Удобнее читать в приложении
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Темыстатьирецензии9 класс
Описание
Критический анализ бессмертной комедии Грибоедова «Горе от ума», рассматривающий её структуру, персонажей, актуальность и сценическое исполнение.
Главный конфликт / проблема
Как сохранить историческую точность и литературную глубину при постановке классической комедии в современном театре.
Ключевые идеи
- «Горе от ума» сохраняет живость и свежесть, оставаясь актуальной даже спустя века.
- Пьеса сочетает в себе портрет московских нравов, галерею живых типов и острый сатирический язык.
- Главный герой Чацкий символизирует ум, честность и стремление к реформам, противопоставляясь старому порядку.
- Сценическое исполнение должно сохранять литературную глубину и точность языка, иначе теряется смысл.
Вывод
Книга подчёркивает, что бессмертность «Горе от ума» обусловлена сочетанием яркой сатиры, глубокого портрета эпохи и универсального образа Чацкого, который продолжает вдохновлять читателей и исполнителей.
Кому полезна
- Литературные критики
- Преподаватели русской литературы
- Актёры
- Студенты русской литературы
- Любители классической комедии
Главные темы
- Бессмертность классической комедии
- Сатирический язык и структура пьесы
- Сценическое исполнение и его влияние
Персонажи
- Чацкий — Он выступает как символ интеллекта и стремления к свободной жизни, противопоставляясь старому порядку.
- Софья — Она представлена как холодная и непредсказуемая, её чувства меняются в ходе пьесы.
- Фамусов — Он символизирует традиционные ценности и чины, противоречащие идеям Чацкого.
- Молчалин — Он представляет собой типичную фигуру московского чиновника, который часто проявляет лени и безделье.
Цитаты
- Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова.
- Главная роль, конечно, – роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы картина нравов.
Сводка по автору из Wikidata
1812–1891. 伊万·亚历山德罗维奇·冈察洛夫. русский писатель
Читать онлайн
Страница 2 из 11В картине, где нет ни одного бледного пятна, ни одного постороннего, лишнего штриха и звука, – зритель и читатель чувствуют себя и теперь, в нашу эпоху, среди живых людей. И общее и детали, все это не сочинено, а так целиком взято из московских гостиных и перенесено в книгу и на сцену, со всей теплотой и со всем «особым отпечатком» Москвы, – от Фамусова до мелких штрихов, до князя Тугоуховского и до лакея Петрушки, без которых картина была бы не полна.
Однако для нас она еще не вполне законченная историческая картина: мы не отодвинулись от эпохи на достаточное расстояние, чтоб между нею и нашим временем легла непроходимая бездна. Колорит не сгладился совсем; век не отделился от нашего, как отрезанный ломоть: мы кое-что оттуда унаследовали, хотя Фамусовы, Молчалины, Загорецкие и прочие видоизменились так, что не влезут уже в кожу грибоедовских типов. Резкие черты отжили, конечно: никакой Фамусов не станет теперь приглашать в шуты и ставить в пример Максима Петровича, по крайней мере так положительно и явно. Молчалин, даже перед горничной, втихомолку, не сознается теперь в тех заповедях, которые завещал ему отец; такой Скалозуб, такой Загорецкий невозможны даже в далеком захолустье. Но пока будет существовать стремление к почестям помимо заслуги, пока будут водиться мастера и охотники угодничать и «награжденья брать и весело пожить», пока сплетни, безделье, пустота будут господствовать не как пороки, а как стихии общественной жизни, – до тех пор, конечно, будут мелькать и в современном обществе черты Фамусовых, Молчалиных и других, нужды нет, что с самой Москвы стерся тот «особый отпечаток», которым гордился Фамусов.
Общечеловеческие образцы, конечно, остаются всегда, хотя и те превращаются в неузнаваемые от временных перемен типы, так что, на смену старому, художникам иногда приходится обновлять, по прошествии долгих периодов, являвшиеся уже когда-то в образах основные черты нравов и вообще людской натуры, облекая их в новую плоть и кровь в духе своего времени. Тартюф, конечно, – вечный тип, Фальстаф – вечный характер, – но и тот и другой, и многие еще знаменитые подобные им первообразы страстей, пороков и прочее, исчезая сами в тумане старины, почти утратили живой образ и обратились в идею, в условное понятие, в нарицательное имя порока, и для нас служат уже не живым уроком, а портретом исторической галереи.
Это особенно можно отнести к грибоедовской комедии. В ней местный колорит слишком ярок и обозначение самых характеров так строго очерчено и обставлено такой реальностью деталей, что общечеловеческие черты едва выделяются из-под общественных положений, рангов, костюмов и т. п.
Как картина современных нравов, комедия «Горе от ума» была отчасти анахронизмом и тогда, когда в тридцатых годах появилась на московской сцене. Уже Щепкин, Мочалов , Львова-Синецкая, Ленский, Орлов и Сабуров играли не с натуры, а по свежему преданию. И тогда стали исчезать резкие штрихи. Сам Чацкий гремит против «века минувшего», когда писалась комедия, а она писалась между 1815 и 1820 годами.
Как посравнить да посмотреть (говорит он) Век нынешний и век минувший, Свежо предание, а верится с трудом,
а про свое время выражается так:
Теперь вольнее всякий дышит,
Бранил ваш век я беспощадно, —
Следовательно, теперь остается только немногое от местного колорита: страсть к чинам, низкопоклонничество, пустота. Но с какими-нибудь реформами чины могут отойти, низкопоклонничество до степени лакейства молчалинского уже прячется и теперь в темноту, а поэзия фрунта уступила место строгому и рациональному направлению в военном деле.
Но все же еще кое-какие живые следы есть, и они пока мешают обратиться картине в законченный исторический барельеф. Эта будущность еще пока у ней далеко впереди.
Соль, эпиграмма, сатира, этот разговорный стих, кажется, никогда не умрут, как и сам рассыпанный в них острый и едкий, живой русский ум, который Грибоедов заключил, как волшебник духа какого-нибудь, в свой замок, и он рассыпается там злобным смехом. Нельзя представить себе, чтоб могла явиться когда-нибудь другая, более естественная, простая, более взятая из жизни речь. Проза и стих слились здесь во что-то нераздельное, затем, кажется, чтобы их легче было удержать в памяти и пустить опять в оборот весь собранный автором ум, юмор, шутку и злость русского ума и языка. Этот язык так же дался автору, как далась группа этих лиц, как дался главный смысл комедии, как далось все вместе, будто вылилось разом, и все образовало необыкновенную комедию – и в тесном смысле, как сценическую пьесу, – и в обширном, как комедию жизни. Другим ничем, как комедией, она и не могла бы быть.
Оставя две капитальные стороны пьесы, которые так явно говорят за себя и потому имеют большинство почитателей, – то есть картину эпохи, с группой живых портретов, и соль языка, – обратимся сначала к комедии как к сценической пьесе, потом как к комедии вообще, к ее общему смыслу, к главному разуму ее в общественном и литературном значении, наконец, скажем и об исполнении ее на сцене.
Давно привыкли говорить, что нет движения, то есть нет действия в пьесе. Как нет движения? Есть – живое, непрерывное, от первого появления Чацкого на сцене до последнего его слова: «Карету мне, карету!»
Это – тонкая, умная, изящная и страстная комедия, в тесном, техническом смысле, – верная в мелких психологических деталях, – но для зрителя почти неуловимая, потому что она замаскирована типичными лицами героев, гениальной рисовкой, колоритом места, эпохи, прелестью языка, всеми поэтическими силами, так обильно разлитыми в пьесе. Действие, то есть собственно интрига в ней, перед этими капитальными сторонами кажется бледным, лишним, почти ненужным.
Только при разъезде в сенях зритель точно пробуждается при неожиданной катастрофе, разразившейся между главными лицами, и вдруг припоминает комедию-интригу. Но и то ненадолго. Перед ним уже вырастает громадный, настоящий смысл комедии.
Главная роль, конечно, – роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы, пожалуй, картина нравов.
Сам Грибоедов приписал горе Чацкого его уму, а Пушкин отказал ему вовсе в уме.
Можно бы было подумать, что Грибоедов, из отеческой любви к своему герою, польстил ему в заглавии, как будто предупредив читателя, что герой его умен, а все прочие около него не умны.
Но Чацкий не только умнее всех прочих лиц, но и положительно умен. Речь его кипит умом, остроумием.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/1wabQg2B","pageTitle":"Мильон терзаний (критический этюд) (Иван Александрович Гончаров) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Мильон терзаний (критический этюд)». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Мильон терзаний (критический этюд)». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Иван Александрович Гончаров","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/1wabQg2B#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"критика","item":"https://bookra.app/genre/6536"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Мильон терзаний (критический этюд)","item":"https://bookra.app/books/1wabQg2B"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/1wabQg2B","url":"https://bookra.app/books/1wabQg2B","name":"«Мильон терзаний (критический этюд)». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Мильон терзаний (критический этюд)». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/1wabQg2B#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/1wabQg2B#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/50e5b3f4-19cc-102b-9d2a-1f07c3bd69d8/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1wabQg2B#work","name":"Мильон терзаний (критический этюд)","url":"https://bookra.app/books/1wabQg2B","description":"Критический анализ бессмертной комедии Грибоедова «Горе от ума», рассматривающий её структуру, персонажей, актуальность и сценическое исполнение.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/50e5b3f4-19cc-102b-9d2a-1f07c3bd69d8/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["критика"],"keywords":"статьи, рецензии, 9 класс","sameAs":["https://litres.ru/book/ivan-goncharov/milon-terzaniy-160706/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7#person","name":"Иван Александрович Гончаров","url":"https://bookra.app/author/de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D0%BD%D1%87%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B2%2C_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q189665"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"критика"},{"@type":"Thing","name":"статьи"},{"@type":"Thing","name":"рецензии"},{"@type":"Thing","name":"9 класс"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/1wabQg2B#edition","url":"https://bookra.app/books/1wabQg2B","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/ivan-goncharov/milon-terzaniy-160706/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Мильон терзаний (критический этюд)»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/1wabQg2B","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":762461,"shortId":"1wabQg2B","title":"Мильон терзаний (критический этюд)","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/50e5b3f4-19cc-102b-9d2a-1f07c3bd69d8/thumbs/1200.webp","annotationText":"Известный критический этюд И.А.Гончарова, посвященный комедии А.С.Грибоедова «Горе от ума».","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Иван Александрович Гончаров","authors":[{"id":"de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","displayName":"Иван Александрович Гончаров","protectedUrl":"/author/de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D0%BD%D1%87%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B2%2C_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q189665"}],"genres":[{"id":6536,"title":"критика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/6536"}],"keywords":["статьи","рецензии","9 класс"],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1970-01-01"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Критический анализ бессмертной комедии Грибоедова «Горе от ума», рассматривающий её структуру, персонажей, актуальность и сценическое исполнение."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Как сохранить историческую точность и литературную глубину при постановке классической комедии в современном театре."},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["«Горе от ума» сохраняет живость и свежесть, оставаясь актуальной даже спустя века.","Пьеса сочетает в себе портрет московских нравов, галерею живых типов и острый сатирический язык.","Главный герой Чацкий символизирует ум, честность и стремление к реформам, противопоставляясь старому порядку.","Сценическое исполнение должно сохранять литературную глубину и точность языка, иначе теряется смысл."]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Книга подчёркивает, что бессмертность «Горе от ума» обусловлена сочетанием яркой сатиры, глубокого портрета эпохи и универсального образа Чацкого, который продолжает вдохновлять читателей и исполнителей."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Литературные критики","Преподаватели русской литературы","Актёры","Студенты русской литературы","Любители классической комедии"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Бессмертность классической комедии","Сатирический язык и структура пьесы","Сценическое исполнение и его влияние"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Чацкий — Он выступает как символ интеллекта и стремления к свободной жизни, противопоставляясь старому порядку.","Софья — Она представлена как холодная и непредсказуемая, её чувства меняются в ходе пьесы.","Фамусов — Он символизирует традиционные ценности и чины, противоречащие идеям Чацкого.","Молчалин — Он представляет собой типичную фигуру московского чиновника, который часто проявляет лени и безделье."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова.","Главная роль, конечно, – роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы картина нравов."]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1812–1891. 伊万·亚历山德罗维奇·冈察洛夫. русский писатель"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_762461","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_762461","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_762461","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_762461","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_762461","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_762461"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_762461","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_762461","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_762461","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_762461"},"guestReaderUrl":"/books/1wabQg2B?page=2#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","readersCount":21,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2002","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":2,"totalPages":11,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/1wabQg2B#reader-content","nextPageUrl":"/books/1wabQg2B?page=3#reader-content","progressLabel":"Страница 2 из 11","sections":[{"id":"content0:19","kind":"paragraph","text":"В картине, где нет ни одного бледного пятна, ни одного постороннего, лишнего штриха и звука, – зритель и читатель чувствуют себя и теперь, в нашу эпоху, среди живых людей. И общее и детали, все это не сочинено, а так целиком взято из московских гостиных и перенесено в книгу и на сцену, со всей теплотой и со всем «особым отпечатком» Москвы, – от Фамусова до мелких штрихов, до князя Тугоуховского и до лакея Петрушки, без которых картина была бы не полна."},{"id":"content0:20","kind":"paragraph","text":"Однако для нас она еще не вполне законченная историческая картина: мы не отодвинулись от эпохи на достаточное расстояние, чтоб между нею и нашим временем легла непроходимая бездна. Колорит не сгладился совсем; век не отделился от нашего, как отрезанный ломоть: мы кое-что оттуда унаследовали, хотя Фамусовы, Молчалины, Загорецкие и прочие видоизменились так, что не влезут уже в кожу грибоедовских типов. Резкие черты отжили, конечно: никакой Фамусов не станет теперь приглашать в шуты и ставить в пример Максима Петровича, по крайней мере так положительно и явно. Молчалин, даже перед горничной, втихомолку, не сознается теперь в тех заповедях, которые завещал ему отец; такой Скалозуб, такой Загорецкий невозможны даже в далеком захолустье. Но пока будет существовать стремление к почестям помимо заслуги, пока будут водиться мастера и охотники угодничать и «награжденья брать и весело пожить», пока сплетни, безделье, пустота будут господствовать не как пороки, а как стихии общественной жизни, – до тех пор, конечно, будут мелькать и в современном обществе черты Фамусовых, Молчалиных и других, нужды нет, что с самой Москвы стерся тот «особый отпечаток», которым гордился Фамусов."},{"id":"content0:21","kind":"paragraph","text":"Общечеловеческие образцы, конечно, остаются всегда, хотя и те превращаются в неузнаваемые от временных перемен типы, так что, на смену старому, художникам иногда приходится обновлять, по прошествии долгих периодов, являвшиеся уже когда-то в образах основные черты нравов и вообще людской натуры, облекая их в новую плоть и кровь в духе своего времени. Тартюф, конечно, – вечный тип, Фальстаф – вечный характер, – но и тот и другой, и многие еще знаменитые подобные им первообразы страстей, пороков и прочее, исчезая сами в тумане старины, почти утратили живой образ и обратились в идею, в условное понятие, в нарицательное имя порока, и для нас служат уже не живым уроком, а портретом исторической галереи."},{"id":"content0:22","kind":"paragraph","text":"Это особенно можно отнести к грибоедовской комедии. В ней местный колорит слишком ярок и обозначение самых характеров так строго очерчено и обставлено такой реальностью деталей, что общечеловеческие черты едва выделяются из-под общественных положений, рангов, костюмов и т. п."