Удобнее читать в приложении
Дата написания1900-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Описание
Автор-фельетонист Илья Платонович Арефьев сталкивается с творческим блоком, пытаясь написать материал для детского альманаха. Внутренний поиск и воспоминания о детских праздниках помогают ему восстановить вдохновение и завершить работу.
Главный конфликт / проблема
Творческий блок автора и поиск вдохновения
Ключевые идеи
- Творческий блок может возникнуть даже у опытного автора, если он вынужден сменить жанр.
- Внутренний монолог и воспоминания о детских праздниках помогают преодолеть блок.
- Сочувствие и простота – ключ к созданию душевного текста.
Вывод
Автор находит вдохновение в детских воспоминаниях и завершает работу, восстанавливая творческую энергию
Кому полезна
- Писатели
- творческие люди
- люди, сталкивающиеся с творческим блоком
Главные темы
- Творческий блок
- Воспоминания о детстве
Персонажи
- Илья Платонович Арефьев — Опытный писатель, привыкший к сатирическим заметкам, сталкивается с творческим блоком при попытке написать душевный рассказ.
- дети — Образы детей, их радости и трудности, которые помогают Арефьеву найти тему.
Цитаты
- «Он сидел, и в голове видались образы солдата, лошади и кошек, но слова не приходили»
- «Внутренний монолог переходит в образ ребёнка, который переживает трудности, но находит утешение в детской радости»
Сводка по автору из Wikidata
1870–1938. Александр Иванович Куприн. русский писатель (1870—1938)
Читать онлайн
Страница 3 из 4Обедня кончилась. Причт и за ним хор выходят из церкви святить пасхи и куличи, разложенные рядами в церковной ограде. Весело и неожиданно встречает всех выходящих из церкви сияющее, ослепительное, весеннее утро. Голубое небо, молодая травка, благоухающие почки деревьев, возбужденный крик воробьев на погосте – все это снова приподымает в усталом Ильюшке ослабевшее было от усталости чувство праздника. Он громко пел вместе с хором, с трудом улавливая чужие голоса сквозь ликующий звон колоколов, и в то же время ощущает на себе взгляд народной толпы и потому сохраняет на лице озабоченное, даже несколько хмурое выражение человека, исполняющего трудное, важное и серьезное дело.
А на другой день надо непременно сбегать на колокольню и позвонить. Это, по старому, давнишнему обычаю, дозволяется каждому в первые три дня, и без этого пасха не в пасху. Лестницы, идущие в ярусах колокольни, темны, покрыты пылью и так круты, что у Ильюшки дрожат ноги, когда он, наконец, взбирается наверх. Уцепившись похолодевшими пальцами за перила, он заглядывает вниз. Ух, как страшно, как весело и как необыкновенно! Дома кажутся маленькими и совсем новыми, никогда не виданными. Под ногами в воздухе быстро носятся, резко и радостно вскрикивая, стрижи, кверху кружатся, блестя крыльями, испуганные голуби. Вся колокольня дрожит от неумолчного звука, кричишь и сам не слышишь своего голоса. И эти ощущения так странно и прекрасно смешиваются, что сам не разберешь, кто здесь звонит, кто сияет и кто смеется: голубое небо, колокола или опьяненная восторгом детская душа.
Лежащий на диване человек с бледным старообразным лицом слабо улыбается. Теперь он уже не Илья Платонович Арефьев, гроза юных стихотворцев, талантливый насмешник, презрительно и напряженно жгущий свою жизнь в котле общественных интересов и нездоровых страстей больного города. Он – дьячковский сын Ильюшка, веселый, беззаботный, вертлявый уличный мальчишка, жадно глотающий все впечатления своего могучего полуживотного бытия. И Арефьев на несколько минут испытывает внутри себя чувство такой свежести, чистоты и ясности, как будто чья-то невидимая рука нежно и заботливо стерла с его души всю накопившуюся на ней копоть ненависти, зависти, раздраженного самолюбия, пресыщения и скуки. И кажется ему вместе с Ильюшкой, что с каждым вздохом в грудь к нему вторгается весь праздничный мир красок, звуков и запахов, всегда новых, всегда очаровательных и бесконечно разнообразных.
