Удобнее читать в приложении
AI-разбор доступен после входа
Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.
auto_awesomeПолучить AI-разборО книге
«– Жажда жизни? – переспросил старик Карачаров, приподнимаясь на траве и открывая глаза, – жажда жизни ради самой жизни, жизни во что бы то ни стало, право же я не понимаю, что вы находите в этом чувстве хорошего? Он замолчал, прислонился спиной к столу и снова закрыл глаза. Старик Карачаров, крупный и длиннобородый, с виду похожий на патриарха, возвращался вместе со мною с охоты по куропаткам в его дачах. Выйдя из лощины, крепко забитой низкорослым кустарником, мы расположились в поймах, щедро залитых сентябрьским солнцем. Привалившись к стогу, мы грелись на припеке, жмурили от солнца глаза и лениво беседовали. Прямо перед нами ровной зеленой скатертью лежали поймы, замкнутые слева громадным, в несколько верст озером. Его поверхность, всю залитую солнцем, рябил мягкий ветерок, и от этого света и ветра по озеру непрерывными рядами бегали светлые огоньки, как по серебряной кольчуге.…»
Дата написания1900-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Читать онлайн
Страница 1 из 2Алексей Будищев Жажда жизни
– Жажда жизни? – переспросил старик Карачаров, приподнимаясь на траве и открывая глаза, – жажда жизни ради самой жизни, жизни во что бы то ни стало, право же я не понимаю, что вы находите в этом чувстве хорошего?
Он замолчал, прислонился спиной к столу и снова закрыл глаза. Старик Карачаров, крупный и длиннобородый, с виду похожий на патриарха, возвращался вместе со мною с охоты по куропаткам в его дачах. Выйдя из лощины, крепко забитой низкорослым кустарником, мы расположились в поймах, щедро залитых сентябрьским солнцем. Привалившись к стогу, мы грелись на припеке, жмурили от солнца глаза и лениво беседовали. Прямо перед нами ровной зеленой скатертью лежали поймы, замкнутые слева громадным, в несколько верст озером. Его поверхность, всю залитую солнцем, рябил мягкий ветерок, и от этого света и ветра по озеру непрерывными рядами бегали светлые огоньки, как по серебряной кольчуге.
Кругом было удивительно хорошо. Солнце грело так мягко и нежно, почва благоухала так радостно, а самый воздух, весь пронизанный теплым сиянием, обливал все живое такою ласкою, такою чарующей прелестью, что разговор о жажде жизни казался самым подходящим. Между тем, Карачаров снова открыл глаза.
– Возьмите, – продолжал он, – это стремление жить в наибольшем его напряжении, и вы увидите, сколько в этом чувстве подлости и какое могучее отвращение оно способно возбудить в нас.
Карачаров снова помолчал минуту и затем продолжал в ленивой задумчивости:
– Мне кажется, что в мире животном жажда жизни ради самой жизни совершенно отсутствует или во всяком случае никогда не достигает крайности. Иначе, чем мы объясним ту самоотверженность, с какою самка синицы защищает своих птенцов от нападений кошки? По-моему, есть только один закон, которому все без исключения животные подчинены до забвения всего, до жестокости до попрания всех прав. Это закон сохранения вида. И вероятно закон этот лежит в основании величайшей мысли, если он проникает все живое с такою силою. Животный мир как будто трудится над созданием великой лестницы, по которой он со временем взойдет на небо и увидит необычайные горизонты. Животные создают эту лестницу с жестоким упорством, ступенька за ступенькой, ревниво оберегая каждую ступень, и ради нее, ради этой ступени, готовы положить тысячи жертв, пролить целые моря крови. Какой необычайной красоты должны быть эти горизонты, если одна из самых низких ступенек ведущей к ним лестницы оправдывает перед высшим правосудием все эти бесконечные моря пролитой крови?
Карачаров опять замолчал и долго сидел неподвижно, прислонившись спиною к стогу и устремив взор вдаль, как будто разглядывая там что-то.
– Что это будет за существо, – продолжал он, – которое встанет там, наверху этой лестницы? Во всяком случае, я свято верю, что это будет не та себялюбивая сверх-собака, боготворящая себя и свое хотенье, которую современные ницшеанцы пытаются выдавать за сверхчеловека. Нет, это будет совсем не то, совсем не то!
