Загрузка...
Крылатый кинжал — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Крылатый кинжал

Автор Гилберт Кит Честертон
12+200749 читателей
Дата написания1921-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаen
СерияОтец Браун
Возрастное ограничение12+

Описание

В расследовании исчезновения и смерти братьев Элмера священник-расследователь Отец Браун сталкивается с мистическими символами и борьбой между черной и белой магией, пытаясь раскрыть, кто стоит за убийствами.

Главный конфликт / проблема

Убийство братьев Элмера и борьба между черной и белой магией, а также сомнения в истинности мистических убеждений.

Ключевые идеи

  • Мистические символы могут служить прикрытием для преступлений
  • Семейные конфликты и завещания часто приводят к подозрениям
  • Вера и скептицизм пересекаются в расследовании

Вывод

Дело раскрывается как столкновение веры и сомнения, где истина скрыта за мистическими символами, а истинный виновник оказывается маньяком, использующим обман и мистику.

Кому полезна

  • Любители мистических детективов
  • Читатели, интересующиеся психологией и оккультизмом

Главные темы

  • Мистика и расследование
  • Борьба между черной и белой магией
  • Семейные тайны и наследие

Персонажи

  • Отец Браун — Тщательно наблюдает, анализирует детали и использует логику, чтобы разоблачить преступника
  • Арнольд Элмер — Считает, что его братья убиты черной магией Стрейка, использует белую магию для защиты
  • Джон Стрейк — Считался лжецом и оккультистом, якобы убил братьев
  • Доктор Бойн — Обращается к Брауну за помощью в расследовании, предоставляет информацию о деле

Цитаты

  • "Смерть настигнет вас на следующий день, как настигла ваших братьев."
  • "Хвала белой магии! – кричал он."

Сводка по автору из Wikidata

1874–1936. Gilbert Keith Chesterton. английский христианский мыслитель, журналист и писатель (1874—1936)

Читать онлайн

Страница 4 из 6

– Ей-богу, вы правы! – крикнул он. – Тонкое умное лицо! У Джона Стрейка именно такое лицо.

Тут он поднялся и некоторое время странно, сосредоточенно всматривался в отца Брауна.

– Если вы немного подождете меня здесь, я покажу вам кое-что, – сказал он наконец.

Элмер вышел снова в среднюю дверь, прикрыв ее за собой.

«Направился, видно, к буфету или к себе в спальню», – подумал отец Браун.

Он не вставал с места и рассеянно смотрел на ковер, на который сквозь стекла двери падал бледный красноватый отсвет. На миг он принял было ярко-рубиновый оттенок, но потом снова потускнел, будто солнце выглянуло из-за тучи и спряталось вновь. В комнате было тихо, только водяные существа плавали взад и вперед в своей зеленой чаше.

Отец Браун напряженно думал.

Минуту-две спустя он поднялся, бесшумно скользнул к телефону, помещавшемуся в углублении за гардиной, и вызвал доктора Бойна по месту его службы. «Хотел бы сообщить вам кое-что по делу Элмера, – тихо сказал он. – История любопытная. На вашем месте я немедленно отправил бы сюда человек пять-шесть, чтобы они окружили дом».

Потом он вернулся на прежнее место и уселся, уставившись на темный ковер, который снова подернулся ярким кроваво-алым отблеском. Этот сочащийся сквозь стекла свет навел его на мысль о зарождении дня, предшествующем появлению красок, и о тайне, которая то открывается, то закрывается, словно дверь или окно.

Нечеловеческий вопль раздался из-за закрытых дверей и почти одновременно раздался выстрел. Не успели раскаты его замереть, как дверь распахнулась, и в комнату, шатаясь, вбежал хозяин дома, в разорванном у ворота халате, с дымящимся пистолетом в руке. Он не то дрожал с головы до ног, не то трясся от хохота, неестественного при данных обстоятельствах.

– Хвала белой магии! – кричал он. – Хвала серебряной пуле! Исчадие ада на этот раз ошиблось в расчетах. Мои братья отомщены!

И упал на стул, а пистолет выскользнул из руки и покатился на пол. Отец Браун бросился в коридор. Он взялся было за ручку двери, которая вела в спальню, будто собираясь войти, потом нагнулся, рассматривая что-то, подбежал к наружной двери и распахнул ее.

На снегу, недавно таком белом, что-то чернело, что-то вроде огромной летучей мыши. Но довольно было взглянуть, чтобы убедиться в том, что это – человек, лежащий навзничь, человек в широкополой шляпе, какие носят латиноамериканцы, и в широчайшем черном плаще, который случайно, может быть, лег так, что полы его – или рукава, вытянувшись во всю длину, походили на крылья. Рук не было, но отец Браун угадал положение одной из них и заметил рядом, полуприкрытое платьем, какое-то металлическое оружие. Больше всего это напоминало какой-нибудь герб: черного орла на белом поле. Но, обойдя вокруг и заглянув под шляпу, отец Браун уголком глаза разглядел лицо, такое самое, о каком недавно упоминал его хозяин, – тонкое и умное, строгое лицо Джона Стрейка.

