUrl":"/books/0gX3XN6y?page=5#reader-content"},{"id":"id22:0:5","label":"1","page":5,"pageUrl":"/books/0gX3XN6y?page=5#reader-content"},{"id":"id21:0:5","label":"2","page":5,"pageUrl":"/books/0gX3XN6y?page=5#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":732992,"shortId":"1VFhYd7q","title":"Ключи от Хогвартса. Культурные коды вселенной Гарри Поттера","authorLine":"Галина Леонидовна Юзефович","primaryAuthorId":"0691c30b-0349-11e6-81a9-0cc47a52085c","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/830386fc-e485-11f0-a964-ac1f6b0b2fde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1VFhYd7q"},{"idCatalog":224892,"shortId":"1EyEEVYE","title":"Священные монстры","authorLine":"Эдуард Вениаминович Лимонов","primaryAuthorId":"765f0cda-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/7d2db7ba-a324-11e8-afd9-0cc47a520424/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1EyEEVYE"},{"idCatalog":118201,"shortId":"2ocbV8zH","title":"Русская трагедия","authorLine":"Александр Александрович Зиновьев","primaryAuthorId":"9a0090e2-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/d1d20cc1-a89b-11e5-bf34-0cc47a545a1e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2ocbV8zH"},{"idCatalog":143848,"shortId":"1ZegzHug","title":"Удивительные приключения рыбы-лоцмана: 150 000 слов о литературе","authorLine":"Галина Леонидовна Юзефович","primaryAuthorId":"0691c30b-0349-11e6-81a9-0cc47a52085c","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/82d5d617-9a3d-11e6-a11d-0cc47a5203ba/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1ZegzHug"},{"idCatalog":489893,"shortId":"0emol8PX","title":"Полка. О главных книгах русской литературы. Тома 3, 4","authorLine":"Юрий Сапрыкин, Коллектив авторов, Лев Владимирович Оборин, Альпина нон-фикшн, Полина Рыжова, Варвара Бабицкая","primaryAuthorId":"a2e3da34-7f7d-4e64-952e-1be32bc145f2","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/a9d5d74f-82e9-11ed-8166-ac1f6b4dd332/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0emol8PX"},{"idCatalog":333491,"shortId":"1lIyRgXt","title":"Таинственная карта","authorLine":"Галина Леонидовна Юзефович","primaryAuthorId":"0691c30b-0349-11e6-81a9-0cc47a52085c","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/d19e8b98-7ae5-11ea-a705-0cc47a520474/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1lIyRgXt"},{"idCatalog":114803,"shortId":"2NfsG4kD","title":"Избранные статьи","authorLine":"Григорий М. Дашевский, Елена Нусинова","primaryAuthorId":"3ccbf3a5-db34-11e3-a7cf-0025905a0812","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/360481c5-7713-11e5-9956-002590591dd6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2NfsG4kD"},{"idCatalog":74899,"shortId":"2RPEdoID","title":"Проект Россия. Полное собрание","authorLine":"Юрий Викторович Шалыганов","primaryAuthorId":"e8705099-f79b-11e1-8ff8-e0655889a7ab","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/9af72824-0cc5-11e2-86b3-b737ee03444a/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2RPEdoID"},{"idCatalog":334963,"shortId":"0bl13E5F","title":"Оттепель. События. Март 1953–август 1968 года","authorLine":"Сергей Чупринин","primaryAuthorId":"15069a3c-e749-102b-898b-c139d58517e5","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/d008fb52-806d-11ea-8854-0cc47a545a1e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0bl13E5F"},{"idCatalog":477922,"shortId":"39LXcboK","title":"Почти два килограмма слов","authorLine":"Алексей Валерьевич Поляринов, Individuum","primaryAuthorId":"47401de6-c743-11e3-a298-0025905a06ea","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/ba71f9af-44f1-11ed-9637-ac1f6b0b3464/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/39LXcboK"},{"idCatalog":573812,"shortId":"4TiVZjTO","title":"«Слово о полку Игореве»: Взгляд лингвиста","authorLine":"Андрей Анатольевич Зализняк, Альпина нон-фикшн","primaryAuthorId":"0e743589-8608-102c-b982-edc40df1930e","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/f4a3e8de-0241-11ef-8496-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4TiVZjTO"},{"idCatalog":174052,"shortId":"35jMVXfe","title":"Картинки с выставки. Персоны, вернисажи, фантики","authorLine":"Александр Александрович Генис","primaryAuthorId":"3b284538-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/72ede76f-6295-11e7-b802-00259059d1c2/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/35jMVXfe"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":94,"totalPages":8,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}