Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Бог из сумрачных сил, затаенных во мгле. Вывел духа источник и все на земле Он смешал – и с неё снял он длани. С той поры дух желает царить над судьбой; С темнотою инстинктов, с стихией слепой Бой ведет, совершенствуясь в брани…»

Дата написания1900-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаpl
Возрастное ограничение12+

Читать онлайн

Страница 6 из 7

Присмотритесь, о братья! В просторе морском

Жадный омут замкнулся зловещим кольцом.

Все глотать глубина его рада.

Он замкнулся в себе для вражды без конца,

Знает жизнь и живет только в сфере кольца…

ХОР.

Он таит там ужасного гада!

ГОЛОС.

Прочь от омутов, прочь! Нули моря – они!

Кто туда попадет – оборвет свои дни

В одинокой холодной могиле.

Поспешим же от них! Там уныло, томно!

Пусть не брызнут их волны на наше судно!

ХОР.

В них миазмы губительной гнили!

ГОЛОС.

В души Творчество нам и святая Любовь

Заложили сокровища дивных даров

И певцов нам название дали.

Понесем же знамена великих идей

И посевы свободы на ниву людей…

ХОР.

Чтоб любви очаги возникали!

ГОЛОС.

Пусть же вспыхнет огнем эта сила любви!

Мир холодный и мрачный, погрязший в крови,

Поведем к лучезарной деннице.

Так спешим же туда! Там насилье, вражда,

Книга жизни там кровью людей залита.

ХОР.

Этой книги откроем страницы!

ГОЛОС.

И запишем туда мы небесный завет…

Взвейся, парус! Туда, где печаль скрыла свет,

Полетим мы, сгорая любовью.

Полетим, чтоб скорее над бедной землей

Сеять зерна добра и свободы святой…

ХОР.

Эти зерна польем своей кровью!

ГОЛОС.

Но куда же по морю направим мы ход?

О, смотрите: наш руль сделал сам оборот,

И судно так отважно несется.

Что за диво? Спокойна, недвижна вода…

Почему же судно повернулось туда?

ХОР.

Наше сердце в ту сторону бьется!

ГОЛОС.

О, как бьется, как тянет к несчастной стране,

Где в полях, и в лугах, и в лесной глубине

Кровь течет с неустанною силой,

Где ручьи замутились от пота и слез,

Где ни пламенных чувств, ни возвышенных грез…

ХОР.

Где герои под каждой могилой!

ГОЛОС.

Ты, о сердце, отважно и громко зови,

Что грядет вольный Бог всемогущей любви,

Снять готовясь проклятие века.

И, как древле из храма ушли торгаши,

Так все злое навеки уйдет из души…

ХОР.

Будет светлой душа человека!

ГОЛОС.

Да, сбывается лучшая в свете мечта:

Человек ожидал Человека-Христа —

Это чудо свершается ныне.

Поспешим же обрадовать гибнущий свет,

Ибо там – первый шаг, первый новый завет…

ХОР.

Первый камень для храма святыни.

ГОЛОС.

Так звучите же, струны! В зловещей тиши

Наши песни убитую силу души

Воскресят, упованием по́лны,

Слабым силы пошлют на борьбу до конца

И упреком отравят тиранов сердца…

ХОР.

Даймон! Бурны зловещие волны!..

ГОЛОС.

Ничего! Если смерть нам пророчит волна,

Мы умрем у морского спокойного дна,

В дивном царстве подводного мира.

Будеть море хранить безмятежный наш мир,

Чуть касаясь волной серебра наших лир.

ХОР.

И расскажет о нас наша лира!

ГОЛОС.

Смело, братья, плывем! Прочь боязнь и печаль!

О, смотрите, смотрите: туманится даль,

Берегов обещая явленье…

Что такое? Ростет на волнах полоса…

Суша, суша!.. О, нет!.. Но звучат голоса…

ХОР.

Это правда!.. Задержим стремленье!..

И словно альбатрос, что в высоте

Пробит стрелой упал в пучину моря,

Судно вдруг стало на одной черте

И замерло, с движеньем прежним споря.

Как кровь, по мачте красный флаг сплывал,

Подобно крыльям паруса трепались;

А весла, в море врытые, сгибались,

Их скрип, как стон, пучины оглашал.

И напрягая слух, сдержав дыханье,

Дружина вся сидела на судне

Недвижна, как живое изваянье,

В томительной и жуткой тишине.

К судну, что оставалось без движений,

Шел голос через море от земли,

Лишенный оболочки выражений,

Которые служить уж не могли

Ни в чем ему… Словам нет сил и воли,

Чтоб выразить стон безграничной боли.

