Загрузка...
Городок Окуров — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Городок Окуров

Автор Максим Горький
12+2003526 читателей
Дата написания1909-12-31
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение12+

Описание

Городок Окуров – небольшое сообщество, разделённое рекой Путаница на Шихан и Заречье, где сосредоточены различные социальные группы. В городе разворачиваются бытовые сцены, праздники, споры и интриги, а также ночной хаос, в котором участвуют местные чиновники, торговцы, ремесленники и странные персонажи, такие как Яков Тиунов и Четыхер. Конфликт достигает кульминации, когда в результате насилия погибает молодой поэт Сим, а город погружается в страх и недоверие.

Главный конфликт / проблема

Нарушение порядка и насилие в городе Окуров, вызванное враждой между районами и конфликтами между жителями.

Ключевые идеи

  • Городок Окуров разделён рекой Путаница, создавая социальные и культурные различия между Шиханом и Заречьем.
  • Мещанство и городские чиновники находятся в постоянной вражде, но также взаимодействуют через торговлю, праздники и общественные мероприятия.
  • Строительство прогимназии в Заречье открывает новые возможности для образования девиц.
  • Ночной хаос, вызванный пьянством и конфликтами, приводит к трагедии Симы и разрушающему напряжению в обществе.

Вывод

Город находится на грани распада, и каждый житель вынужден принимать решения, которые могут изменить судьбу.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся социологией, историей и литературой о жизни в небольших городах.

Главные темы

  • Социальные конфликты и вражда между районами
  • Проблемы порядка и насилия в небольшом сообществе

Персонажи

  • Яков Тиунов — Сначала загадочный и молчаливый, позже раскрывается как человек с глубокими знаниями и необычными взглядами на жизнь. Он часто участвует в обсуждениях и помогает другим персонажам.
  • Симон Девушкин — Тревожный молодой человек, ищущий смысл в творчестве, становится жертвой конфликта с Вавилой Бурмистровым.
  • Четыхер — Старый, суровый человек, который охраняет дом воеводинских господ и часто взаимодействует с жителями слободы. Он пытается удержать порядок в ночном хаосе, но сталкивается с агрессией со стороны Вавилы и других жителей.
  • Вавила Бурмистров — Ведёт конфликт с Симом и участвует в насилии.
  • Лодка — Тревожная и обеспокоенная, пытается удержать спокойствие в ночном хаосе.
  • Коля — Пытается объяснить ситуацию, но его слова вызывают недоверие.
  • Капендюхин — Городовой
  • Фогель
  • Голова
  • Кудрявский
  • Жуков
  • Штрехель

Цитаты

  • «Городок Окуров посреди неё - как затейливая игрушка на широкой, сморщенной ладони».
  • «Войлочники и валяльщики сапог пили водку чаще и больше других, а потому пользовались общим вниманием и уважением всех слобожан».
  • «Господи - помилуй! Мы - твои рабы!»
  • «Нехорошо как, что Симка, а не другой кто! Смеяться будут надо мной из-за него, - ах, уж и будут!»

Сводка по автору из Wikidata

1868–1936. Алексей Максимович Пешков. русский писатель, прозаик, драматург (1868–1936)

Читать онлайн

Страница 5 из 27

Протянув руку вперёд и странно разрубая слога, он тихо говорит своим глухим голосом:

Во-лга, Во-лга, вес-ной много-водною

Ты не так за-ливаешь поля,

Как великою скорбью народною...

Понимаете?

Как великою скорбью народною

Переполнилась наша земля!

Русская земля! Вот - правильные стихи! Широкие!

- Это ты откуда взял? - спрашивает печник, подвигаясь к нему.

- В Москве, в тюремном замке, студенты пели...

- Ты там сидел?

- А как же!

- За фальшивки?

- Нет! Ведь это так, шутка, что я фальшивками занимался; меня за бродяжничество сажали и по этапам гоняли. А раз я попал по знакомству: познакомился в трактире с господином одним и пошёл ночевать к нему. Господин хороший. Ночевал я у него ночь, а на другую - пришли жандармы и взяли нас обоих! Он, оказалось, к политике был причастен.

- Что такое политика эта? - удивлённо спрашивает Стрельцов. - Вон, сказывают, у одной мещанки в городе сына, солдата, посадили...

- У Маврухиной это!

- Помешалась она, говорили бабы...

- Политика - разно понимается, - спокойненько объясняет Тиунов. - Одни говорят: надобно всю землю крестьянам отдать; другие - нет, лучше все заводы рабочим; а третьи - отдайте, дескать, всё нам, а мы уж разделим правильно! Все однако заботятся о благополучии людей...

- Ну, а насчёт мещан как?

Бурмистров, обернувшись к Стрельцову, строго заметил:

- Мещан политика не касается!

Кривой, поджав губы, промолчал.

С реки поднимается сырость, сильнее слышен запах гниющих трав. Небо потемнело, над городом, провожая солнце, вспыхнула Венера. Свинцовая каланча окрасилась в мутно-багровый цвет, горожане на бульваре шумят, смеются, ясно слышен хриплый голос Мазепы:

- Да, - пэрэстаньте!

Вдруг раздаётся хоровое пение марша:

Как-то раз, перед толпою

Соплемённых гор...

- Погодите! - грозя кулаком, говорит Бурмистров. - Придёт Артюшка - мы вам покажем соплемённых!

И орёт:

- Артюшка-а!

Павел Стрельцов неожиданно и с обидою в голосе бормочет:

- Вот тоже сахар возьмём - отчего из берёзового сока сахар не делать? Сок - сладкий, берёзы - много!

Ему никто не отвечает.

- Также и лён, - почему только лён? А может, и осока, и всякая другая трава годится в дело? Надо всё испробовать!