– Сверх-собака, – сделал Карачаров резкий жест, – она, может быть, и появится, она, может быть, уже и начинает появляться; сперва сверх-собака, а затем сверх-фисдешьены. Но они появятся и уйдут, оставив после себя нехороший запах, и только! Ведь они же съедят сами себя! Ведь это же их сверх-собачий принцип!
Карачаров сердито сверкнул глазами и внезапно добродушно рассмеялся.
– А жажда жизни, – вновь возвратился он к первоначальной теме, – я испытал ее однажды в мою жизнь, и мне до сих пор мерзко и стыдно при одном воспоминании об этом миленьком чувстве.
– Хотите послушать? – спросил он меня, плотнее приваливаясь к стогу.
– Видите то озеро? – начал он, указывая на водную поверхность, по которой бегали светлые огоньки. – Это было давно. Мне было 25 лет, я только что женился и был влюблен в мою молоденькую жену по горло. Я не разлучался с нею ни на минуту, и рука об руку мы совершили с нею много чудных прогулок. Как-то нам пришла фантазия проехаться по этому озеру в крошечной лодке. В лодке так было тесно, что нам приходилось ежеминутно целоваться. Целью нашей прогулки мы наметили островок, лежавший в то время почти посреди озера и представлявший собою премилую лужайку не более двух квадратных саженей, на которых росло четыре куста черемухи. Первые два куста мы называли «рощей счастливой пары», а два вторых «лесом первой размолвки». Теперь этого острова не существует; его смыло водою, но в то время он лежал среди озера, как душистый цветок, а эти четыре куста цветущей черемухи походили на сугробы снега. Итак, мы благополучно прибыли на этот остров. Две квадратных сажени для двух влюбленных – это слишком большая площадь, и почти весь остров мы великодушно уступили во власть куликов, а сами заняли не более аршина и сидели так близко друг к другу, что юбки жены все время хлопали меня по носу. Конечно, это происходило оттого, что поднялся ветер. В тихую погоду юбки жены обыкновенно относились к моему носу с большим уважением. По правде сказать, я только по этому и догадался, что поднимается ветер. Между тем ветер крепчал и вскоре превратился в самую настоящую бурю. По озеру заходили сердитые с белым гребнем волны, которые били в берег нашего островка, как свинцом. Они как будто позавидовали нашему безмятежному счастью и решили сбросить в воду и «рощу счастливой пары», и «лес первой размолвки». Кулики с беспокойным свистом попрятались кто куда, а черемухи пригибались к самой земле, как испуганные девушки, и бросали свои белоснежные цветы на мутную поверхность озера, точно желая умилостивить его гнев. Конечно, было бы лучше всего, если бы мы решились заночевать на острове и переждать бурю. Но мне захотелось разыграть из себя храбреца, забубённую головушку, и я стал звать жену домой. Мне было стыдно спраздновать в ее глазах труса, так как я только что уверял ее, что я силен, как Голиаф, плаваю, как бобер, а ныряю, как тот легендарный англичанин, который нырнул по ту сторону Ламанша 25 лет тому назад и до сих пор еще нигде не вынырнул. Я звал жену настойчиво, и жена вверила мне себя. Мы пустились в путь в нашей лодочке. Около берега мы еще кое-как держались, но когда мы отъехали дальше, нам пришлось круто. Вокруг нас свистел воздух и шипела вода; поверхность озера то взбучивалась светящимися буграми, то проваливалась темными ямами. И вскоре вместо весел, в моих руках очутился зонт жены, и я услышал ее пронзительный крик. Нас куда-то приподняло, затем погрузило с отвратительным шипеньем куда-то вниз, и внезапно я очутился в воде, а руки жены легли вокруг моей шеи. Как оказалось, нашу лодку опрокинуло, захлестнуло водою и потащило ко дну. Мы остались одни среди свирепого озера. Я попробовал было поискать ногою дно и не нашел его. Здесь было глубоко, и вокруг нас не было ничего, решительно ничего, за что мы могли бы ухватиться. Только цветок черемухи плавал почти вровень с мертвенно-бледным лицом моей жены. И ничего больше. Я плавал плохо, много хуже бобра и чуть-чуть получше свинцовой пули, а теперь мне приходилось и плыть самому, и тащить на себе жену, помертвевшую от ужаса и как будто потяжелевшую вдвое. Кое-как я все-таки подвигался среди шипящих бугров и свиста ветра, с громадным трудом преодолевая каждый шаг. А между тем берег был еще далек, и глубина озера оставалась все такой же. Я работал руками и ногами с