Загрузка...
Отцы и дети — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Отцы и дети

Автор Иван Сергеевич Тургенев
12+200859k читателей
Дата написания1861-12-31
Язык книгиru
СерияСписок школьной литературы 10-11 класс
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга повествует о конфликте между традиционными ценностями старшего поколения и нигилистическими идеалами молодого поколения, разворачивающемся вокруг семьи Кирсановых и их отношений с Базаровым, завершаясь смертью главного героя.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между традиционными ценностями старшего поколения и нигилистическими идеалами молодого поколения, проявляющийся в отношениях между отцом и сыном.

Ключевые идеи

  • Проблемы перехода поколений и семейных отношений
  • Влияние новых идеологий на традиционную жизнь
  • Трудности управления фермой и отношения с крестьянами
  • Нигилизм как критика традиционных ценностей и авторитетов.
  • Конфликт между молодыми идеалами и устоявшимися взглядами старшего поколения.
  • Нихилизм Базарова против традиционных ценностей Анны
  • Роль искусства и природы в понимании общества
  • Поиск счастья и любви в жизни Анны
  • Индивидуализм против традиционных ценностей
  • Критика традиционной медицины и поиск новых подходов
  • Внутренний конфликт Базарова с семейными и общественными ожиданиями
  • Дуэль как проявление чести и конфликтов между поколениями

Вывод

Книга приводит к осознанию того, как идеологические разногласия и личные трагедии влияют на семейные и общественные отношения, завершаясь смертью главного героя и реакцией семьи.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся русской классикой
  • Педагоги и студенты литературы
  • Люди, изучающие социологию и философию
  • Семейные люди, ищущие понимание межпоколенческих конфликтов

Главные темы

  • Генерационный конфликт
  • Нигилизм и традиционные ценности
  • Семейные отношения
  • Медицинские и философские дискуссии
  • Бой и дуэль
  • Смерть и религиозные практики

Персонажи

  • Николай Петрович Кирсанов — Бывший офицер, умерший после смерти жены, стремится сохранить традиции и управлять хозяйством, но сталкивается с новыми идеями. Критически относится к нигилизму и защищает традиционные ценности. Заботится о семье, обеспокоен состоянием зерна и здоровьем близких.
  • Аркадий Николаевич — Молодой человек, недавно получивший звание кандидата, стремится к новым знаниям и идеям, но уважает отца. Ищет своё место в мире, подвержен влиянию Базарова, но также слышит старшие голоса. Старательный и любознательный, стремится к самостоятельности и пониманию мира. Участвует в беседах, поддерживает Базарова, уходит вместе с ним.
  • Евгений Васильевич Базаров — Молодой человек, отвергающий традиционные ценности и выступающий за материализм и прогресс. Скептицизм к традиционной медицине, стремление к научным открытиям, внутренний конфликт с семейными ценностями. Готов к дуэли, чтобы доказать свою точку зрения. Быстро заболевает и в конце умирает, вызывая в семье тревогу и религиозные размышления. Ведёт дискуссии о искусстве и обществе, выражает скептицизм и решает покинуть дом.
  • Анна Сергеевна Одинцова — Участвует в балу губернатора, обсуждает с Базаровым и Аркадием вопросы общества. Приходит к семье, пытается диагностировать и лечить болезнь, но её методы вызывают сомнения. Обсуждает искусство, природу и общество, делится воспоминаниями о своей жизни и поисках счастья.
  • Павел Петрович — Сомневается в идеях Базарова, но иногда поддерживает его. Сохраняет традиционные ценности, готов к дуэли, но после ранения испытывает сомнения.
  • Василий Иванович — Традиционный, но открытый к новым идеям, заботится о семье и огороде. Старик, который сначала раздражён приездом сына, но позже пытается помочь и обращается к религии.
  • Арина Власьевна — Традиционная, заботливая, но иногда эмоциональная. Жена Василия Ивановича, в восторге от приезда сына, но переживает за его здоровье.
  • Фенечка — Смотрит на Базарова с интересом, участвует в обсуждении ребёнка. Заботится о здоровье Павла Петровича, переживает за него и испытывает эмоциональные переживания.
  • Ситников — Встречается с Базаровым и Аркадием в городе, участвует в обсуждении женских прав. Появляется в конце, участвует в беседе.
  • Эвдоксия Кукшина — Обсуждает с Базаровым и Аркадием вопросы женского положения и аристократии.
  • Княжна — Появляется в доме, участвует в беседе, выражает усталость от жизни.
  • Фифи — Появляется в гостиной, взаимодействует с гостями.

