Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Последняя поэма» – роман, в котором Рабиндранат Тагор исследует социальные проблемы и внутренние конфликты персонажей, изображая их в ярких, поэтических сценах. В центре сюжета – молодой адвокат Омито Рай, который сталкивается с противоречиями западной и индийской культур. Автор сочетает реализм и поэзию, создавая глубокие образы и эмоциональные переживания. Книга раскрывает тему «золотой молодежи» и её влияние на общество. Это произведение демонстрирует мастерство Тагора в сочетании прозы и поэзии.

Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Жанры
короткие любовные романыстихи и поэзия
Темы
социальные проблемыпоэзиякультуразолотая молодежьиндийская культурареализмпрозапсихологияавантюризммолодежь

Читать онлайн

Страница 2 из 30

Омито одержим стилем не только в литературе, но и во всем остальном — в одежде, вещах, манерах. На его внешности лежал особый отпечаток: он никогда не казался одним из многих, а всегда единственным в своем роде, затмевавшим других. У него полное чисто выбритое лицо с гладкой смуглой кожей, выразительные глаза, насмешливо улыбающиеся губы; он очень подвижен и ни минуты не сидит на месте. Остроумные реплики так и сыплются из его уст, как искры от кресала. Он носит бенгальское платье, но только потому, что это не принято в его кругу. Его старательно подвязанное дхоти всегда белое, без каймы, и тоже потому, что в его возрасте такие «не носят». Рубашка у Омито с застежкой от левого плеча до правого бока, а рукава он закатывает до локтей. Дхоти он подвязывает широким кушаком каштанового цвета с золотым шитьем, прикрепляя к левому боку маленький мешочек из вриндаванского ситца для своих карманных часов. Обувается он в бело-красные сандалии катаккской работы. Когда он выходит из дому, мадрасский чадор изящными складками свисает с его левого плеча до колен, а когда отправляется в гости к друзьям, на голове его красуется белая вышитая шапочка, какие обычно носят мусульмане Лакнау. В общем, его одежда — сплошная карикатура! Даже в его английских костюмах трудно что-либо понять. Хотя те, кто разбирается в таких делах, утверждают, будто в их мешковатости особый шик. Омито одевается так не для того, чтобы выставить себя в смешном свете, а потому, что у него неистощимая страсть к высмеиванию моды. Есть много молодых людей, которым приходится в доказательство своей молодости показывать свидетельство о рождении. Омито же обладает неподдельной редкостной молодостью, не нуждающейся ни в каких доказательствах, настолько она безоглядна и расточительна, экстравагантна и безответственна, подобна разливу, который все затопляет и сметает на своем пути.

У Омито было две сестры, Сисси и Лисси. С головы до пят они являли собой образчик последнего крика моды, словно товар с витрины магазина. Они ходили на высоких каблуках, поверх коротких кофточек, обшитых тесьмой, носили бусы из янтаря и кораллов. Сари извилистыми, змеиными складками изящно облегали их фигуры. У них была подпрыгивающая и семенящая походка, они громко разговаривали и визгливо смеялись. Чуть склонив голову, они чарующе улыбались, бросали многозначительные взгляды, но умели принять и сентиментальный вид. Веера из розового шелка все время порхали вокруг их щечек. Присев на ручки кресел, в которых сидели их поклонники, они ударяли их веерами по рукам в знак шутливого негодования против их шутливых дерзостей.

Свободное обращение Омито со знакомыми девушками вызывало зависть у его приятелей. Он не был безразличен к чарам представительниц прекрасного пола, хотя и не питал к какой-либо из них особой склонности: галантность его обхождения распространялась на всех без различия. Словом, можно сказать, что женщины его привлекали, но не увлекали. Омито ходил на вечеринки, играл в карты, проигрывал, когда хотел, всегда мог уговорить плохую певицу спеть еще раз, а когда видел девушку в сари ужасного цвета, непременно спрашивал адрес продавца. Беседуя со случайной знакомой, он умел настроить разговор на интимный лад, но все знали, что эта интимность рождена полным безразличием. Боги никогда не обманываются, когда молящийся, который поклоняется многим богам, каждого из них называет «всевышним», но все-таки это им приятно. Мамаши, правда, еще не теряли надежды, но дочки давно уже обнаружили, что Омито — как золотое облачко на горизонте: кажется, вот оно, рядом, а поди-ка удержи! Он дарил вниманием многих девушек, не останавливаясь ни на одной, за его интимными разговорами не было никакой цели, — потому-то он и был так отважен; близкое соседство со взрывчатым веществом не пугало его, ибо Омито знал, что не обронит ни одной искры.