яростью. Первоначально, кроме бешеной злобы на взбунтовавшуюся стихию я ничего не чувствовал, но злость была дикая, свирепая, и если бы в моих руках была власть, я превратил бы воды всего света в ничто. Вскоре, однако, я стал изнемогать; волны хлестали мне прямо в лицо и приводили меня в ярость. С отчаянием я видел, что силы покидают меня, что сейчас я пойду ко дну, погружусь навсегда в эту темную яму и никогда в жизни не увижу больше неба, травы, ветки черемухи. Я понял, что не будет такой цены, за которую мне продали бы все это хотя на один миг. И мне захотелось всего этого, – и неба, и ветки черемухи, – до боли, до страдания, В то же время мне пришло в голову, что если бы я был один, я мог бы выплыть, а с женою я обречен на смерть. Вместе с тем мне показалось диким умирать лишь потому, что моя жена не умеет плавать. Если бы я имел средства и силы спасти ее, мой риск был бы понятен, но ведь я не мог этого сделать, так с какой же стати я должен умирать вместе с нею? Не лучше ли снять ее руки с моей шеи? Что лучше смерть одного человека или двух? Эти мысли проходили во мне вихрями. Однако, я еще барахтался в изнеможении среди бушевавшей воды. Сквозь мутные волны свистевшего и шипевшего озера я видел зеленый берег лугов, и он звал меня, этот берег, звал к жизни могучим и властным криком, и все мое существо внезапно рванулось на этот зов. Нехорошее чувство пронизало меня всего и расплавило во мне все человеческое достоинство, как удар молнии плавит песок. Во мне зажглось непреодолимое желание жизни, – жизни, какой бы там ни было. Я согласился бы стать чудовищем, выродком, самым последним негодяем, лишь бы только жить, жить, жить! И это чувство превратило меня в гадину. Я сделал движение, жест, или вернее, намек на жест чтобы отцепить руки жены от моей шеи. И жена поняла меня, хотя, повторяю, это был лишь намек на жест; она прошептала, судорожно стиснув мою шею руками: «ради Бога, ради Бога!» Этот шепот снова превратил меня в человека. Я крепко обнял ее стан, как бы прося у нее прощенья, и лишился сознания. Нас вытащили рыбаки.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe","pageTitle":"Жажда жизни (Алексей Николаевич Будищев) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Жажда жизни». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Жажда жизни». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Алексей Николаевич Будищев","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литература 20 века","item":"https://bookra.app/genre/5304"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Жажда жизни","item":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe","url":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe","name":"«Жажда жизни». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Жажда жизни». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a410a823-f3f1-11e5-a7c6-0cc47a5203ba/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe#work","name":"Жажда жизни","url":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe","description":"«– Жажда жизни? – переспросил старик Карачаров, приподнимаясь на траве и открывая глаза, – жажда жизни ради самой жизни, жизни во что бы то ни стало, право же я не понимаю, что вы находите в этом чувстве хорошего? Он замолчал, прислонился спиной к столу и снова закрыл глаза. Старик Карачаров, крупный и длиннобородый, с виду похожий на патриарха, возвращался вместе со мною с охоты по куропаткам в его дачах. Выйдя из лощины, крепко забитой низкорослым кустарником, мы расположились в поймах, щедро залитых сентябрьским солнцем. Привалившись к стогу, мы грелись на припеке, жмурили от солнца глаза и лениво беседовали. Прямо перед нами ровной зеленой скатертью лежали поймы, замкнутые слева громадным, в несколько верст озером. Его поверхность, всю залитую солнцем, рябил мягкий ветерок, и от этого света и ветра по озеру непрерывными рядами бегали светлые огоньки, как по серебряной кольчуге.