Цитаты

  • Как грустно мне твое явленье, Весна, весна, пора любви!
  • Он нигилист.
  • Нигилизм всему горю помочь должен.
  • Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения.
  • Какой я смирненький стал
  • Ведь ты, будущий лекарй, и лекарский сын, и дьячковский внук…
  • Я хочу, да одно другому не мешает.
  • Пойдемте, матушка.
  • С теоретической точки зрения дуэль – нелепость; ну, а с практической точки зрения – это дело другое.
  • Он мне прямо в нос целит, – подумал Базаров, – и как щурится старательно, разбойник!

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. 伊万·谢尔盖耶维奇·屠格涅夫. русский писатель, поэт, публицист, драматург и переводчик (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 3 из 58

– Вот разве что приказчика я сменил. Я решился не держать больше у себя вольноотпущенных, бывших дворовых, или по крайней мере не поручать им никаких должностей, где есть ответственность. (Аркадий указал глазами на Петра.) Il est libre, en effet,[6] – заметил вполголоса Николай Петрович, – но ведь он – камердинер.[ 7] Теперь у меня приказчик[8] из мещан:[9] кажется, дельный малый. Я ему назначил двести пятьдесят рублей в год. Впрочем, – прибавил Николай Петрович, потирая лоб и брови рукою, что у него всегда служило признаком внутреннего смущения, – я тебе сейчас сказал, что ты не найдешь перемен в Марьине… Это не совсем справедливо. Я считаю своим долгом предварить тебя, хотя…

Он запнулся на мгновенье и продолжал уже по-французски.

– Строгий моралист найдет мою откровенность неуместною, но, во-первых, это скрыть нельзя, а во-вторых, тебе известно, у меня всегда были особенные принципы насчет отношений отца к сыну. Впрочем, ты, конечно, будешь вправе осудить меня. В мои лета… Словом, эта… эта девушка, про которую ты, вероятно, уже слышал…

– Фенечка? – развязно спросил Аркадий.

Николай Петрович покраснел.

– Не называй ее, пожалуйста, громко… Ну да… она теперь живет у меня. Я ее поместил в доме… там были две небольшие комнатки. Впрочем, это все можно переменить.

– Помилуй, папаша, зачем?

– Твой приятель у нас гостить будет… неловко…

– Насчет Базарова ты, пожалуйста, не беспокойся. Он выше всего этого.

– Ну, ты, наконец, – проговорил Николай Петрович. – Флигелек-то плох – вот беда.

– Помилуй, папаша, – подхватил Аркадий, – ты как будто извиняешься; как тебе не совестно.

– Конечно, мне должно быть совестно, – отвечал Николай Петрович, все более и более краснея.

– Полно, папаша, полно, сделай одолжение! – Аркадий ласково улыбнулся. «В чем извиняется!» – подумал он про себя, и чувство снисходительной нежности к доброму и мягкому отцу, смешанное с ощущением какого-то тайного превосходства, наполнило его душу. – Перестань, пожалуйста, – повторил он еще раз, невольно наслаждаясь сознанием собственной развитости и свободы.

Николай Петрович глянул на него из-под пальцев руки, которою он продолжал тереть себе лоб, и что-то кольнуло его в сердце… Но он тут же обвинил себя.

– Вот это уж наши поля пошли, – проговорил он после долгого молчания.

– А это впереди, кажется, наш лес? – спросил Аркадий.

– Да, наш. Только я его продал. В нынешнем году его сводить будут.

– Зачем ты его продал?

– Деньги были нужны; притом же эта земля отходит к мужикам.

– Которые тебе оброка не платят?

– Это уж их дело, а впрочем, будут же они когда-нибудь платить.

