Читать бесплатно онлайн

Генералиссимус Суворов

Автор Павел Иванович Ковалевский

12+19951 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Александра Васильевича Суворова. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.

Дата написания1970-01-01

Язык книгиru

СерияПсихиатрические эскизы из истории

Возрастное ограничение12+

Жанры

общая история классики психологии

Читать онлайн

Страница 3 из 14

Способность быстро схватить позицию неприятеля и воспользоваться его слабыми сторонами, быстрота и натиск дали Суворову полную победу во всех делах и обратили на него внимание в европейских армиях. Сам неприятель понял новизну боя, только толковал его иначе: «Суворов понятия никакого не имеет о военном деле и ему драться только с медведями. Бывало, займешь позицию, ждешь русских с фронта, а он бросается либо с тыла, либо в фланге; мы разбегались более от страха и внезапности, нежели от поражения».

Не то же ли немцы говорили о Наполеоне I!..

Суворов строго следил на войне за дисциплиной, порядком и субординацией и резко восставал против допускаемого тогда в армии грабежа побежденных. Особенно строго приказывал Суворов быть ласковыми с поляками, не обижать пленных, кормить их хорошо, хотя бы то было и сверх порции.

Польская война была кончена, причем успех ее принадлежал почти всецело Суворову. За эту войну он получил орден Анны I ст., Георгия 3 ст., Александра Невского и чин генерал-майора. В Петербурге Суворова очень обласкали и достойно наградили за его доблестные дела.

Наступил мир. Но долгая мирная жизнь была не по нутру Суворова. Он был душой и характером солдат, воин и боевой генерал. Его глазомер по отношению к людям был слишком верен, а его быстрота и натиск в обхождении с придворными были слишком неудобны и для окружающих и для него. При его честности, прямоте и откровенности Суворов являлся беспокойным человеком, а беспокойный человек во все времена, даже до сего дня, был нетерпим. Поэтому весьма естественно, что Суворова отправили в Финляндию: изучать край, строить крепости, реорганизовать армию, выведывать направление мыслей Стокгольма и проч. Да и Суворову придворная и чиновничья атмосфера Петербурга была не по душе. Поэтому он предпочел уехать в чистую ссылку, нежели жить в атмосфере лукавства, зависти, лживости и предательства.

Суворов быстро исполнил все возложенные на него поручения в Финляндии и стал тосковать и терзаться бездельем. А тут открылась турецкая война. Суворов просится на поле битвы и вскоре достигает желанного.

Две экспедиции на Туртукай, причем экспедиции производились ночью, с переправой через Дунай, против неприятеля в 8-10 раз сильнейшего, с полным разгромом неприятеля и взятием в плен большого числа турок, пушек, знамен и судов показали, что Суворов был победителем в Польше не по случаю или по счастью, а благодаря своей тактике и своему гению. Георгий второй степени был ему вполне заслуженною наградою как за необыкновенную его распорядительность, так и за личную храбрость, служившую всегда примером для его солдат. Цену себе знал и сам Суворов, и это служило причиною многих его выходок, трудно оправдываемых в другом человеке. Суворов, несомненно, был царем своего дела. Он был создателем новой системы войны, он был и гениальным исполнителем ее. В результате – слава России, слава войскам, честь и слава Суворову. Равных себе Суворов не видал. Эта-то уверенность в своем превосходстве и делала то, что Суворов был крайне резок в выражениях и нетактичен в действиях с равными и старшими себе. Необыкновенно пылкий и стремительный, он часто высказывал в разговоре то, чего не следовало бы, что вредило настолько же ему, как и его гениальному делу. Так, напр., донося о своих действиях против турок своему прямому начальнику, Салтыкову, он одновременно доносил о том же и главнокомандующему, Румянцеву; при этом и самый способ донесения был не всякому простительный. После первой победы при Туртукае он доносит Салтыкову запиской на клочке бумаги, писанной карандашом: «Ваше Сиятельство, мы победили: слава Богу, слава вам», – а Румянцеву было послано двустишие:

«Слава Богу, слава вам, Туртукай взят и я там…»

В других случаях Суворов бывал также часто непочтителен. Так, Суворов не любил Каменского, не уважал и Салтыкова. И вот он при своем штате выразился так: «Каменский знает военное дело, но оно его не знает; Суворов не знает военного дела, да оно его знает; а Салтыков ни с военным делом не знаком, ни сам ему не известен…» Слова Суворова были донесены кому следует и произвели свое воздействие. Суворов был переведен в отряд Потемкина.

На новом месте Суворов не замедлил отличиться под Козлуджей, где он с 8-тысячным отрядом напал на 40-тысячный отряд турок и совершенно разбил его. Этой победой турки были совершенно потрясены, а русские поднялись в глазах всей Европы; Суворов же упрочил за собою славу знаменитого боевого генерала, который во всех отношениях – ив трудах, и в лишениях, и в счастьи, и в несчастьи, и в славе, и в подвигах – был рядом с солдатом и в доле с ним.

В течение этой войны Суворов успел побывать в Москве и жениться. Брак этот был не вполне удачен. Да иначе и не могло быть. Жена его была милая светская женщина, любившая общество и принадлежавшая его течению. Суворов, напротив, не принадлежал ни себе, ни жене, ни обществу. Он был воин, и только воин. Воин и семьянин – два элемента, не совпадающие друг с другом. Муж и жена не подходили друг другу; они не могли сойтись, и потому они скоро разошлись.

Первая турецкая война закончилась. Она принесла Суворову золотую, украшенную бриллиантами шпагу и Георгия II ст.

Суворов назначен был начальником дивизии в Петербурге. Но так как без военного дела он вновь стал беспокойным человеком, то его послали различные дела вершить вне Петербурга. Суворов усмиряет Пугачева, удерживает в повиновении непокорных крымских татар, усмиряет и закрепляет татар на Кубани, удерживает киргизов в Астрахани и вообще подвизается на мирном поле военными приемами и всюду действует с полным успехом. А для такого успеха ему нужно было прежде всего поставить подчиненные ему войска в должный вид, все же остальное приходило само собою.

К сожалению, еще с первой турецкой войны Суворов страдал жестокой лихорадкой, мучила его также разлука с любимой дочерью, девочкой Суворочкой… Эти страдания физические и нравственные сильно подкосили организм Суворова и немало огорчали и раздражали его.

Суворов томился, скучал, писал резкости начальству, капризничал и раздражался. Зато с офицерами и солдатами он был всегда добр, весел, приветлив и отечески заботлив. Естественно, и подчиненные безгранично любили своего вождя и молились за него.

За все эти подвиги Суворов был награжден бриллиантовою звездою и Владимиром I ст. Суворова это, однако, не успокоило, и вот он пишет: «Одно мое желание, чтобы кончить Высочайшую службу – с оружием в руках. Долговременное мое бытие в нижних чинах приобрело мне грубость в поступках при чистейшем сердце и удалило от познания светских наружностей; препроводя мою жизнь в поле, поздно мне к ним привыкать. Наука просветила меня в добродетели: я лгу, как Эпаминонд, бегаю, как Цезарь, постоянен, как Тюренн и праводушен, как Аристид. Не разумея изгибов лести и ласкательств, моим сверстникам часто неугоден. Не изменил я моего слова ни одному из неприятелей; был счастлив, потому что я повелевал счастьем».

Немножко самоуверенно, но Суворов имел на это право…

Страница 3 из 14

Назад 1 2 3 4…14 Далее