},{"id":"content0:23","kind":"paragraph","text":"Как картина современных нравов, комедия «Горе от ума» была отчасти анахронизмом и тогда, когда в тридцатых годах появилась на московской сцене. Уже Щепкин, Мочалов , Львова-Синецкая, Ленский, Орлов и Сабуров играли не с натуры, а по свежему преданию. И тогда стали исчезать резкие штрихи. Сам Чацкий гремит против «века минувшего», когда писалась комедия, а она писалась между 1815 и 1820 годами."},{"id":"content0:24","kind":"paragraph","text":"Как посравнить да посмотреть (говорит он) Век нынешний и век минувший, Свежо предание, а верится с трудом,"},{"id":"content0:25","kind":"paragraph","text":"а про свое время выражается так:"},{"id":"content0:26","kind":"paragraph","text":"Теперь вольнее всякий дышит,"},{"id":"content0:27","kind":"paragraph","text":"или:"},{"id":"content0:28","kind":"paragraph","text":"Бранил ваш век я беспощадно, —"},{"id":"content0:29","kind":"paragraph","text":"говорит он Фамусову."},{"id":"content0:30","kind":"paragraph","text":"Следовательно, теперь остается только немногое от местного колорита: страсть к чинам, низкопоклонничество, пустота. Но с какими-нибудь реформами чины могут отойти, низкопоклонничество до степени лакейства молчалинского уже прячется и теперь в темноту, а поэзия фрунта уступила место строгому и рациональному направлению в военном деле."},{"id":"content0:31","kind":"paragraph","text":"Но все же еще кое-какие живые следы есть, и они пока мешают обратиться картине в законченный исторический барельеф. Эта будущность еще пока у ней далеко впереди."},{"id":"content0:32","kind":"paragraph","text":"Соль, эпиграмма, сатира, этот разговорный стих, кажется, никогда не умрут, как и сам рассыпанный в них острый и едкий, живой русский ум, который Грибоедов заключил, как волшебник духа какого-нибудь, в свой замок, и он рассыпается там злобным смехом. Нельзя представить себе, чтоб могла явиться когда-нибудь другая, более естественная, простая, более взятая из жизни речь. Проза и стих слились здесь во что-то нераздельное, затем, кажется, чтобы их легче было удержать в памяти и пустить опять в оборот весь собранный автором ум, юмор, шутку и злость русского ума и языка. Этот язык так же дался автору, как далась группа этих лиц, как дался главный смысл комедии, как далось все вместе, будто вылилось разом, и все образовало необыкновенную комедию – и в тесном смысле, как сценическую пьесу, – и в обширном, как комедию жизни. Другим ничем, как комедией, она и не могла бы быть."},{"id":"content0:33","kind":"paragraph","text":"Оставя две капитальные стороны пьесы, которые так явно говорят за себя и потому имеют большинство почитателей, – то есть картину эпохи, с группой живых портретов, и соль языка, – обратимся сначала к комедии как к сценической пьесе, потом как к комедии вообще, к ее общему смыслу, к главному разуму ее в общественном и литературном значении, наконец, скажем и об исполнении ее на сцене."},{"id":"content0:34","kind":"paragraph","text":"Давно привыкли говорить, что нет движения, то есть нет действия в пьесе. Как нет движения? Есть – живое, непрерывное, от первого появления Чацкого на сцене до последнего его слова: «Карету мне, карету!»"},{"id":"content0:35","kind":"paragraph","text":"Это – тонкая, умная, изящная и страстная комедия, в тесном, техническом смысле, – верная в мелких психологических деталях, – но для зрителя почти неуловимая, потому что она замаскирована типичными лицами героев, гениальной рисовкой, колоритом места, эпохи, прелестью языка, всеми поэтическими силами, так обильно разлитыми в пьесе. Действие, то есть собственно интрига в ней, перед этими капитальными сторонами кажется бледным, лишним, почти ненужным."},{"id":"content0:36","kind":"paragraph","text":"Только при разъезде в сенях зритель точно пробуждается при неожиданной катастрофе, разразившейся между главными лицами, и вдруг припоминает комедию-интригу. Но и то ненадолго. Перед ним уже вырастает громадный, настоящий смысл комедии."},{"id":"content0:37","kind":"paragraph","text":"Главная роль, конечно, – роль Чацкого, без которой не было бы комедии, а была бы, пожалуй, картина нравов."},{"id":"content0:38","kind":"paragraph","text":"Сам Грибоедов приписал горе Чацкого его уму, а Пушкин отказал ему вовсе в уме."},{"id":"content0:39","kind":"paragraph","text":"Можно бы было подумать, что Грибоедов, из отеческой любви к своему герою, польстил ему в заглавии, как будто предупредив читателя, что герой его умен, а все прочие около него не умны."},{"id":"content0:40","kind":"paragraph","text":"Но Чацкий не только умнее всех прочих лиц, но и положительно умен. Речь его кипит умом, остроумием."