– Жаль леса, – заметил Аркадий и стал глядеть кругом.

Места, по которым они проезжали, не могли назваться живописными. Поля, все поля тянулись вплоть до самого небосклона, то слегка вздымаясь, то опускаясь снова; кое-где виднелись небольшие леса и, усеянные редким и низким кустарником, вились овраги, напоминая глазу их собственное изображение на старинных планах екатерининского времени. Попадались и речки с обрытыми берегами, и крошечные пруды с худыми плотинами, и деревеньки с низкими избенками под темными, часто до половины разметанными крышами, и покривившиеся молотильные сарайчики с плетенными из хвороста стенами и зевающими воротищами[10] возле опустелых гумен, и церкви, то кирпичные с отвалившеюся кое-где штукатуркой, то деревянные с наклонившимися крестами и разоренными кладбищами. Сердце Аркадия понемногу сжималось. Как нарочно, мужички встречались все обтерханные, на плохих клячонках; как нищие в лохмотьях, стояли придорожные ракиты с ободранною корой и обломанными ветвями; исхудалые, шершавые, словно обглоданные, коровы жадно щипали траву по канавам. Казалось, они только что вырвались из чьих-то грозных, смертоносных когтей – и, вызванный жалким видом обессиленных животных, среди весеннего красного дня, вставал белый призрак безотрадной, бесконечной зимы с ее метелями, морозами и снегами… «Нет, – подумал Аркадий, – небогатый край этот, не поражает он ни довольством, ни трудолюбием; нельзя, нельзя ему так остаться, преобразования необходимы… но как их исполнить, как приступить?..»

Так размышлял Аркадий… а пока он размышлял, весна брала свое. Все кругом золотисто зеленело, все широко и мягко волновалось и лоснилось под тихим дыханием теплого ветерка, все – деревья, кусты и травы; повсюду нескончаемыми звонкими струйками заливались жаворонки; чибисы то кричали, виясь над низменными лугами, то молча перебегали по кочкам; красиво чернея в нежной зелени еще низких яровых хлебов, гуляли грачи; они пропадали во ржи, уже слегка побелевшей, лишь изредка выказывались их головы в дымчатых ее волнах. Аркадий глядел, глядел, и, понемногу ослабевая, исчезали его размышления… Он сбросил с себя шинель и так весело, таким молоденьким мальчиком посмотрел на отца, что тот опять его обнял.

– Теперь уж недалеко, – заметил Николай Петрович, – вот стоит только на эту горку подняться, и дом будет виден. Мы заживем с тобой на славу, Аркаша; ты мне помогать будешь по хозяйству, если только это тебе не наскучит. Нам надобно теперь тесно сойтись друг с другом, узнать друг друга хорошенько, не правда ли?

– Конечно, – промолвил Аркадий, – но что за чудный день сегодня!

– Для твоего приезда, душа моя. Да, весна в полном блеске. А впрочем, я согласен с Пушкиным – помнишь, в Евгении Онегине:

Как грустно мне твое явленье, Весна, весна, пора любви! Какое…

– Аркадий! – раздался из тарантаса голос Базарова, – пришли мне спичку, нечем трубку раскурить.

Николай Петрович умолк, а Аркадий, который начал было слушать его не без некоторого изумления, но и не без сочувствия, поспешил достать из кармана серебряную коробочку со спичками и послал ее Базарову с Петром.

– Хочешь сигарку? – закричал опять Базаров.

– Давай, – отвечал Аркадий.

Петр вернулся к коляске и вручил ему вместе с коробочкой толстую черную сигарку, которую Аркадий немедленно закурил, распространяя вокруг себя такой крепкий и кислый запах заматерелого табаку, что Николай Петрович, отроду не куривший, поневоле, хотя незаметно, чтобы не обидеть сына, отворачивал нос.

Четверть часа спустя оба экипажа остановились перед крыльцом нового деревянного дома, выкрашенного серою краской и покрытого железною красною крышей. Это и было Марьино, Новая слободка тож, или, по крестьянскому наименованью, Бобылий Хутор.

Страница 3 из 58

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее