Загрузка...
Шапка-невидимка — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Шапка-невидимка

Автор Александр Степанович Грин
12+2 читателей
Дата написания1907-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга «Шапка-невидимка» представляет собой сборник эпизодических рассказов, в которых главные герои сталкиваются с властью, войной и революционными идеалами, пытаясь сохранить свою свободу и человеческие связи.

Главный конфликт / проблема

главный конфликт, проблема или центральный вопрос книги – конфликт главного героя с властью и поиск свободы в условиях политической нестабильности

Ключевые идеи

  • Тема бегства и поиска убежища от власти.
  • Сила детской фантазии и мечты о путешествии в Италию.
  • Конфликт между главным героем и городскими властями.
  • Боль и страдания в деревне из-за войны и политической нестабильности
  • Критика бюрократии и военной власти, которая мешает получить медицинскую помощь
  • Разногласия между социал-демократами и марксистами и их влияние на организацию забастовки
  • Тюремная изоляция как испытание веры и надежды через письма и внутренние монологи
  • Трудные условия жизни рабочего Евстигнея и его агрессивное поведение.
  • Мрачная атмосфера и конфликт с татарскими товарищами.
  • Путешествие в лес и встреча с управляющим, символизирующая поиск утешения.
  • Революционная интрига и планирование операции против провокатора.
  • Сноски предоставляют разъяснения терминов и исторических ссылок, используемых в книге.

Вывод

Книга показывает, как личные стремления и идеалы сталкиваются с реальностью власти и войны, подчёркивая сложность выбора и ценность человеческих связей

Кому полезна

  • чтение для тех, кто интересуется историей революций
  • для студентов и исследователей социальной психологии
  • для любителей художественной литературы о войне и обществе

Главные темы

  • конфликт с властью и поиск свободы
  • внутренний конфликт и социальные проблемы
  • революционные идеи и их реализация

Персонажи

  • Геник — измождённый и испуганный, но решительный, владеет револьвером.
  • Оля — наивна, мечтает о поездке в Италию, любит Геника.
  • Ганс — Погружён в чтение революционной литературы, критически относится к социал-демократам, стремится к организации забастовки, но испытывает внутренний конфликт Участник революционного собрания, обсуждающий план по задержанию провокатора.
  • Отто Бальсен — Стараится защитить жену, но сталкивается с бюрократией и насилием
  • Евстигней — Тяжёлый, грязный, агрессивный, но внутренне конфликтный персонаж, который часто пьёт и бьёт людей.
  • городовые — постоянно следят за его перемещениями и пытаются поймать.
  • дворник — помогает Оле убежать от преследователей.
  • Полицейский — Требует подписать повестку о невыезде, но в итоге уходит, оставляя «Красный Петух»
  • Брон — Живёт в тюрьме, получает редкие посылки, пишет письма, ищет связь с внешним миром
  • Сергей — Размышляет о карантине, общается с девушкой Дуной, обсуждает планы и чувства
  • Иван Иваныч — Человек, которого Евстигней встречает в лесу, символизирующий власть и утешение.
  • Костя — Участник революционного собрания, обсуждающий план по задержанию провокатора.

Цитаты

  • «В Италию»
  • «Степан! – начал он медленно и внушительно, смотря дворнику прямо в глаза, – стоит мне сказать одно слово – и ты будешь немедленно уволен!»
  • Нельзя ее трогать… Поезжай скорее, если ты добрый муж!
  • Не топчись! – ворчала Розе. – Поезжай, ну!
  • «Красный Петух» – крупными буквами было напечатано черным по белому: «Красный Петух»…
  • «Письмо» – «Н.Б. Вам, должно быть, ужасно тяжело сидеть, ведь теперь весна. Ну, не буду дразнить, до свидания, если что нужно – пишите. Н.Б.»
  • "Маменька родимая, свеча неугасимая…" – слова из народной песни XIX века.
  • "Культ Венеры и Астарты – Венера у древних римлян, Астарта у древних сирийцев – богини любви."

Сводка по автору из Wikidata

1880–1932. Александр Грин. российский и советский писатель и поэт (1880—1932)

Читать онлайн

Страница 33 из 35

IV

Ганс причалил, молча снял весла и отнес их в сторожку. Затем встряхнулся, потянулся так, что затрещали суставы, и, не дожидаясь вопросов «дедки» о причинах скорого возвращения, схватил Костю под руку и быстро зашагал в гору. Выбравшись наверх, они остановились и перевели дух.

Костя поглядел на товарища. Лицо Ганса как-то посерело и осунулось, а серые, холодные глаза ушли внутрь. Он тяжело дышал. Так они стояли с минуту, глядя друг другу в глаза.

– Костя! – сказал наконец Ганс упавшим грудным голосом. – Вы знаете, кто такой… Валентин Осипович Высоцкий?

– Что за штуки, Ганс, – поморщился Костя. – Говорите прямо… если есть что.

– Петербургский провокатор! – выпалил Ганс. – Это тот самый, что провалил в прошлом году ростовских социал-демократов!..

Костя остолбенел, и крик изумления вырвался у него:

– Провока-тор! Ганс!! Не может быть!..

– А вы слушайте!.. – продолжал Ганс тихо. – И пойдемте… Тут стоять нельзя. Знаете – если бы мне три дня тому назад кто-нибудь сказал то, что я вам сейчас – я без дальних околичностей закатил бы ему пощечину… А теперь… «Всякое бывает» – сказал Бен-Акиба…[33] Все вышло случайно… То есть поистине все вышло чудесно… Дело было так: два дня тому назад прихожу я к Высоцкому… У меня было дело, надо было посылать человека за границу… Пришел, а его дома нет… Ждал, ждал… Вдруг стучит кто-то… «Войдите»… Посыльный. – «Здесь живет такой-то?» – Здесь, мол… – «Письмецо вам»… – Хорошо, – говорю… Ушел, письмо я сунул в карман, Высоцкого не дождался, про письмо забыл, прихожу домой, – тут мне почтальон приносит два письма… Но так как мне тут же надо было спешить на организационное собрание, то я их в тот же карман сунул, сел на конку и помчался… Дорогой вынимаю одно, читаю…

Ганс остановился и вытер вспотевший лоб. Товарищи шли быстрым, полным шагом… Бледный рассвет застыл над городом недвижной, мертвой улыбкой. Было тихо и пусто.

– И тут, – продолжал Ганс, – меня как будто целой крышей по голове хватили… Там было написано вот что… оно у меня огненными буквами в мозгу засело: – «Многоуважаемый г. Высоцкий! Настоящим имею честь уведомить вас, что, согласно просьбе вашей, выраженной в телеграмме, назначить свидание для переговоров о деле не раньше двух недель со дня приезда вашего – полагаю возможным назначить таковое в субботу, 29-го сего месяца. Место и час прихода вашего будьте любезны заблаговременно сообщить письмом в Управление, с указанием какого-либо отличительного знака, по коему наш агент мог бы вас узнать. По приходе он скажет вам следующее: „Барсов“. Примите уверение в совершенном почтении, Барсов»… И вот, пока я читал, я еще думал, что эти карбонарские[34] приемы относятся к какому-нибудь нашему делу, мало ли что может быть… А подпись жандармского ротмистра меня прямо к земле пригвоздила… Да еще в связи с канцелярским изложением… Я ночь не спал, все думал – как быть? Потом решил взять все на свой риск и написал Барсову письмо, что все, мол, прекрасно и в двенадцать часов ночи я приду туда, где мы сейчас с вами были… Я хотел таким образом попытаться узнать кое-что… И действительно… А сегодня, то есть вчера вечером, – поправился Ганс, – у нас было очередное заседание… Высоцкий приходит и читает письмо, якобы от районного комитета; смысл письма таков, что к нам приехал провокатор и что провокатор этот – вы!..

Костя застонал и схватился за голову.