}],"toc":[{"id":"content0:0:1","label":"И. А. Гончаров Мильон терзаний (Критический этюд)","page":1,"pageUrl":"/books/1wabQg2B#reader-content"},{"id":"contentnotes0:0:11","label":"Примечания","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:1:11","label":"1","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:4:11","label":"2","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:7:11","label":"3","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:10:11","label":"4","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:13:11","label":"5","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:16:11","label":"6","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"},{"id":"contentnotes0:19:11","label":"7","page":11,"pageUrl":"/books/1wabQg2B?page=11#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":522122,"shortId":"2NQk97lA","title":"Роман А.С. Пушкина «Евгений Онегин». Комментарий","authorLine":"Юрий Михайлович Лотман","primaryAuthorId":"0ff49ccb-08e1-11e4-824d-0025905a06ea","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/1095073c-2abc-11ee-8496-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2NQk97lA"},{"idCatalog":131850,"shortId":"1nJ5xNo4","title":"Искусство видеть","authorLine":"Джон Бергер, Eвгения Шрага","primaryAuthorId":"5b45fd55-decb-11e4-8ddc-002590591dd6","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/b4863a93-40e4-11e6-9c02-0cc47a5203ba/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1nJ5xNo4"},{"idCatalog":732992,"shortId":"1VFhYd7q","title":"Ключи от Хогвартса. Культурные коды вселенной Гарри Поттера","authorLine":"Галина Леонидовна Юзефович","primaryAuthorId":"0691c30b-0349-11e6-81a9-0cc47a52085c","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/830386fc-e485-11f0-a964-ac1f6b0b2fde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1VFhYd7q"},{"idCatalog":761489,"shortId":"3ElkuMCx","title":"Огненный ангел","authorLine":"Валерий Яковлевич Брюсов","primaryAuthorId":"883631d2-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/2cc9a573-8d52-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3ElkuMCx"},{"idCatalog":224892,"shortId":"1EyEEVYE","title":"Священные монстры","authorLine":"Эдуард Вениаминович Лимонов","primaryAuthorId":"765f0cda-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/7d2db7ba-a324-11e8-afd9-0cc47a520424/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1EyEEVYE"},{"idCatalog":480493,"shortId":"318aWwQp","title":"Нарушенные завещания","authorLine":"Милан Кундера, Марианна Евгеньевна Тайманова","primaryAuthorId":"acae1a66-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/55ef7d55-513e-11ed-96ee-0cc47af30dde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/318aWwQp"},{"idCatalog":795220,"shortId":"1dRQx9zm","title":"Иван Мележ","authorLine":"Алесь Адамович","primaryAuthorId":"name:адамович-алесь","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/import:fb:390952/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1dRQx9zm"},{"idCatalog":118201,"shortId":"2ocbV8zH","title":"Русская трагедия","authorLine":"Александр Александрович Зиновьев","primaryAuthorId":"9a0090e2-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/d1d20cc1-a89b-11e5-bf34-0cc47a545a1e/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2ocbV8zH"},{"idCatalog":143848,"shortId":"1ZegzHug","title":"Удивительные приключения рыбы-лоцмана: 150 000 слов о литературе","authorLine":"Галина Леонидовна Юзефович","primaryAuthorId":"0691c30b-0349-11e6-81a9-0cc47a52085c","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/82d5d617-9a3d-11e6-a11d-0cc47a5203ba/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1ZegzHug"},{"idCatalog":489893,"shortId":"0emol8PX","title":"Полка. О главных книгах русской литературы. Тома 3, 4","authorLine":"Юрий Сапрыкин, Коллектив авторов, Лев Владимирович Оборин, Альпина нон-фикшн, Полина Рыжова, Варвара Бабицкая","primaryAuthorId":"a2e3da34-7f7d-4e64-952e-1be32bc145f2","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/a9d5d74f-82e9-11ed-8166-ac1f6b4dd332/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0emol8PX"},{"idCatalog":62474,"shortId":"396W5Nrw","title":"Расшифрованный Булгаков. Тайны «Мастера и Маргариты»","authorLine":"Борис Вадимович Соколов","primaryAuthorId":"9aa09d34-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/f04d4cf4-b90d-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/396W5Nrw"},{"idCatalog":333491,"shortId":"1lIyRgXt","title":"Таинственная карта","authorLine":"Галина Леонидовна Юзефович","primaryAuthorId":"0691c30b-0349-11e6-81a9-0cc47a52085c","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/d19e8b98-7ae5-11ea-a705-0cc47a520474/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1lIyRgXt"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":1484,"totalPages":124,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}