– Какую-то побочную роль он все же играл, – ответил тот. – Возможно, он был приятелем Липпи Сальца и надеялся тоже получить кое-что с барского стола. Но сомневаюсь, чтобы вы могли серьезно связать его с этим делом. Как себя чувствует его жена?

– Не очень хорошо. Врачи считают, что она выкарабкается, но это долгая история. Он ее серьезно ранил, когда бросился на Нельсона.

Грин сунул в рот сигарету.

– Сделайте ФБР одолжение, шериф Купер. Если миссис Мик не выживет, то обвинение против ее супруга будет звучать однозначно. Но если она выживет, то привлеките его за нанесение телесных повреждений. Позаботьтесь о том, чтобы он получил от пяти до десяти лет. Вы сделаете это, шериф?

– Разумеется, – ответил Купер.

– То же самое сделайте и в отношении Конорса. Но поскольку он напал на Нельсона здесь, то предоставьте это сделать коллегам из Сан-Диего.

– А что будет со мной? – поинтересовался я.

– Что касается вас, то вы свободны. Но если вы надеетесь, что благодаря своему браку с Софьей Паланкой вы стали владельцем мотеля, то вы заблуждаетесь. Деньги будут возвращены семье Пальмеров.

– Я на них и не рассчитываю, – ответил я. – Но что будет с теми деньгами, которые отобрали у меня при аресте? Эти деньги принадлежат мне. Гаити может это подтвердить.

– Это уже не входит в мои полномочия, – ответил Грин.

– Если вы завтра зайдете в мое бюро, – сказал капитан Маркс, – то я верну вам ваши деньги, Нельсон. В настоящий момент у меня только ваше кольцо. Вы можете его получить прямо сейчас.

Я попытался надеть его на палец, но оно было слишком мало. Я сунул его в карман и повернулся к шерифу Куперу:

– Перед вами я в чем-нибудь виноват?

Тот сразу же спросил у четы Льюис, будут ли они возбуждать дело в связи с угоном машины. Он оказался порядочным человеком и покачал головой.

– Тогда вопрос исчерпан, – заявил шериф, – когда собираетесь обратно в море?

Я сказал, что еще не думал об этом.

– Но в любом случае загляните завтра в Пальм-Гроув. Думаю, что ваше дело мы решим быстро. Отделаетесь штрафом в двадцать пять долларов за драку с Корано и получите обратно деньги, взятые под залог.

Я выдавил улыбку. Судя по всему, я буду теперь купаться в деньгах.

– Еще один вопрос, шериф. Что будет с Корлисс?

– Что вы имеете в виду?

– Что вы сделаете с ее трупом?

Грин понял меня быстрее, чем другие.

– Вам выдадут ее труп, если вы этого хотите, Нельсон, – тихо сказал он. – Вы хотите этого?

Я кивнул.

– Да. – Вынув из кармана обручальное кольцо, я положил его на стол. – Распорядитесь, чтобы это надели на ее палец. Хорошо? Другое я потерял в районе Малибу.

Когда я выходил, в конторе было гробовое молчание.

22

В коридоре больницы стоял специфический запах. Было три часа утра. Я проследовал за сестрой на цыпочках. Когда мы подошли к кровати, она прошептала:

– Только на минутку, мистер Нельсон! Она еще очень больна.

Я проскользнул за ширму. Мэмми лежала, повернувшись лицом к окну. Рука лежала поверх одеяла. Я нагнулся и поцеловал ее.

– Хэлло, крошка! Как самочувствие?

Она посмотрела мне в глаза, потом перевела взгляд на окно.

– Думаю, что хорошо.

Я придвинул стул таким образом, чтобы она могла меня видеть.

– Спасибо тебе большое, Мэмми.

– Не будем об этом, – сказала она. – Я слышала, что Корлисс погибла.

Я инстинктивно хотел снять шапочку, которой у меня не было.

– Да.

– И что ты теперь будешь делать?

– Наверное, снова уйду в море, – ответил я. – Я уже звонил Гаити и завтра, наверное, уйду в Сидней.

– Вот как, – протяжно сказала она.

– Но перед отъездом я хотел поговорить с тобой.

– О чем?

– О том парне, о котором ты в свое время мечтала... Ты помнишь об этом?

Глаза ее затуманились.

– Это было так давно.

– Ты бы хотела вернуться в тот городок? Как же он называется? Мэрдок?..

– Вероятно, я смогла бы там жить, так же, как и в любом другом месте.

– Вот и хорошо! Завтра днем я оставлю у администратора больницы кое-какую сумму. И даже довольно большую. Все, что у меня останется после того, как я сделаю для Корлисс все, что смогу. А когда тебя выпишут из больницы, ты сядешь на первый же поезд и уедешь в Мэрдок. Обещаешь?

Уголки ее рта опустились.

– Почему ты хочешь оставить мне все свои деньги?

– Наверное, потому, что это доставит мне удовольствие. Ну как, договорились?

Мэмми ответила тусклым голосом:

– Что ж, пусть будет так... Какое это теперь может иметь значение?

Я поцеловал ее пальцы, один за другим.

– Для меня – большое... Я тоже когда-то жил в мечтаниях, крошка. А ты сможешь сделать их для меня действительностью.

Послышался хмурый голос сестры:

– Вам пора идти, мистер Нельсон. Больная еще очень слаба.

Я поцеловал Мэмми в губы.

– До свидания, милый ты человек.

Она ответила на мой поцелуй и закрыла мокрые от слез глаза.