Но проплывают мимо эти чудные, солнечные дни. Тянутся другие картины, и чем дальше, тем они серее и печальнее,– длинная история незаглушенных обид, жестокой борьбы за успех и медленного нравственного окостенения. Неумолимая память вызывает, наконец, и тот далекий пасхальный вечер, вспоминать о котором так боится всегда Арефьев.
О, как отчетливо все это помнится. Сначала контора редакции, где Илья Платонович получает гонорар за свой первый большой рассказ. Редактор, старый, суровый и чуткий газетных дел мастер, понял, должно быть, что в лице нового сотрудника входит в газету большая, оригинальная и свежая сила. Он только что обласкал Арефьева в своем кабинете, долго жал ему руку и, наконец,– неслыханная до сих пор в преданиях редакций любезность! – сказал дружески фамильярным тоном:
– Рассказ ваш пойдет завтра. Но если вам нужны деньги, пожалуйста, без стеснения. Если угодно, мы вам можем выдать гонорар по корректурному листу.
Еще бы, не угодно! Арефьев и сам только что собирался попросить «рубля три авансом». Там, в громадном доме, набитом разной беднотой, чуть ли не на чердаке его найдут теперь с замиранием сердца женщина и ребенок. Там сидят в темноте, положительно не на что купить керосину, там продали сегодня утром единственный серый теплый платок, чтобы сварить обед, там квартирные хозяева, дворники, нищета и озлобление. Прыгающей рукой расписывается Арефьев на талоне, в то время как кассир, коротенький, толстый, самоуверенный и вечно недовольный старик с лицом обиженного попугая, придвигает к нему пачку бумажек, придавленных сверху кучкой серебра.
Да, это была тяжелая пора в жизни Ильи Платоновича, неудачная, голодная, вся сплошь состоящая из бешеного хватанья случайных кусков вроде уроков, переписки, вечерних занятий. Но отчего же они с женой несли тогда так бодро свое каторжное бремя, без ропота, без отвратительной горечи взаимных упреков, часто даже с гордой, молодой, вызывающей насмешкой над судьбой? Отчего же потом, когда эта судьба наконец милостиво улыбнулась им и Арефьев такими большими шагами пошел по пути известности и обеспеченной, даже комфортабельной жизни,– отчего распался и рассыпался их душевный мир, превратясь в пустое загрязненное место? Не оттого ли, что со смертью ребенка исчезла та крепкая, хотя и болезненная связь, которая единила их сердца?
Странный и печальный был этот ребенок. На нем как будто бы целиком отразились вся нищета и убожество, среди которых он был зачат. Начиная с года, он перестал расти. Росла только его голова, огромная, пухлая, точно налитая какой-то бледной, нездоровой жидкостью; но тело оставалось таким же жалким и слабым, а тоненькие, как сухие веточки, руки и ноги бессильно висели, не развиваясь и не становясь крепче. Хороши у него были только глаза, большие, кроткие и печальные, такого удивительного цвета, которого, по выражению Гейне, не бывает ни у людей, ни у зверей, а лишь изредка у цветов. Осужденный на вечную неподвижность, он с неестественным терпением переносил свои постоянные болезни. Любимыми разговорами этого всегда серьезного, вечно задумчивого мальчика были разговоры о боге, об ангелах, о мертвецах, о похоронах и о кладбищах. Он точно знал, что скоро умрет, и никогда не улыбался.
Ах, как мучительно подробно вспоминается Илье Платоновичу этот пасхальный вечер, когда он вошел в комнату, до того нагруженный кульками и бумажными картузами, что принужден был локтем открывать дверь. А сзади него дворник, уже задобренный и потому снисходительный, благосклонный и улыбающийся, нес свертки, которых не мог захватить с пролетки сам Арефьев.
Какая радость была в этот святой вечер в маленькой каморке на четвертом этаже. Разрезали три свечки на половины и зажгли все шесть кусков – безумная роскошь. На бензинке (о ней раньше и мечтать не смели) жарились готовые отбивные котлеты и варился настоящий «кофе мокка». На столе стоял большой кулич и большая пасха для взрослых и малюсенькие для мальчика. Илье Платоновичу не сиделось на месте. Он ходил перед Гришей на четвереньках, представляя медведя, прыгал лягушкой и, в роли злой собаки, с рычанием делал вид, что кусает теплую грудку ребенка. Он точно опьянел от непривычных ощущений сытости, тепла и довольства, а главное – от первого литературного успеха, всю ядовитую сладость которого даже и представить себе не может человек, не испытавший его.