Печален звон клинка, когда сквозь стоны

Его ломает рыцарь, побежден;

Шумят печально дымные колонны

Костров всех Авелей, чей тяжкий стон

Звучит в веках томительно и звонко;

И крышки гроба малого ребенка

Ужасен звук, когда с немой тоской

Бросает землю мать на гроб печальный,

И плачет дождь над хмурою землей…

Все это выражал тот голос дальний

И много больше… Слышалось еще,

Как то, что там зовет, хоть и желает,

Но всею силой мук не ударяет,

О помощи не просит горячо,

Как будто демон, муки отмеряя,

Считает скорбь и требует отчет

От каждой капли крови, убивая

Все то, что меру скорби перейдет.

Ужасен и велик в своем бессилье,

Летел тот голос, рвался без конца,

Наполнив жгучей болью все сердца.

И вдруг затих внезапно, точно крылья

Ему подрезал ветер роковой,

Что пролетел, страшилищу подобно,

Между судном и дальнею землей

И стих вдали, ворча над морем злобно.

А из зеркал поверхности морской

Вдруг выплыла толпа русалок чудных;

С тревожною и страстною тоской,

С огнем любви во взорах изумрудных

Движеньями и звуком голосов

Оне манили молодых пловцов.

Первая из них в одежде белоснежной

Пела, точно арфа; голос свежий, нежный

В тишине звучал и с криком страсти рос.

«О, приди ко мне! – звала она с тоскою: —

Я постель тебе сложу своей рукою,

Я тебя покрою золотом волос.»

«Нежно, прямо к сердцу грудь свою прижму я

И ее открою вновь для поцелуя…

Кровь твою насытит крови моей жар.

Полных уст кораллом я уста покрою!

Все движенья страсти с негой неземною

Девственного стана – принесу я в дар!»

«О, иди! – другая пламенно шептала: —

Кос благоуханных, дивных покрывала

Постелю тебе я!.. О, приди, приди!..

Я открою плечи, смуглые от жара,

Груди, что томятся пламенем пожара, —

И прижму их обе я к твоей груди!»

«И огнем любовным загорятся очи…

Дрожь моего стана в час беззвучной ночи,

Точно в колыбели, усыпит тебя.

Полными руками шею оплету я,

Прогоню усталость жаром поцелуя…

Я хочу и гибну, гибну я, любя!..»

«Дождь моих лобзаний смоет пыль мучений!..

Даймон! Цвет – росе, а я – всех наслаждений

Чашечки открою одному тебе!

Все смешаем чувства! Будь мне господином

И в моем ты небе богом будь единым!..

Я борюсь безумно, я паду в борьбе!..»

«А когда в объятьях я замру, бледнея,

Затуманит очи страсть, – тогда нежнее

Буду я шептать во сне и на яву

Благодарность сладкой и любовной ласке…

О, или со мною в мир волшебной сказки!

Неужель напрасно я тебя зову?»

«Напрасно! – с нотой гневною поэт

Ответил грозно в сторону русалок: —

Мир ваших чар для нас и чужд и жалок,

У них над нашим сердцем власти нет.

Самсон утратил мощь в плену Далилы,

А нам для битвы нужно больше силы;

Ведь там, на суше дорогой страны,

Нам подвиги Геракла суждены!»

«Завет у нас высокий, но суровый,

И мы должны держать над сердцем власть!

Нас искушенья ждут, но мы готовы

Отбросить их с презреньем, а не пасть!»

«Бокала с вашим ядом я позором

Не выпьем мы! Так прочь же, прочь скорей!..»

И слово оскорбленья грозным хором

Звучит с судна по синеве зыбей.

На этот возглас с тяжким стоном горя,

Подобно ряду скошенных цветов,

Оставив след расплывшихся кругов,

Русалки погрузились в лоно моря.

И волны их ударились в судно

И в яром гневе, мстительно-жестоком,

В глаза дружине брызнули упреком.

День меркнул, стало мрачно и темно;

Суровой мглой покрылся свод лазурный,

С морских полей сорвался ветер бурный

И вновь летел от полосы земли;

С могучим свистом мощными крылами,

Как тень, промчался он над головами,

Нарушил тишь и вновь исчез вдали.

А вслед за ним дружина увидала,

Как моря гладь лазурный свой покров

В зловещий, темный сумрак одевала;

Как, плача легионом голосов,

Вздымались волны с силою стремленья,

И как вдали морской водоворот

Борьбой смущали грозные движенья,

Неся наружу белой пены пот.

Пловцы на небо обратили взоры:

Сгущалась ночь темнее и темней;

Ползли, подобно скопищу теней,

Огромных туч блуждающие горы.

И двигались, как стаи мрачных птиц,

По небесам от северных границ.

Тут каждый, ожидая утешенья,

Страница 6 из 7

Вам также может понравиться