Заложив руки за спину, посвистывая, идёт Артюшка Пистолет, рыболов, птичник, охотник по перу и пушнине. Лицо у него скуластое, монгольское, глаза узкие, косые, во всю левую щёку - глубокий шрам: он приподнял угол губ и положил на лицо Артюшки бессменную кривую улыбку пренебрежения.

- Зачастили? - говорит он, кивая головой на город. - Ну, перебьём?

Бурмистров встаёт, потягивается, выправляя грудь, оскаливает зубы и командует:

- Начинай! Эх, соплемённые, - держись!

В сырой и душный воздух вечера врываются заунывные ноты высокого светлого голоса:

Ой, да ты, кукушка-а...

Артём стоит, прислонясь к дереву, закинув руки назад, голову вверх и закрыв глаза. Он ухватился руками за ствол дерева, грудь его выгнулась, видно, как играет кадык и дрожат губы кривого рта.

Вавила становится спиной к городу, лицом - к товарищу и густо вторит хорошим, мягким баритоном:

Ой ли, птица бесприютная-а,

Про-окукуй мне лето красное!

Вавила играет песню: отчаянно взмахивает головой, на высоких, скорбных нотах - прижимает руки к сердцу, тоскливо смотрит в небо и безнадёжно разводит руками, все его движения ладно сливаются со словами песни. Лицо у него ежеминутно меняется: оно и грустно и нахмурено, то сурово, то мягко, и бледнеет, и загорается румянцем. Он поёт всем телом и, точно пьянея от песни, качается на ногах.

Все, не отрываясь, следят за его игрою, только Тиунов неподвижно смотрит на реку - губы его шевелятся и бородка дрожит, да Стрельцов, пересыпая песок с руки на руку, тихонько шепчет:

- Вот, тоже., песок... Что такое - песок однако?

Из сумрака появляется сутулая фигура Симы, на плечах у него удилища, и он похож на какое-то большое насекомое с длинными усами. Он подходит бесшумно и, встав на колени, смотрит в лицо Бурмистрова, открыв немного большой рот и выкатывая бездонные глаза. Сочный голос Вавилы тяжко вздыхает:

Эх, да вы ль, пути-дороги тёмные...

Когда разразилась эта горестная японская война - на первых порах она почти не задела внимания окуровцев. Горожане уверенно говорили:

- Вздуем!

Покивайко, желая молодецки выправить грудь, надувал живот, прятал голову в плечи и фыркал:

- Японсы? Розумному человеку даже смешно самое слово!

Фогель лениво возражал:

- Ну, не скажите! Они всё-таки...

Но Покивайко сердился:

- А що воно таке - высетаке?

И с ехидной гримасой на толстом лице завершал спор всегда одной и той же фразой:

- Скэптицизм? Я вам кажу - лучше человеку без штанов жить, чем со скэптицизмом...

Долетая до Заречья, эти разговоры вызывали там равнодушное эхо:

- Накладём!

И долго несчастия войны не могли поколебать эту мёртвую уверенность.

Только один Тиунов вдруг весь подобрался, вытянулся, и даже походка у него стала как будто стремительнее. Он возвращался из города поздно, приносил с собою газеты, и почти каждый вечер в трактире Синемухи раздавался негромкий, убеждающий голос кривого:

- Кто воюет? Россия, Русь! А воеводы кто? Немцы!

Озирая слушателей тёмным взглядом, он перечислял имена полководцев и поджимал губы, словно обиженный чем-то.

- Какие они немцы? - неохотно возражали слушатели. - Чай, лет сто русский хлеб ели!

- Репой волка накормишь? Можешь? - серьёзно спрашивает Тиунов. - Вы бы послушали, что в городе канатчик Кожемякин говорит про них! Да я и сам знаю!

- Ущемил, видно, тебя однажды немец, вот ты его и не любишь!

Развивались события, нарастало количество бед, горожане всё чаще собирались в "Лиссабон", стали говорить друг другу сердитые дерзости и тоже начали хмуро поругивать немцев; однажды дошло до того, что земский начальник Штрехель, пожелтев от гнева, крикнул голове и Кожемякину:

- А я вам скажу, что без немцев вы были бы грязными татарами! И впредь прошу покорно при мне...

Дёргая круглыми плечами, Покивайко встал перед ним и сладостно возопил:

- Да сердце ж вы моё! Боже мой милый! Немцы, татары, або мордвины - да не всё ли ж равно нам, окуровцам? Разве ж мы так-таки уж и не имеем своего поля? А нуте, пожалуйте, прошу...

И осторожно отвёл желчного Штрехеля за карточный стол.

В Заречье несчастия войны постепенно вызывали спутанное настроение тупого злорадства и смутной надежды на что-то.

- Посмотреть бы по карте, как там всё расположено! - предлагал озабоченно Павел Стрельцов. - Море там, вот его бы пустить в действие...

- Шабаш! - осторожно загудел Тиунов, когда узнали о печальном конце войны. - Ну, теперь те будут Сибирь заглатывать, а эти - отсюда навалятся!

Он тыкал пальцем на запад и, прищуривая глаз, словно нацеливался во что-то, видимое ему одному.

Вавила Бурмистров стал задумываться: он долго исподволь прислушивался к речам кривого и однажды, положив на плечо ему ладонь, в упор сказал:

- Ну, Яков, не раздражай души моей зря - говори прямо: какие твои мысли?

Тиунову, видимо, не хотелось отвечать, движением плеча он попробовал сбросить руку Вавилы, но рука лежала тяжело и крепко.

- Отступись! - с трудом вывёртываясь, сказал он тихонько.

Страница 5 из 27

Вам также может понравиться

Страница 1 из 102

Назад12102Далее