Даже и Гриша улыбнулся в первый раз в своей маленькой жизни. Он протянул ручки к картонному херувимчику, водруженному на куличе и парившему на одной ноге, и с лицом, сделавшимся неожиданно прекрасным от светлой улыбки, прошептал:
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/1vCN53xk","pageTitle":"По заказу (Александр Иванович Куприн) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «По заказу». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«По заказу». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Александр Иванович Куприн","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/1vCN53xk#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литература 20 века","item":"https://bookra.app/genre/5304"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"По заказу","item":"https://bookra.app/books/1vCN53xk"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/1vCN53xk","url":"https://bookra.app/books/1vCN53xk","name":"«По заказу». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «По заказу». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/1vCN53xk#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/1vCN53xk#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4c2ba512-0a4a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1vCN53xk#work","name":"По заказу","url":"https://bookra.app/books/1vCN53xk","description":"Автор-фельетонист Илья Платонович Арефьев сталкивается с творческим блоком, пытаясь написать материал для детского альманаха. Внутренний поиск и воспоминания о детских праздниках помогают ему восстановить вдохновение и завершить работу.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4c2ba512-0a4a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литература 20 века","русская классика"],"keywords":"рассказы","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-kuprin/po-zakazu-2472655/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/d7fceb83-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7#person","name":"Александр Иванович Куприн","url":"https://bookra.app/author/d7fceb83-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1%83%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BD%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q271457"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литература 20 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"рассказы"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1vCN53xk#edition","url":"https://bookra.app/books/1vCN53xk","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/aleksandr-kuprin/po-zakazu-2472655/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «По заказу»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/1vCN53xk","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":787746,"shortId":"1vCN53xk","title":"По заказу","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4c2ba512-0a4a-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/1200.webp","annotationText":"«Илья Платонович Арефьев, фельетонист распространенной газеты, ходит по своему кабинету, – от угла кожаного дивана до этажерки с бюстом сурового Шопенгауэра, задевает руками и ногами за спинки стульев и сердится. С ним случилось то, что называется у игроков метким словечком: „заколодило“. Уже больше часа ломает он голову и не может выжать из нее ни одной живой строчки, а на приготовленной для писания бумаге красуются: солдат, стоящий около полосатой будки, лошадиная морда в профиль с удивленным человеческим глазом и несколько кошек, нарисованных с одного почерка…»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Александр Иванович Куприн","authors":[{"id":"d7fceb83-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","displayName":"Александр Иванович Куприн","protectedUrl":"/author/d7fceb83-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1%83%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BD%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q271457"}],"genres":[{"id":5304,"title":"литература 20 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5304"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":["рассказы"],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1900-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Автор-фельетонист Илья Платонович Арефьев сталкивается с творческим блоком, пытаясь написать материал для детского альманаха. Внутренний поиск и воспоминания о детских праздниках помогают ему восстановить вдохновение и завершить работу."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Творческий блок автора и поиск вдохновения"},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Творческий блок может возникнуть даже у опытного автора, если он вынужден сменить жанр.","Внутренний монолог и воспоминания о детских праздниках помогают преодолеть блок.","Сочувствие и простота – ключ к созданию душевного текста."]