– Ну, сдаюсь, – пробормотал отец Браун. – Похоже на громадного вампира, птицей ринувшегося с небес.

– Как же бы он мог явиться иначе? – раздался голос от дверей. И священник, подняв глаза, увидел стоявшего на пороге Элмера.

– Он мог прийти, – уклончиво ответил отец Браун.

Элмер широко повел рукой, указывая на белый ковер.

– Взгляните на снег! – сказал он глухим, трепещущим голосом. – Он и сейчас незапятнан, вы сами только что назвали его белой магией. На целые мили кругом нет ни единого пятна, одна эта гнусная клякса. Никаких следов, если не считать наших с вами.

Он сосредоточенно и загадочно посмотрел на маленького священника, потом добавил:

– Скажу вам еще кое-что. Плащ, в котором он лежит, ему не по росту. Ходить в нем он не мог бы, плащ волочился бы по земле. Он был человек невысокий. Вытяните плащ вдоль ног, и вы сами убедитесь.

– Что произошло между вами? – коротко спросил отец Браун.

– Трудно описать, так быстро все случилось, – ответил Элмер. – Я выглянул в дверь и только собирался закрыть ее, как меня словно закружило вихрем, захватило в воздухе колесом. Я выстрелил не глядя, – и увидел то, что вы видите. Но я убежден, все кончилось бы иначе, если бы пистолет мой не был заряжен серебряной пулей. Тогда он не лежал бы тут, на снегу.

– Кстати, – заметил отец Браун, – мы оставим его тут, на снегу, или вы предпочтете перенести его к вам? Должно быть, это ваша спальня выходит в коридор?

– Нет-нет, – заторопился Элмер, – пусть лежит до прихода полиции. Довольно с меня всего этого! Силы не выдерживают. Что бы там еще ни случилось, надо чего-нибудь глотнуть. А там пусть хоть вешают меня, если им заблагорассудится.

Вернувшись в комнату, Элмер упал в кресло, стоявшее между пальмой и рыбками, причем едва не перевернул аквариум; графинчик с бренди он нашел лишь после того, как пошарил наугад в нескольких шкафах и по разным углам. Он и раньше не казался аккуратным, но сейчас его рассеянность перешла всякие границы. Отпив большой глоток, он заговорил возбужденно, словно во что бы то ни стало хотел нарушить молчание.

– Вы еще сомневаетесь, хотя видели все собственными глазами. Поверьте, единоборство духа, единоборство Стрейка с домом Элмеров, глубже, чем вам кажется! Уж вам-то совсем не пристало быть Фомой Неверующим. Вы бы должны защищать все то, что эти дураки называют суевериями. Да, в россказнях о талисманах, приворотах, серебряных пулях что-то кроется! Что вы, католик, скажете на это?

– Скажу, что я агностик, – улыбнулся отец Браун.

– Вздор! – нетерпеливо крикнул Элмер. – Ваше дело верить в разные штуки.

– Да, в некоторые штуки я верю, – согласился отец Браун. – Именно поэтому я не верю в другие.

Элмер нагнулся вперед и стал всматриваться в него напряженно, как гипнотизер.

– Вы верите в них, – говорил он. – Вы верите во все. Все мы во все верим, даже когда отрицаем. Отрицающий верит. Разве вы в глубине души не чувствуете, что противоречия тут кажущиеся, что есть некий мир, который объемлет все. Душа кочует со звезды на звезду, все повторяется. Быть может, Стрейк и я боролись друг с другом в другой жизни, в другом виде – зверь со зверем, птица с птицей. Быть может, мы будем бороться вечно. Раз мы ищем друг друга, раз мы нужны один другому, наша вечная ненависть – та же любовь. Добро и зло чередуются в круговороте, они – едины. Не сознаете ли вы в глубине души, не верите ли, помимо всех ваших вер, в то, что есть лишь одна реальность и мы – ее тени? Все на свете – грани одного и того же, единой сердцевины, где люди растворяются в Человеке, и Человек – в Боге?

– Нет, – ответил отец Браун.

Снаружи спускались сумерки; был тот час, когда на небе, отягченном снеговыми тучами, темнее, чем на земле. Через окно с полузадернутой занавеской отец Браун смутно различал под колоннами портика, у главного входа, неясную фигуру. Бросив взгляд на застекленную дверь, в которую он вошел, он увидел и за ней две неподвижные фигуры. Внутренняя, с красными стеклами, была приоткрыта, а за ней, в коридоре, ему были видны длинные тени – преломляющиеся на полу серые карикатуры на людей. Доктор Бойн послушался его совета. Дом был окружен.

Страница 4 из 6

Вам также может понравиться

Страница 1 из 40

Назад1240Далее