Читать бесплатно онлайн

Паломничество Чайльд-Гарольда

Автор Байрон Джордж Гордон

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Паломничество Чайльд-Гарольда – эпическая поэма о путешествии героя по Средиземноморью. Автор рисует живописные сцены Испании, Португалии и Греции, сочетая исторические детали с поэтическим языком. Главный персонаж, Чайльд-Гарольд, ищет свободу и смысл в странствиях, сталкиваясь с внутренними и внешними конфликтами. Книга раскрывает темы дружбы, любви и самопознания, приглашая читателя к глубокому размышлению.

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

стихи и поэзия

Темы

поэзияпаломничествопутешествиегеройромантизмГрецияИспанияпесньэпопеяпоэт

Читать онлайн

Страница 4 из 46

14

Плывет корабль унылых вод равниной. Шумит Бискайи пасмурный залив. На пятый день из волн крутой вершиной, Усталых и печальных ободрив, Роскошной Синтры[28] горный встал массив. Вот, моря данник, меж холмов покатых Струится Тахо, быстр и говорлив, Они плывут меж берегов богатых, Где волнам вторит шум хлебов, увы, несжатых.

15

Неизъяснимой полон красоты Весь этот край, обильный и счастливый. В восторге смотришь на луга, цветы, На тучный скот, на пастбища, и нивы, И берега, и синих рек извивы, Но в эту землю вторглись палачи,[29] — Срази, о небо, род их нечестивый! Все молнии, все громы ополчи, Избавь эдем земной от галльской саранчи!

16

Чудесен Лиссабон, когда впервые Из тех глубин встает пред нами он, Где виделись поэтам золотые Пески, где, Луза[30] охраняя трен, Надменный флот свой держит Альбион — Для той страны, где чванство нормой стало И возвело невежество в закон, Но лижет руку, пред которой пала Незыблемая мощь воинственного галла.

17

К несчастью, город, столь пленивший нас, Вблизи теряет прелесть невозвратно. Он душит вонью, оскорбляет глаз, Все черное, на всем подтеки, пятна, И знать и плебс грязны невероятно. Любое, пусть роскошное, жилье, Как вся страна, нечисто, неопрятно. И — напади чесотка на нее — Не станут мыться здесь или менять белье.

18

Презренные рабы! Зачем судьба им Прекраснейшую землю отдала — Сиерру, Синтру, прозванную раем, Где нет красотам меры и числа. О, чье перо и чья бы кисть могла Изобразить величественный форум — Все то, что здесь Природа создала, Сумев затмить Элизий, над которым Завесы поднял бард[31] пред нашим смертным взором.

19

В тени дубрав, на склонах темных круч Монастырей заброшенных руины, От зноя бурый мох, шумящий ключ В зеленой мгле бессолнечной лощины. Лазури яркой чистые глубины, На зелени оттенок золотой, Потоки, с гор бегущие в долины, Лоза на взгорье, ива над водой — Так, Синтра, ты манишь волшебной пестротой.

20

Крутая тропка кружит и петлит, И путник, останавливаясь чаще, Любуется: какой чудесный вид! Но вот обитель Матери Скорбящей, Где вам монах, реликвии хранящий, Расскажет сказки, что народ сложил: Здесь нечестивца гром настиг разящий, А там, в пещере, сам Гонорий жил И сделал адом жизнь, чем рая заслужил.

21

Но посмотри, на склонах, близ дороги, Стоят кресты. Заботливой рукой Не в час молитв, не в помыслах о боге Воздвигли их. Насилье и разбой На этот край набег свершили свой, Земля внимала жертв предсмертным стонам, И вопиют о крови пролитой Кресты под равнодушным небосклоном, Где мирный труженик не огражден законом.

22

На пышный дол глядят с крутых холмов Руины, о былом напоминая. Где был князей гостеприимный кров, Там ныне камни и трава густая. Вон замок тот, где жил правитель края, И ты, кто был так сказочно богат, Ты, Ватек,[32] создал здесь подобье рая, Не ведая средь царственных палат, Что все богатства — тлен и мира не сулят.

23

Ты свой дворец воздвигнул здесь в долине Для радостей, для нег и красоты, Но запустеньем все сменилось ныне, Бурьян раскинул дикие кусты, И твой эдем, он одинок, как ты. Обрушен свод, остались только стены, Как памятники бренной суеты. Не все ль услады бытия мгновенны! Так на волне блеснет — и тает сгусток пены.

24

А в этом замке был совет вождей,[33] Он ненавистен гордым англичанам. Здесь карлик-шут, пустейший из чертей,[34] В пергаментном плаще, с лицом шафранным, Британцев дразнит смехом непрестанным. Он держит черный свиток и печать, И надписи на этом свитке странном, И рыцарских имен десятков пять, А бес не устает, дивясь им, хохотать.

25

Тот бес, дразнящий рыцарскую клику, — Конвенция, на ней споткнулся бритт.[ 35] Ум (если был он), сбитый с панталыку, Здесь превратил триумф народа в стыд; Победы цвет Невежеством убит, Что отдал Меч, то Речь вернула вскоре, И лавры Лузитания растит Не для таких вождей, как наши тори. Не побежденным здесь, а победившим горе![ 36]

26

С тех пор как был британцу дан урок, В нем слово «Синтра» гнев бессильный будит. Парламент наш краснел бы, если б мог, Потомство нас безжалостно осудит. Да и любой народ смеяться будет Над тем, как был сильнейший посрамлен. Враг побежден, но это мир забудет, А вырвавший победу Альбион Навек презрением всех наций заклеймен.

27

И, полный смуты, все вперед, вперед Меж горных круч угрюмый Чайльд стремится. Он рад уйти, бежать от всех забот, Он рвется вдаль, неутомим, как птица. Иль совесть в нем впервые шевелится? Да, он клянет пороки буйных лет, Он юности растраченной стыдится, Ее безумств и призрачных побед, И все мрачнее взор, узревший Правды свет.

28

Коня! Коня! Гонимый бурей снова, Хотя кругом покой и тишина, Назло дразнящим призракам былого Он ищет не любовниц, не вина, Но многие края и племена Изведает беглец неугомонный, Пока не станет цель ему ясна, Пока, остывший, жизнью умудренный, Он мира не найдет под кровлей благосклонной.

Страница 4 из 46

Назад 1…3 4 5…46 Далее