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Автор находит вдохновение в детских воспоминаниях и завершает работу, восстанавливая творческую энергию"},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Писатели","творческие люди","люди, сталкивающиеся с творческим блоком"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Творческий блок","Воспоминания о детстве"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Илья Платонович Арефьев — Опытный писатель, привыкший к сатирическим заметкам, сталкивается с творческим блоком при попытке написать душевный рассказ.","дети — Образы детей, их радости и трудности, которые помогают Арефьеву найти тему."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["«Он сидел, и в голове видались образы солдата, лошади и кошек, но слова не приходили»","«Внутренний монолог переходит в образ ребёнка, который переживает трудности, но находит утешение в детской радости»"]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1870–1938. Александр Иванович Куприн. русский писатель (1870—1938)"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_787746","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_787746","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_787746","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_787746","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_787746","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_787746"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_787746","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_787746","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_787746","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_787746"},"guestReaderUrl":"/books/1vCN53xk?page=3#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/d7fceb83-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","readersCount":15,"adultLabel":"12+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":3,"totalPages":4,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/1vCN53xk?page=2#reader-content","nextPageUrl":"/books/1vCN53xk?page=4#reader-content","progressLabel":"Страница 3 из 4","sections":[{"id":"id12:22","kind":"paragraph","text":"Обедня кончилась. Причт и за ним хор выходят из церкви святить пасхи и куличи, разложенные рядами в церковной ограде. Весело и неожиданно встречает всех выходящих из церкви сияющее, ослепительное, весеннее утро. Голубое небо, молодая травка, благоухающие почки деревьев, возбужденный крик воробьев на погосте – все это снова приподымает в усталом Ильюшке ослабевшее было от усталости чувство праздника. Он громко пел вместе с хором, с трудом улавливая чужие голоса сквозь ликующий звон колоколов, и в то же время ощущает на себе взгляд народной толпы и потому сохраняет на лице озабоченное, даже несколько хмурое выражение человека, исполняющего трудное, важное и серьезное дело."},{"id":"id12:23","kind":"paragraph","text":"А на другой день надо непременно сбегать на колокольню и позвонить. Это, по старому, давнишнему обычаю, дозволяется каждому в первые три дня, и без этого пасха не в пасху. Лестницы, идущие в ярусах колокольни, темны, покрыты пылью и так круты, что у Ильюшки дрожат ноги, когда он, наконец, взбирается наверх. Уцепившись похолодевшими пальцами за перила, он заглядывает вниз. Ух, как страшно, как весело и как необыкновенно! Дома кажутся маленькими и совсем новыми, никогда не виданными. Под ногами в воздухе быстро носятся, резко и радостно вскрикивая, стрижи, кверху кружатся, блестя крыльями, испуганные голуби. Вся колокольня дрожит от неумолчного звука, кричишь и сам не слышишь своего голоса. И эти ощущения так странно и прекрасно смешиваются, что сам не разберешь, кто здесь звонит, кто сияет и кто смеется: голубое небо, колокола или опьяненная восторгом детская душа."},{"id":"id12:24","kind":"paragraph","text":"Лежащий на диване человек с бледным старообразным лицом слабо улыбается. Теперь он уже не Илья Платонович Арефьев, гроза юных стихотворцев, талантливый насмешник, презрительно и напряженно жгущий свою жизнь в котле общественных интересов и нездоровых страстей больного города. Он – дьячковский сын Ильюшка, веселый, беззаботный, вертлявый уличный мальчишка, жадно глотающий все впечатления своего могучего полуживотного бытия. И Арефьев на несколько минут испытывает внутри себя чувство такой свежести, чистоты и ясности, как будто чья-то невидимая рука нежно и заботливо стерла с его души всю накопившуюся на ней копоть ненависти, зависти, раздраженного самолюбия, пресыщения и скуки. И кажется ему вместе с Ильюшкой, что с каждым вздохом в грудь к нему вторгается весь праздничный мир красок, звуков и запахов, всегда новых, всегда очаровательных и бесконечно разнообразных."