…»","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a410a823-f3f1-11e5-a7c6-0cc47a5203ba/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литература 20 века","русская классика"],"keywords":"рассказы","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksey-budischev/zhazhda-zhizni-18082438/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/8215caa2-3869-11e2-9b9b-002590591ed2#person","name":"Алексей Николаевич Будищев","url":"https://bookra.app/author/8215caa2-3869-11e2-9b9b-002590591ed2"}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литература 20 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"рассказы"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe#edition","url":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksey-budischev/zhazhda-zhizni-18082438/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Жажда жизни»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/1cmuPbJe","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":764212,"shortId":"1cmuPbJe","title":"Жажда жизни","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a410a823-f3f1-11e5-a7c6-0cc47a5203ba/thumbs/1200.webp","annotationText":"«– Жажда жизни? – переспросил старик Карачаров, приподнимаясь на траве и открывая глаза, – жажда жизни ради самой жизни, жизни во что бы то ни стало, право же я не понимаю, что вы находите в этом чувстве хорошего? Он замолчал, прислонился спиной к столу и снова закрыл глаза. Старик Карачаров, крупный и длиннобородый, с виду похожий на патриарха, возвращался вместе со мною с охоты по куропаткам в его дачах. Выйдя из лощины, крепко забитой низкорослым кустарником, мы расположились в поймах, щедро залитых сентябрьским солнцем. Привалившись к стогу, мы грелись на припеке, жмурили от солнца глаза и лениво беседовали. Прямо перед нами ровной зеленой скатертью лежали поймы, замкнутые слева громадным, в несколько верст озером. Его поверхность, всю залитую солнцем, рябил мягкий ветерок, и от этого света и ветра по озеру непрерывными рядами бегали светлые огоньки, как по серебряной кольчуге.…»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Алексей Николаевич Будищев","authors":[{"id":"8215caa2-3869-11e2-9b9b-002590591ed2","displayName":"Алексей Николаевич Будищев","protectedUrl":"/author/8215caa2-3869-11e2-9b9b-002590591ed2","wikipediaUrl":null,"wikidataUrl":null}],"genres":[{"id":5304,"title":"литература 20 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5304"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":["рассказы"],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1900-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[],"authorSummary":null,"hasArtifacts":false,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_764212","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_764212","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_764212","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_764212","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_764212","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_764212"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_764212","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_764212","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_764212","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_764212"},"guestReaderUrl":"/books/1cmuPbJe#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/8215caa2-3869-11e2-9b9b-002590591ed2","readersCount":2,"adultLabel":"12+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":1,"totalPages":2,"hasPrev":false,"hasNext":true,"prevPageUrl":null,"nextPageUrl":"/books/1cmuPbJe?page=2#reader-content","progressLabel":"Страница 1 из 2","sections":[{"id":"content0:0","kind":"heading","text":"Алексей Будищев Жажда жизни"},{"id":"content0:1","kind":"paragraph","text":"– Жажда жизни? – переспросил старик Карачаров, приподнимаясь на траве и открывая глаза, – жажда жизни ради самой жизни, жизни во что бы то ни стало, право же я не понимаю, что вы находите в этом чувстве хорошего?"},{"id":"content0:2","kind":"paragraph","text":"Он замолчал, прислонился спиной к столу и снова закрыл глаза. Старик Карачаров, крупный и длиннобородый, с виду похожий на патриарха, возвращался вместе со мною с охоты по куропаткам в его дачах. Выйдя из лощины, крепко забитой низкорослым кустарником, мы расположились в поймах, щедро залитых сентябрьским солнцем. Привалившись к стогу, мы грелись на припеке, жмурили от солнца глаза и лениво беседовали. Прямо перед нами ровной зеленой скатертью лежали поймы, замкнутые слева громадным, в несколько верст озером. Его поверхность, всю залитую солнцем, рябил мягкий ветерок, и от этого света и ветра по озеру непрерывными рядами бегали светлые огоньки, как по серебряной кольчуге."},{"id":"content0:3","kind":"paragraph","text":"Кругом было удивительно хорошо. Солнце грело так мягко и нежно, почва благоухала так радостно, а самый воздух, весь пронизанный теплым сиянием, обливал все живое такою ласкою, такою чарующей прелестью, что разговор о жажде жизни казался самым подходящим. Между тем, Карачаров снова открыл глаза."},{"id":"content0:4","kind":"paragraph","text":"– Возьмите, – продолжал он, – это стремление жить в наибольшем его напряжении, и вы увидите, сколько в этом чувстве подлости и какое могучее отвращение оно способно возбудить в нас."},{"id":"content0:5","kind":"paragraph","text":"Карачаров снова помолчал минуту и затем продолжал в ленивой задумчивости:"},{"id":"content0:6","kind":"paragraph","text":"– Мне кажется, что в мире животном жажда жизни ради самой жизни совершенно отсутствует или во всяком случае никогда не достигает крайности. Иначе, чем мы объясним ту самоотверженность, с какою самка синицы защищает своих птенцов от нападений кошки? По-моему, есть только один закон, которому все без исключения животные подчинены до забвения всего, до жестокости до попрания всех прав. Это закон сохранения вида. И вероятно закон этот лежит в основании величайшей мысли, если он проникает все живое с такою силою. Животный мир как будто трудится над созданием великой лестницы, по которой он со временем взойдет на небо и увидит необычайные горизонты. Животные создают эту лестницу с жестоким упорством, ступенька за ступенькой, ревниво оберегая каждую ступень, и ради нее, ради этой ступени, готовы положить тысячи жертв, пролить целые моря крови. Какой необычайной красоты должны быть эти горизонты, если одна из самых низких ступенек ведущей к ним лестницы оправдывает перед высшим правосудием все эти бесконечные моря пролитой крови?"},{"id":"content0:7","kind":"paragraph","text":"Карачаров опять замолчал и долго сидел неподвижно, прислонившись спиною к стогу и устремив взор вдаль, как будто разглядывая там что-то."},{"id":"content0:8","kind":"paragraph","text":"– Что это будет за существо, – продолжал он, – которое встанет там, наверху этой лестницы? Во всяком случае, я свято верю, что это будет не та себялюбивая сверх-собака, боготворящая себя и свое хотенье, которую современные ницшеанцы пытаются выдавать за сверхчеловека. Нет, это будет совсем не то, совсем не то!"},{"id":"content0:9","kind":"paragraph","text":"– Сверх-собака, – сделал Карачаров резкий жест, – она, может быть, и появится, она, может быть, уже и начинает появляться; сперва сверх-собака, а затем сверх-фисдешьены. Но они появятся и уйдут, оставив после себя нехороший запах, и только! Ведь они же съедят сами себя! Ведь это же их сверх-собачий принцип!"},{"id":"content0:10","kind":"paragraph","text":"Карачаров сердито сверкнул глазами и внезапно добродушно рассмеялся."},{"id":"content0:11","kind":"paragraph","text":"– А жажда жизни, – вновь возвратился он к первоначальной теме, – я испытал ее однажды в мою жизнь, и мне до сих пор мерзко и стыдно при одном воспоминании об этом миленьком чувстве."},{"id":"content0:12","kind":"paragraph","text":"– Хотите послушать? – спросил он меня, плотнее приваливаясь к стогу."},{"id":"content0:13","kind":"paragraph","text":"– Видите то озеро? – начал он, указывая на водную поверхность, по которой бегали светлые огоньки. – Это было давно. Мне было 25 лет, я только что женился и был влюблен в мою молоденькую жену по горло. Я не разлучался с нею ни на минуту, и рука об руку мы совершили с нею много чудных прогулок. Как-то нам пришла фантазия проехаться по этому озеру в крошечной лодке. В лодке так было тесно, что нам приходилось ежеминутно целоваться. Целью нашей прогулки мы наметили островок, лежавший в то время почти посреди озера и представлявший собою премилую лужайку не более двух квадратных саженей, на которых росло четыре куста черемухи. Первые два куста мы называли «рощей счастливой пары», а два вторых «лесом первой размолвки». Теперь этого острова не существует; его смыло водою, но в то время он лежал среди озера, как душистый цветок, а эти четыре куста цветущей черемухи походили на сугробы снега. Итак, мы благополучно прибыли на этот остров. Две квадратных сажени для двух влюбленных – это слишком большая площадь, и почти весь остров мы великодушно уступили во власть куликов, а сами заняли не более аршина и сидели так близко друг к другу, что юбки жены все время хлопали меня по носу. Конечно, это происходило оттого, что поднялся ветер. В тихую погоду юбки жены обыкновенно относились к моему носу с большим уважением. По правде сказать, я только по этому и догадался, что поднимается ветер. Между тем ветер крепчал и вскоре превратился в самую настоящую бурю. По озеру заходили сердитые с белым гребнем волны, которые били в берег нашего островка, как свинцом. Они как будто позавидовали нашему безмятежному счастью и решили сбросить в воду и «рощу счастливой пары», и «лес первой размолвки». Кулики с беспокойным свистом попрятались кто куда, а черемухи пригибались к самой земле, как испуганные девушки, и бросали свои белоснежные цветы на мутную поверхность озера, точно желая умилостивить его гнев. Конечно, было бы лучше всего, если бы мы решились заночевать на острове и переждать бурю. Но мне захотелось разыграть из себя храбреца, забубённую головушку, и я стал звать жену домой. Мне было стыдно спраздновать в ее глазах труса, так как я только что уверял ее, что я силен, как Голиаф, плаваю, как бобер, а ныряю, как тот легендарный англичанин, который нырнул по ту сторону Ламанша 25 лет тому назад и до сих пор еще нигде не вынырнул. Я звал жену настойчиво, и жена вверила мне себя. Мы пустились в путь в нашей лодочке. Около берега мы еще кое-как держались, но когда мы отъехали дальше, нам пришлось круто. Вокруг нас свистел воздух и шипела вода; поверхность озера то взбучивалась светящимися буграми, то проваливалась темными ямами. И вскоре вместо весел, в моих руках очутился зонт жены, и я услышал ее пронзительный крик. Нас куда-то приподняло, затем погрузило с отвратительным шипеньем куда-то вниз, и внезапно я очутился в воде, а руки жены легли вокруг моей шеи. Как оказалось, нашу лодку опрокинуло, захлестнуло водою и потащило ко дну. Мы остались одни среди свирепого озера. Я попробовал было поискать ногою дно и не нашел его. Здесь было глубоко, и вокруг нас не было ничего, решительно ничего, за что мы могли бы ухватиться. Только цветок черемухи плавал почти вровень с мертвенно-бледным лицом моей жены. И ничего больше. Я плавал плохо, много хуже бобра и чуть-чуть получше свинцовой пули, а теперь мне приходилось и плыть самому, и тащить на себе жену, помертвевшую от ужаса и как будто потяжелевшую вдвое. Кое-как я все-таки подвигался среди шипящих бугров и свиста ветра, с громадным трудом преодолевая каждый шаг. А между тем берег был еще далек, и глубина озера оставалась все такой же. Я работал руками и ногами с яростью. Первоначально, кроме бешеной злобы на взбунтовавшуюся стихию я ничего не чувствовал, но злость была дикая, свирепая, и если бы в моих руках была власть, я превратил бы воды всего света в ничто. Вскоре, однако, я стал изнемогать; волны хлестали мне прямо в лицо и приводили меня в ярость. С отчаянием я видел, что силы покидают меня, что сейчас я пойду ко дну, погружусь навсегда в эту темную яму и никогда в жизни не увижу больше неба, травы, ветки черемухи. Я понял, что не будет такой цены, за которую мне продали бы все это хотя на один миг. И мне захотелось всего этого, – и неба, и ветки черемухи, – до боли, до страдания, В то же время мне пришло в голову, что если бы я был один, я мог бы выплыть, а с женою я обречен на смерть. Вместе с тем мне показалось диким умирать лишь потому, что моя жена не умеет плавать. Если бы я имел средства и силы спасти ее, мой риск был бы понятен, но ведь я не мог этого сделать, так с какой же стати я должен умирать вместе с нею? Не лучше ли снять ее руки с моей шеи? Что лучше смерть одного человека или двух? Эти мысли проходили во мне вихрями. Однако, я еще барахтался в изнеможении среди бушевавшей воды. Сквозь мутные волны свистевшего и шипевшего озера я видел зеленый берег лугов, и он звал меня, этот берег, звал к жизни могучим и властным криком, и все мое существо внезапно рванулось на этот зов. Нехорошее чувство пронизало меня всего и расплавило во мне все человеческое достоинство, как удар молнии плавит песок. Во мне зажглось непреодолимое желание жизни, – жизни, какой бы там ни было. Я согласился бы стать чудовищем, выродком, самым последним негодяем, лишь бы только жить, жить, жить! И это чувство превратило меня в гадину. Я сделал движение, жест, или вернее, намек на жест чтобы отцепить руки жены от моей шеи. И жена поняла меня, хотя, повторяю, это был лишь намек на жест; она прошептала, судорожно стиснув мою шею руками: «ради Бога, ради Бога!» Этот шепот снова превратил меня в человека. Я крепко обнял ее стан, как бы прося у нее прощенья, и лишился сознания. Нас вытащили рыбаки."