Загрузка...
В пучине — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
подводные исследованиятехнологиянаучная фантастикаглубоководныйшардавлениепутешествиеморскойэкспериментпотеря

Описание

Книга повествует о рискованном погружении стального шара на пять миль, где главный герой, Эльстэд, возвращается истощённым, но с рассказом о загадочном подводном мире, после чего шар и он исчезают во второй попытке.

Главный конфликт / проблема

Опасность разрушения стального шара из‑за давления и неизвестность подводного мира, в котором скрываются неизведанные существа и структуры.

Ключевые идеи

  • Точные расчёты давления при погружении на пять миль.
  • Конструкция стального шара с воздушными подушками и механизмом управления.
  • Опасность разрушения стекла и воды, раздавшей шар.
  • Проблемы и успехи при первом погружении и возвращении.
  • Описание загадочного подводного мира Эльстэда.
  • Неудачная вторая попытка погружения и исчезновение шара.

Вывод

Книга подчёркивает важность точных инженерных расчётов и предостерегает о непредсказуемости глубин, одновременно открывая читателю тайны океанских глубин.

Кому полезна

  • Инженеры и специалисты по подводным технологиям
  • Любители научной фантастики
  • Кто интересуется загадками океана

Главные темы

  • Подводные исследования
  • Технологические риски
  • Мистический мир глубин

Персонажи

  • Elsted — Погружается в шар, переживает экстремальные условия, после возвращения рассказывает о подводном мире.
  • Captain — Контролирует погружение, возвращение и дальнейшие действия.
  • Lieutenant — Скептически относится к рискам, но участвует в расчётах и наблюдает за погружением.
  • Stevenson — Выражает сомнения относительно прочности стекла и давления.
  • Webridge — Выражает опасения относительно давления и механизма.

Цитаты

  • На глубине пяти миль, считая, что скорость увеличивается на два фута в секунду, понадобится ровно три четверти минуты.
  • Стивенз, полторы тонны на квадратный дюйм!

Сводка по автору из Wikidata

1866–1946. Herbert George Wells. английский писатель и публицист (1866—1946)

Читать онлайн

Страница 2 из 5

Вот тут-то и начнет работать механизм. Как только грузы ударятся о дно, брус толкнется вверх и пустит в ход часовой механизм; тогда канат начнет накручиваться на вал. Я буду притянут на дно. Там я пробуду с полчаса, зажгу электричество и осмотрю кругом дно. Затем часовой механизм освободит пружинку с ножом, канат будет перерезан, и я опять помчусь вверх, как пузырь в стакане содовой воды. Самый канат и поможет мне всплыть.

— А что если вы случайно ударитесь о какое-нибудь судно? — спросил Вэбридж.

— Я будут подниматься с такой быстротой, что пройду сквозь него, как пушечное ядро. Об этом беспокоиться нечего.

— Ну, а представьте себе, что какое-нибудь ловкое ракообразное заползет в ваш механизм.

— Да, когда я об этом думаю, то начинаю соображать, что лучше было бы мне не отправляться, — сказал Эльстэд, повернувшись спиной к морю и взглянув на шар.

К одиннадцати часам Эльстэда уже спустили за борт. День был тихий, ясный, а горизонт окутан дымкой. Электрический свет в верхней части шара три раза весело блеснул. Затем шар медленно спустили на поверхность воды; на корме стоял матрос, готовясь перерезать тали, соединявшие шар с его грузами. Шар, казавшийся таким большим на палубе, теперь под кормой на воде казался крошечным. Он слегка покачивался на волнах, а его два темных верхних окошка казались двумя круглыми глазами, с удивлением смотревшими на людей, которые толпились у поручней на борту. Послышался голос, спрашивавший, как-то Эльстэд перенесет качку?

— Готово? — крикнул капитан.

— Есть, сэр!

— Отдай тали!

Канат натянулся и был затем перерезан; над шаром, как-то смешно и беспомощно прокатился вал. Кто-то замахал платком, кто-то попробовал крикнуть никем не подхваченное «ура». Мичман медленно считал: «восемь, девять, десять!» Шар еще раз покачнулся, затем, резким движением разбрасывая брызги, напряженно застыл. Мгновение он казался неподвижным, только быстро уменьшался в объеме; а затем его поглотили волны, и он тускло виднелся под водой, увеличенный преломлением. Никто не успел прососчитать и до трех, как он уже исчез. В глубине издали сверкнул белый свет, вскоре превратившийся в светлую точку… и все погасло. Глубина уходила во тьму; видно было, как во мраке проплыла акула.

Вдруг винт крейсера завертелся, поверхность воды заволновалась, акула исчезла, и по хрустальной глади, поглотившей Эльстэда, пробежал поток пены.

— В чем дело? — сказал один из старых матросов.

— Отходим мили на две, чтобы он как-нибудь не ударился о нас, когда всплывет, — ответил ему товарищ.