},{"id":"id12:25","kind":"paragraph","text":"Но проплывают мимо эти чудные, солнечные дни. Тянутся другие картины, и чем дальше, тем они серее и печальнее,– длинная история незаглушенных обид, жестокой борьбы за успех и медленного нравственного окостенения. Неумолимая память вызывает, наконец, и тот далекий пасхальный вечер, вспоминать о котором так боится всегда Арефьев."},{"id":"id12:26","kind":"paragraph","text":"О, как отчетливо все это помнится. Сначала контора редакции, где Илья Платонович получает гонорар за свой первый большой рассказ. Редактор, старый, суровый и чуткий газетных дел мастер, понял, должно быть, что в лице нового сотрудника входит в газету большая, оригинальная и свежая сила. Он только что обласкал Арефьева в своем кабинете, долго жал ему руку и, наконец,– неслыханная до сих пор в преданиях редакций любезность! – сказал дружески фамильярным тоном:"},{"id":"id12:27","kind":"paragraph","text":"– Рассказ ваш пойдет завтра. Но если вам нужны деньги, пожалуйста, без стеснения. Если угодно, мы вам можем выдать гонорар по корректурному листу."},{"id":"id12:28","kind":"paragraph","text":"Еще бы, не угодно! Арефьев и сам только что собирался попросить «рубля три авансом». Там, в громадном доме, набитом разной беднотой, чуть ли не на чердаке его найдут теперь с замиранием сердца женщина и ребенок. Там сидят в темноте, положительно не на что купить керосину, там продали сегодня утром единственный серый теплый платок, чтобы сварить обед, там квартирные хозяева, дворники, нищета и озлобление. Прыгающей рукой расписывается Арефьев на талоне, в то время как кассир, коротенький, толстый, самоуверенный и вечно недовольный старик с лицом обиженного попугая, придвигает к нему пачку бумажек, придавленных сверху кучкой серебра."},{"id":"id12:29","kind":"paragraph","text":"Да, это была тяжелая пора в жизни Ильи Платоновича, неудачная, голодная, вся сплошь состоящая из бешеного хватанья случайных кусков вроде уроков, переписки, вечерних занятий. Но отчего же они с женой несли тогда так бодро свое каторжное бремя, без ропота, без отвратительной горечи взаимных упреков, часто даже с гордой, молодой, вызывающей насмешкой над судьбой? Отчего же потом, когда эта судьба наконец милостиво улыбнулась им и Арефьев такими большими шагами пошел по пути известности и обеспеченной, даже комфортабельной жизни,– отчего распался и рассыпался их душевный мир, превратясь в пустое загрязненное место? Не оттого ли, что со смертью ребенка исчезла та крепкая, хотя и болезненная связь, которая единила их сердца?"},{"id":"id12:30","kind":"paragraph","text":"Странный и печальный был этот ребенок. На нем как будто бы целиком отразились вся нищета и убожество, среди которых он был зачат. Начиная с года, он перестал расти. Росла только его голова, огромная, пухлая, точно налитая какой-то бледной, нездоровой жидкостью; но тело оставалось таким же жалким и слабым, а тоненькие, как сухие веточки, руки и ноги бессильно висели, не развиваясь и не становясь крепче. Хороши у него были только глаза, большие, кроткие и печальные, такого удивительного цвета, которого, по выражению Гейне, не бывает ни у людей, ни у зверей, а лишь изредка у цветов. Осужденный на вечную неподвижность, он с неестественным терпением переносил свои постоянные болезни. Любимыми разговорами этого всегда серьезного, вечно задумчивого мальчика были разговоры о боге, об ангелах, о мертвецах, о похоронах и о кладбищах. Он точно знал, что скоро умрет, и никогда не улыбался."},{"id":"id12:31","kind":"paragraph","text":"Ах, как мучительно подробно вспоминается Илье Платоновичу этот пасхальный вечер, когда он вошел в комнату, до того нагруженный кульками и бумажными картузами, что принужден был локтем открывать дверь. А сзади него дворник, уже задобренный и потому снисходительный, благосклонный и улыбающийся, нес свертки, которых не мог захватить с пролетки сам Арефьев."},{"id":"id12:32","kind":"paragraph","text":"Какая радость была в этот святой вечер в маленькой каморке на четвертом этаже. Разрезали три свечки на половины и зажгли все шесть кусков – безумная роскошь. На бензинке (о ней раньше и мечтать не смели) жарились готовые отбивные котлеты и варился настоящий «кофе мокка». На столе стоял большой кулич и большая пасха для взрослых и малюсенькие для мальчика. Илье Платоновичу не сиделось на месте. Он ходил перед Гришей на четвереньках, представляя медведя, прыгал лягушкой и, в роли злой собаки, с рычанием делал вид, что кусает теплую грудку ребенка. Он точно опьянел от непривычных ощущений сытости, тепла и довольства, а главное – от первого литературного успеха, всю ядовитую сладость которого даже и представить себе не может человек, не испытавший его."