}],"toc":[{"id":"content0:0:1","label":"Алексей Будищев Жажда жизни","page":1,"pageUrl":"/books/1cmuPbJe#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":105156,"shortId":"1jVYtHrK","title":"Тихий Дон","authorLine":"Михаил Александрович Шолохов","primaryAuthorId":"b55553ef-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/70c6d9a6-d535-11e4-a494-0025905a0812/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1jVYtHrK"},{"idCatalog":10370,"shortId":"33SjPJUS","title":"Ночевала тучка золотая","authorLine":"Анатолий Игнатьевич Приставкин","primaryAuthorId":"68732cc0-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/496f10b1-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/33SjPJUS"},{"idCatalog":13940,"shortId":"3XPhERBq","title":"Живые и мертвые","authorLine":"Константин Михайлович Симонов","primaryAuthorId":"edebcfca-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/e71119c4-2183-45dd-99af-fadafeb70671/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3XPhERBq"},{"idCatalog":466671,"shortId":"0o3BWam5","title":"Вечный зов","authorLine":"Анатолий Степанович Иванов","primaryAuthorId":"5725c945-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/e3646b94-0412-11ed-a192-0cc47af30dde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0o3BWam5"},{"idCatalog":19987,"shortId":"00qyNYzB","title":"Камера обскура","authorLine":"Владимир Владимирович Набоков, Издательство Corpus","primaryAuthorId":"2971849e-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/fc92d8c9-94c5-4273-a476-259ec210e3bb/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/00qyNYzB"},{"idCatalog":25746,"shortId":"1Dv6ebai","title":"Колымские рассказы","authorLine":"Варлам Тихонович Шаламов","primaryAuthorId":"75313dc8-818a-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/b089277d-818a-102a-94d5-07de47c81719/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1Dv6ebai"},{"idCatalog":9508,"shortId":"487NJ5V4","title":"В окопах Сталинграда","authorLine":"Виктор Платонович Некрасов","primaryAuthorId":"360ef38b-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/4a1e87b0-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/487NJ5V4"},{"idCatalog":18208,"shortId":"2ZNFR9PO","title":"Защита Лужина","authorLine":"Владимир Владимирович Набоков, Издательство Corpus, Андрей Александрович Бабиков","primaryAuthorId":"2971849e-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/8f66a9d8-6163-46f8-ae12-342c8782d4e3/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2ZNFR9PO"},{"idCatalog":424954,"shortId":"32k4AnG8","title":"Приглашение на казнь","authorLine":"Владимир Владимирович Набоков, Издательство Corpus","primaryAuthorId":"2971849e-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/0b70aa9a-3bb0-11ec-8d3b-0cc47a5f137d/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/32k4AnG8"},{"idCatalog":176918,"shortId":"4SoJXNEG","title":"Двенадцать стульев","authorLine":"Илья Арнольдович Ильф, Евгений Петрович Петров, А. И. Капнинский","primaryAuthorId":"c15f15df-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/77c5a5e7-72dc-11e7-8179-0cc47a520474/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4SoJXNEG"},{"idCatalog":785143,"shortId":"38C7X6cf","title":"Петр Первый","authorLine":"Алексей Николаевич Толстой","primaryAuthorId":"5f4c8383-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/00c54a4c-3ab3-11e5-a6ec-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/38C7X6cf"},{"idCatalog":131153,"shortId":"33kWLm5f","title":"Циники. Бритый человек","authorLine":"Анатолий Борисович Мариенгоф","primaryAuthorId":"3a8a3e31-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/77c068b1-37cb-11e6-9614-0cc47a545a1e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/33kWLm5f"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":1222,"totalPages":102,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}