– Вот! И понимаете, – что всего ужаснее – вас здесь никто не знает!.. Приехали вы с местной явкой, а Высоцкий – с партийным паролем… А? Каково? И вчера, знаете, уж порешили вас того – убрать…

Костя вдруг опустился на ближайшую тумбу и закрыл лицо руками. Нервное потрясение было слишком велико… Он весь содрогался от сдерживаемых рыданий и скрипел зубами…

– Костя, да что с вами? Будьте хладнокровнее! Идемте скорее! До утра нужно еще созвать всех и обсудить, как быть дальше! Время дорого… Слышите?..

Ганс тряс товарища за плечо изо всей силы. Наконец тот встал и рассмеялся хриплым, нервным смехом, вытирая глаза.

– Видите, какая скотина! – заботливо-негодующим тоном произнес Ганс. – Он ведь переписку вел. Пари держу, что получил письмо относительно себя и хотел след запутать, а сам еще где-нибудь напакостить… Вы вот что: идите к Нине и Сергею, а я побегу к остальным… Сергею надо щекотать пятки, иначе он не встанет…

– Хорошо…

– Ну, до свиданья пока… Ой, ой, вы мне руку раздавили!

– Слушайте, Ганс!.. А… тот?

– Пришлось покончить… А соберемся, скажите – у Лизы…

В небе легли розовые краски, и стало холодно. Запели петухи.

V

– Я сам пойду! – кричал бледный Сергей, размахивая шапкой. Глаза его лихорадочно горели, и красные пятна зловеще алели на щеках. – Я, – он глухо закашлялся и схватился за грудь, – я сам… кха… кха!..

– Нет! Пусть Валерьян!.. Куда вам?! Идите спать, Сергей! – кричал Ганс. – Вы будете шуметь, разговаривать! Слышите?

– Нет! – раздражался Сергей. – Я пойду!.. Эволюция личности!.. Прохвост!..

– Сергей! Прошу вас, останьтесь!.. – решительно сказал Валерьян. – Вы мягкий человек!..

– Боже мой! Валерьян – да идите уж вы, что ли, скорее!.. Ведь не сто человек тут нужно… Вот деньги и паспорт на всякий случай… Впрочем, наверно, увидимся еще!.. Нина, где деньги?..

Девушка, плотно сжав губы, молча вынула ассигнации и подала Гансу. Тот передал их Валерьяну, который стоял, ероша обеими руками свою густую копну, и энергически тряс головой. – Ну, жарьте!..

Валерьян вышел, плотно притворив дверь и вздрагивая от утреннего холода в своей черной сатиновой блузе. Все в нем кипело и бурлило, как самовар. Юноша гневно сверкал своими черными маленькими глазками, направляясь в центр города. У подъезда гостиницы он остановился и позвонил.

Было пять часов, и солнце золотым шаром выкатилось над крышами, позолотив куполы церквей и стекла окон. Сновали редкие прохожие, громыхали пролетки извозчиков, выезжавших на промысел. Валерьяну отпер заспанный, обрюзгший швейцар, окинув молодого человека подозрительным взглядом. Революционер сунул ему двугривенный и стал подыматься вверх.

В длинных полутемных коридорах гостиницы все еще спало. Валерьян подошел к номеру, в котором жил Высоцкий, и приложил ухо к двери. Там слышалось ровное дыхание спящего. Где-то внизу хлопнула дверь, и кто-то стал подниматься по лестнице. Валерьян осторожно постучал три раза и снова прислушался. Дыхание прекратилось, и послышалось шарканье калош, одетых на босу ногу. Через секунду чиркнула спичка и ключ повернулся в замке. Дверь отворил Высоцкий, в одном белье, с заспанным и недовольным лицом. В зубах его торчала папироса. Увидя Валерьяна, он прищурился и сморщился.

– Что так рано? – зевнул он. – Ну, проходите…

– Дело есть, Валентин Осипович, – глухо проворчал Валерьян, входя и запирая дверь на ключ. Подумав немного, он вынул ключ из замка и сунул в карман.

– Зачем вы это делаете? – размеренно спросил Высоцкий.

– Затем, чтобы нам не помешали, – слегка дрожащим голосом ответил Валерьян. – Я пришел… ну, одним словом, не будем долго разговаривать… Вы провокатор, и ваша песенка спета!

Страница 33 из 35

Вам также может понравиться

Страница 1 из 102

Назад12102Далее