},{"id":"id12:33","kind":"paragraph","text":"Даже и Гриша улыбнулся в первый раз в своей маленькой жизни. Он протянул ручки к картонному херувимчику, водруженному на куличе и парившему на одной ноге, и с лицом, сделавшимся неожиданно прекрасным от светлой улыбки, прошептал:"},{"id":"id12:34","kind":"paragraph","text":"– Ангелок! Ангелок!"}],"toc":[{"id":"id13:0:1","label":"Александр Иванович Куприн По заказу","page":1,"pageUrl":"/books/1vCN53xk#reader-content"},{"id":"id12:0:1","label":"* * *","page":1,"pageUrl":"/books/1vCN53xk#reader-content"},{"id":"id12:40:4","label":"Примечания","page":4,"pageUrl":"/books/1vCN53xk?page=4#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":105156,"shortId":"1jVYtHrK","title":"Тихий Дон","authorLine":"Михаил Александрович Шолохов","primaryAuthorId":"b55553ef-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/70c6d9a6-d535-11e4-a494-0025905a0812/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1jVYtHrK"},{"idCatalog":10370,"shortId":"33SjPJUS","title":"Ночевала тучка золотая","authorLine":"Анатолий Игнатьевич Приставкин","primaryAuthorId":"68732cc0-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/496f10b1-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/33SjPJUS"},{"idCatalog":13940,"shortId":"3XPhERBq","title":"Живые и мертвые","authorLine":"Константин Михайлович Симонов","primaryAuthorId":"edebcfca-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/e71119c4-2183-45dd-99af-fadafeb70671/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3XPhERBq"},{"idCatalog":466671,"shortId":"0o3BWam5","title":"Вечный зов","authorLine":"Анатолий Степанович Иванов","primaryAuthorId":"5725c945-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/e3646b94-0412-11ed-a192-0cc47af30dde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0o3BWam5"},{"idCatalog":19987,"shortId":"00qyNYzB","title":"Камера обскура","authorLine":"Владимир Владимирович Набоков, Издательство Corpus","primaryAuthorId":"2971849e-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/fc92d8c9-94c5-4273-a476-259ec210e3bb/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/00qyNYzB"},{"idCatalog":25746,"shortId":"1Dv6ebai","title":"Колымские рассказы","authorLine":"Варлам Тихонович Шаламов","primaryAuthorId":"75313dc8-818a-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/b089277d-818a-102a-94d5-07de47c81719/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1Dv6ebai"},{"idCatalog":9508,"shortId":"487NJ5V4","title":"В окопах Сталинграда","authorLine":"Виктор Платонович Некрасов","primaryAuthorId":"360ef38b-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/4a1e87b0-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/487NJ5V4"},{"idCatalog":18208,"shortId":"2ZNFR9PO","title":"Защита Лужина","authorLine":"Владимир Владимирович Набоков, Издательство Corpus, Андрей Александрович Бабиков","primaryAuthorId":"2971849e-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/8f66a9d8-6163-46f8-ae12-342c8782d4e3/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2ZNFR9PO"},{"idCatalog":424954,"shortId":"32k4AnG8","title":"Приглашение на казнь","authorLine":"Владимир Владимирович Набоков, Издательство Corpus","primaryAuthorId":"2971849e-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/0b70aa9a-3bb0-11ec-8d3b-0cc47a5f137d/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/32k4AnG8"},{"idCatalog":176918,"shortId":"4SoJXNEG","title":"Двенадцать стульев","authorLine":"Илья Арнольдович Ильф, Евгений Петрович Петров, А. И. Капнинский","primaryAuthorId":"c15f15df-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/77c5a5e7-72dc-11e7-8179-0cc47a520474/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4SoJXNEG"},{"idCatalog":785143,"shortId":"38C7X6cf","title":"Петр Первый","authorLine":"Алексей Николаевич Толстой","primaryAuthorId":"5f4c8383-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/00c54a4c-3ab3-11e5-a6ec-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/38C7X6cf"},{"idCatalog":131153,"shortId":"33kWLm5f","title":"Циники. Бритый человек","authorLine":"Анатолий Борисович Мариенгоф","primaryAuthorId":"3a8a3e31-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/77c068b1-37cb-11e6-9614-0cc47a545a1e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/33kWLm5f"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":1222,"totalPages":102,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}