Как-то на одном из пикников Омито сидел рядом с Лили Гангули на берегу Ганги. Луна поднималась над темным, погруженным в безмолвие противоположным берегом. Омито прошептал:

— Лили, восходящая луна по ту сторону Ганги, ты и я на этой стороне, — такое никогда больше не повторится!

В первое мгновение сердце Лили вздрогнуло, но она хорошо понимала, что слова эти не имеют никакого тайного смысла и значат не больше, чем радужная пленка мыльного пузыря. Стряхнув с себя наваждение, она рассмеялась и ответила:

— Омито, то, что ты сказал, так верно, что об этом не стоило и говорить. Вон лягушка бултыхнулась в воду, и это тоже никогда больше не повторится.

Омито рассмеялся.

— Тут есть разница, Лили, большая разница! Лягушки могло и не быть, но ты, я, луна, плеск Ганги и звезды в небе — это такое же гармоническое творение, как «Лунная соната» Бетховена. Этот миг мне представляется прекрасным золотым кольцом, украшенным сапфирами, алмазами, изумрудами, — кольцом, которое выковал безумный небесный ювелир в мастерской Вишвакармы[5] и тут же уронил в море, где его уже никто не найдет.

— Тем лучше! Значит, тебе не о чем тревожиться, Эмит: ювелир не пришлет тебе счет для оплаты.

— Но, Лили, представь, что мы по воле судьбы встретимся через миллионы лет под сенью багряных лесов планеты Марс на берегу какого-нибудь большого озера! Вообрази, что рыбак из «Шакунталы» вскроет рыбу[6] и достанет для нас это удивительное золотое мгновение сегодняшнего дня, а мы будем лишь в растерянности смотреть друг на друга. Что тогда?

— Тогда, — ответила Лили, слегка ударяя Омито веером, — золотое мгновение ускользнет и опять затеряется в океане и никогда больше не повторится. Ты упустил уже много таких мгновений, изготовленных безумным ювелиром. Их не счесть, потому что ты о них забыл.

Лили быстро встала и присоединилась к своим подругам.

Такие эпизоды в жизни Омито случались нередко.

— Оми, отчего ты не женишься? — приставали к нему сестры Сисси и Лисси.

— Первое, что необходимо для женитьбы, — отвечал Омито, — это невеста. Жених — фактор второстепенный.

— Ты меня удивляешь! — воскликнула Сисси. — Как будто мало на свете невест!

— Видишь ли, в старину выбирали невесту по гороскопу, моя же невеста должна быть хороша сама по себе, Она должна быть единственной, чтобы среди всех остальных ей не было равных.

— Но когда она войдет в твой дом, — упорствовала Сисси, — она все равно перестанет быть единственной: она будет носить твою фамилию и о ней будут судить по тебе.

— Девушка, к которой я тщетно стремлюсь, не имеет дома и никогда не переступала ничьего порога. Она сверкнула в моем сердце, как метеор, и исчезла в пространстве, не посетив ни одного земного жилища.

— Другими словами, она нисколько не похожа на твоих сестер, — нахмурившись, заметила Сисси.

— Другими словами, она не будет простым пополнением семьи, — подтвердил Омито.

— Кстати, — вставила Лисси, — разве мы не знаем, что Бимми Бос только и ждет, чтобы Оми сказал ей «да»? Стоит ему кивнуть, она сама прибежит! Чем она ему не нравится? Может быта, ей не хватает культуры? Она была первой на экзаменах по ботанике на степень магистра! Разве ученость не признак культуры?

Страница 2 из 30

Назад123…30Далее