Додя, шестилетний мальчик, живёт в мире своих желаний и простых вопросов. Он наблюдает за гостями, пытается понять, что такое блины, и, когда их дают, отказывается, выражая сильную потребность в обладании и понимании мира.

Главный конфликт / проблема

Додя не может понять и принять блины, выражая конфликт между его ожиданиями и реальностью

Ключевые идеи

Додя живёт в мире своих желаний и простых вопросов.
Он проявляет сильную потребность в обладании и в понимании мира.

Вывод

Книга показывает, как внутренний мир ребёнка сталкивается с реальностью и как важно поддерживать его эмоциональные потребности

Кому полезна

Педагоги
Родители
Психологи
Дети

Главные темы

Воспитание и понимание мира ребёнка
Потребность в обладании и эмоциональная реакция

Персонажи

Додя — Шестилетний мальчик, живущий в мире желаний и простых вопросов. Любит приятное, отвращается к неприятному, сильно желает обладать всем, что видит, и испытывает сильные эмоции к простым вещам.
Марья — Мать Додя, готовит блины, пытается объяснить сыну, что такое блины, и утешает его после разочарования.
Нина Борисовна — Молодая дама, присутствует в доме и участвует в семейном обеде.
Сергей Митрофанович — Молодой человек, присутствует в доме и участвует в семейном обеде.
Анна Петровна — Участвует в семейном обеде, обсуждает еду с матерью.
Спиридон Иваныч — Участвует в семейном обеде, обсуждает напитки.
Семен Афанасьич — Участвует в семейном обеде, обсуждает еду.
Марина Кондратьевна — Участвует в семейном обеде, обсуждает икру.

Цитаты

Бли… ны…
Хочу, чтобы блины были мои

Сводка по автору из Wikidata

1880–1925. Аркадий Тимофеевич Аверченко. русский писатель, сатирик, театральный критик (1880—1925)

Читать онлайн

Страница 2 из 2

* * *

Положив подбородок на край стола, Додя надолго застыл в немом восхищении…

Какие красивые тарелки! Какая чудесная черная икра… Что за поражающая селедка, убранная зеленым луком, свеклой, маслинами. Какая красота – эти плотные, слежавшиеся сардинки. А в развалившуюся на большой тарелке неизвестную нежно-розовую рыбу Додя даже ткнул пальцем, спрятав моментально этот палец в рот с деланно-рассеянным видом. («Гм!.. Соленое».)

А впереди еще блины – это таинственное, странное блюдо, ради которого собираются гости, делается столько приготовлений, вызывается столько хлопот.

«Посмотрим, посмотрим, – думает Додя, бродя вокруг стола. – Что это там у них за блины такие…»

Собираются гости…

Сегодня Додя первый раз посажен за стол вместе с большими, и поэтому у него широкое поле для наблюдений.

Сбивает его с толку поведение гостей.

– Анна Петровна – семги! – настойчиво говорит мама.

– Ах, что вы, душечка, – ахает Анна Петровна. – Это много! Половину этого куска. Ах, нет, я не съем!

«Дура», – решает Додя.

– Спиридон Иваныч! Рюмочку наливки. Сладенькой, а?

– Нет, уж я лучше горькой рюмочку выпью.

«Дурак!» – удивляется про себя Додя.

– Семен Афанасьич! Вы, право, ничего не кушаете!..

«Врешь, – усмехнулся Додя. – Он ел больше всех.

Я видел».

– Сардинки? Спасибо, Спиридон Иваныч. Я их не ем.

«Сумасшедшая какая-то, – вздыхает Додя. – Хочу, чтоб сардинки были мои…»

Марина Кондратьевна, та самая, у которой камни в печени, берет на кончик ножа микроскопический кусочек икры.

«Ишь ты, – думает Додя. – Наверное, боится побольше-то взять: мама так по рукам и хлопнет за это. Или просто задается, что камни в печени. Рохля».

Подают знаменитые долгожданные блины.

Все со зверским выражением лица набрасываются на них. Набрасывается и Додя. Но тотчас же опускает голову в тарелку и, купая локон темных волос в жидком масле, горько плачет.

– Додик, милый, что ты? Кто тебя обидел?..

– Бли… ны…

– Ну? Что блины? Чем они тебе не нравятся?

– Такие… круглые…

– Господи… Так что же из этого? Обрежу тебе их по краям, – будут четырехугольные…

– И со сметаной…

– Так можно без сметаны, чудачина ты!

– Так они тестяные!

– А ты какие бы хотел? Бумажные, что ли?

– И… не сладкие.

– Хочешь, я тебе сахаром посыплю?

Тихий плач переходит в рыдание. Как они не хотят понять, эти тупоголовые дураки, что Доде блины просто не нравятся, что Додя разочаровался в блинах, как разочаровывается взрослый человек в жизни! И никаким сахаром его не успокоить.

Плачет Додя.

Боже! Как это все красиво, чудесно началось, – все, начиная от опары и вкусного блинного чада – и как все это пошло, обыденно кончилось: Додю выслали из-за стола.

* * *

Гости разошлись.

Измученный слезами, Додя прикорнул на маленьком диванчике. Отыскав его, мать берет на руки отяжелевшее от дремоты тельце и ласково шепчет:

– Ну ты… блиноед африканский… Наплакался? – И тут же, обращаясь к отцу, перебрасывает свои мысли в другую плоскость: – А знаешь, говорят, Антоновский получил от Мразича оскорбление действием.

И, подымая отяжелевшие веки, с усилием шепчет обуреваемый приобретательским инстинктом Додя:

– Хочу, чтобы мне было оскорбление действием.

Тихо мерцает в детской красная лампадка. И еще слегка пахнет всепроникающим блинным чадом…

Страница 2 из 2

Назад 1 2Далее