Судно медленно направилось к новому месту. Почти все свободные люди оставались на палубе, наблюдая вздымавшиеся волны, в которые погрузился шар. В течение получаса вряд ли было произнесено хоть одно слово, прямо или косвенно не относившееся бы к Эльстэду. Декабрьское солнце стояло уже высоко над горизонтом, и жара была изрядная.

— Там, внизу, ему достаточно прохладно, — сказал Вэбридж. — Говорят, что на известной глубине вода в море всегда на точке замерзания.

— Где он всплывет? — спросил Стивенз. — Я не могу сообразить.

— Вот на том месте, — сказал капитан, гордившийся своим всезнанием. Он вытянул палец в определенном направлении, указывая на юго-восток. — Да, как мне кажется, и время уже почти подошло. Ведь он там уже находится тридцать пять минут.

— Сколько нужно времени, чтобы спуститься на дно океана? — спросил Стивенз.

— На глубину пяти миль, считая, что скорость увеличивается на два фута в секунду, понадобится ровно три четверти минуты.

— Так он опаздывает, — сказал Вэбридж.

— Как-будто, — согласился капитан. — Вероятно, несколько лишних минут ушло на намотку каната.

— Да, я забыл об этом, — сказал Вэбридж с очевидным облегчением.

А затем началось ожидание. Медленно протекала одна минута, но шар из воды не показывался. Прошла вторая и все еще ничто не нарушало гладкой поверхности. Снасти были усеяны полными ожидания людьми.

— Покажись же, Эльстэд! — нетерпеливо проговорил старый морской волк с волосатой грудью. И все подхватили его слова и начали кричать, словно в театре, ожидая поднятия занавеса.

Капитан сердито взглянул на них.

— Разумеется, — сказал он, — если скорость увеличивается меньше, чем на два фута в секунду, то он пробудет дольше. Я не вполне уверен в точности этой цифры. В вычисления я слепо не верю.

Стивенз быстро согласился. В течение нескольких минут все стоявшие на шканцах молчали. Затем Стивенз щелкнул крышкой часов.

Когда двадцатью минутами позже солнце достигло зенита, они все еще ждали появления шара, и ни один человек на судне не позволил себе даже шепнуть, что надежды больше нет. Первым высказал эту мысль Вэбридж. Он заговорил, когда в воздухе еще не замер звон колокола, пробившего восемь склянок.

— Я никогда не доверял этому окну, — сказал он вдруг Стивензу.

— Боже милосердный! — ответил Стивенз. — Неужели вы думаете?

— Ну? — сказал только Вэбридж, предоставив остальное его воображению.

— Сам я не особенно верю в вычисления, — повторил с сомнением в голосе капитан, — а поэтому и не отчаиваюсь еще.

В полночь корабль уже медленно описывало круги вокруг того места, где погрузился шар, а белый луч электрического прожектора пробегал, останавливался и вновь разочарованно скользил по пустынной поверхности фосфоресцирующей воды, отражавшей крошечные звезды.

— Если стекло не выдержало и его не раздавило, — сказал Вэбридж, — тогда, чорт возьми, дело обстоит в сто раз хуже. Значит, испортился его часовой механизм, и он, еще живой, сидит там, на глубине пяти миль под нами, заключенный в своем пузырьке, в холодной тьме, куда еще никогда не проникал луч света и где не бывало ни одного человеческого существа с того самого дня, как образовались моря. Он сидит там, голодный и жаждующий, в ужасе, не зная, умрет ли он от недостатка пищи или недостатка воздуха. Аппарат Майера, по всей вероятности, скоро перестанет действовать. Боже мой! — прошептал он. — Какие мы все крошки! Но и какие смелые крошки! Там, внизу, на много миль вода, одна вода, и вокруг нас одна эта водяная пустыня, да небо. Две пропасти!

Он всплеснул руками и в это мгновение маленькая, белая полоска стала бесшумно, сперва быстро, затем медленно подниматься к небу и, наконец, остановилась, превратившись в неподвижную точку; казалось, на небе засияла новая звезда. Потом она вновь скользнула вниз среди отражений звезд, в светлой дымке светящегося моря.

Вэбридж при виде света так и замер с протянутой рукой и открытым ртом. Он закрыл рот, опять открыл его и нетерпеливо замахал рукой. Затем он повернулся, крикнул вахтенному: «Эльстэд в виду!» и бегом помчался к капитану и прожектору.

— Я видел его, — сказал он, — там, за штирбортом. Свет у него горит, он только что вынырнул из воды. Наведите сюда прожектор. Наверное, мы увидим его качающимся на поверхности, когда они очутится на гребне волны.

Но только к рассвету им удалось подобрать Эльстэда, когда они чуть не наткнулись на самый шар, который несколько матросов на шлюпке прикрепили к цепи крана.

Лишь только шар подняли на судно, люк отвинтили и моряки взглянули в темную внутренность шара.

Страница 2 из 5

Вам также может понравиться

Страница 1 из 190

Назад12190Далее