Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Песни мстителя — сборник стихотворений Константина Дмитриевича Бальмонта, опубликованный в Париже в 1907 году. В произведении собраны лирические тексты, отражающие патриотические и революционные настроения автора. Стихи написаны в современной орфографии и передают эмоциональную яркость и идеологическую направленность эпохи.

Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
поэзияпатриотизмреволюцияБальмонтпесниисторияпублицистикасовременная орфографияПариж1907

Читать онлайн

Страница 5 из 7

До конца

Горят огни, шумят станки, Гудят станки фабричные. Не в силах я терпеть тоски. Был брат, – убит. Другим – цветки. А нам – гроба кирпичные. Могильный свод фабричных стен. В висках – удары молота. В плену мы здесь. И ты взят в плен. Убит за грех чужих измен. И всё в уме расколото. Был брат, – убит. Мой брат убит. И всё? Гудок? Гудение? О, брат за брата отомстит! Прощай, станок. Душа болит. Иду. Есть правда: – Мщение!

Неизбежность

Убийства, казни, тюрьмы, грабежи, Сыск, розыск, обыск, щупальцы людские, Сплетения бессовестнейшей лжи, Слова – одни, и действия – другие. Романовы с холопскою толпой, С соизволенья всех, кто сердцем низок, Ведут, как скот, рабочих на убой. Раз, два, конец. Но час расплаты близок. Есть точный счёт в течении всех дней, Движенье в самой сущности возвратно. Кинь в воздух кучу тяжкую камней, Тебе их тяжесть станет вмиг понятна. Почувствуешь убогой головой, Измыслившей подобные забавы, Что есть порядок в жизни мировой, Ты любишь кровь – ты вступишь в сон кровавый. Из крови, что излита, встанет кровь, Жизнь хочет жить, к казнящим – казнь сурова. Скорее, Жизнь, возмездие готовь, Смерть Смерти, и да будет живо Слово!

Завет («Не забывайте обид вековых…»)

Не забывайте обид вековых, Мучимой раненой чести. Я зажигаю сверкающий стих, Полный дрожания мести! Я научу вас, как верных моих, Духом быть с пламенем вместе. Не забывайте обид вековых. Мести насильникам, мести! Взрывом вулкана ударим мы в них, Звуками вражеской вести. Я возношу торжествующий стих. Мести насилию, мести!

Русскому рабочему

Рабочий, только на тебя Надежда всей России. Тяжёлый молот пал, дробя Оплоты вековые. Тот молот – твой. Пою тебя, Во имя всей России! Ты знал нужду, ты знаешь труд, Ты слишком знаешь голод. Но ты восстал. С тобой идут Все те, кто сердцем молод. Будь твёрд, яви ещё свой суд, Острог не весь расколот. Тебя желают обмануть, Опять, опять и снова. Но ты нам всем наметил путь, Дал всем свободу слова. Так в бой со тьмой, и грудь на грудь, То – зов Сторожевого. Сторожевой средь темноты, Сторожевой средь ночи – Лишь ты, бесстрашно-смелый, ты, Твои нам светят очи. Осуществятся все мечты, Ты победишь, Рабочий!

Поэт рабочему

Я Поэт, и был Поэт, И Поэтом я умру. Но видал я с детских лет В окнах фабрик поздний свет, Он в уме оставил след, Этот след я не сотру. Также я слыхал гудок, В полдень, в полночь, поутру. Хорошо я знаю срок, Как велик такой урок, Я гудок забыть не мог, Вот, я звук его беру. Почему теперь пою? Почему не раньше пел? Пел и раньше песнь мою, Я литейщик, формы лью, Я кузнец, я стих кую, Пел, что молод я и смел. Был я занят сам собой, Что ж, я это не таю. Час прошёл. Вот, час другой. Предо мною вал морской, О, Рабочий, я с тобой, Бурю я твою пою!

К рабочему

Рабочий, странно мне с тобою говорить: – По виду я – другой. О, верь мне, лишь по виду. В фабричном грохоте свою ты крутишь нить, Я в нить свою, мой брат, вкручу твою обиду. Оторван, как и ты, от тишины полей, Которая душе казалася могильной, Я в шумном городе, среди чужих людей, Не раз изнемогал в работе непосильной. Я был как бы чужой в своей родной семье, Меж торгашами слов я был чужой бесспорно. По Морю вольному я плыл в своей ладье, А Море ширилось, безбрежно, кругозорно. Мне думать радостно, что прадеды мои Блуждали по морям, на Севере туманном. В моей душе всегда поют, журчат ручьи, Растут, чтоб в Море впасть, в стремленьи необманном. В болотных низостях ликующих мещан Тоскует вольный дух, безумствует, мятётся. Но тот отмеченный, кто помнит – Океан, Освобожденья ждёт и бури он дождётся. Она скорей пришла, чем я бы думать мог: Ты встал – и грянул гром, все вышли из преддверья. На перекрёстке всех скрестившихся дорог Лишь к одному тебе я чувствую доверье. Я знаю, что в тебе стальная воля есть, Недаром ты стоишь близ пламени и стали. Ты в судьбах Родины сумел слова прочесть, Которых мудрые, читая, не видали. Я знаю, можешь ты соткать красиво ткань, Раз что задумаешь, так выполнишь что надо. Ты мирных пробудил, ты трупу молвил: «Встань», Труп – жив, идут борцы, встаёт, растёт громада. Кругами мощными растёт водоворот, Напрасны лепеты, напрасны вопли страха: Теперь уж он в себя всё, что кругом, вберёт, Осуществит себя всей силою размаха.

Быть может («Быть может, мы разны не только по виду…»)

Быть может, мы разны не только по виду, Быть может я вовсе другой. Не знаю. Но знаю, что счёл я своей незабвенной – обиду Твою, И её пропою, И этой обидой мы связаны вместе, Как голосом тайны, для нас дорогой, И этой обидой, и жаждою мести – Мы вместе, мы вместе, в пустыне морской, Число наших лодок огромно, несчётно, И мы ударяем веслом, И в разных ладьях мы плывём быстролётно, Но кончится путь – на прибрежьи одном. И в час, как на берег пристанем мы розно, Быть может, тебе не припомнюся – я, Но сладко мне знать, что победно и грозно Промчится крылатая стая твоя!

Страница 5 из 7

Вам также может понравиться

Страница 1 из 74

Назад1274Далее