Вас нет – и плакать я готов, И ангел мой без вас вздыхает. Старик-токарь своих трудов Вам две застежки посылает. Когда работал их чудак, То с вами мысль его дружилась: О, не кружитесь в жизни так, Как кость слоновая кружилась!

22 февраля 1869

К фотографической карточке (M-lle Viardot)

Послушный снимок с идеала, Как ты воздушен, свеж и мил! Тебя не кисть живописала, А солнца луч изобразил. В блаженной роскоши расцвета Признав забытые черты, Затрепетала грудь поэта Под обаяньем красоты. На зов ласкательной святыни Душой воскреснувшей летя, Я вижу в образе богини Давно знакомое дитя.

1869

М. Н. Лонгинову

Я был у Кача и Орбека, Молил, просил; Не отыскалось человека Продать чернил. Хоть плачь, хоть требуй благородно, Хоть их беси, Дают чернил каких угодно, Да не Plessy. Коммуна-де да прусский гений Наслали бед; Французских к нам произведений В подвозе нет. Теперь, о Клио, понимаю, Как их…! С тоскою в сердце прилагаю Здесь 2 рубли. Но яд чернил к душе поэта Не подноси! В таможне ждут: к исходу лета Придет Plessy.

2 июля 1871

К памятнику Пушкина

Свободного стиха прославленный творец, Услышана твоя молитва, друг народа: По манию царя взошла заря – свобода, И солнце озарит твой бронзовый венец.

1871

Посреднику М. М. Хрущову

Противу вечному закона Встает отродье злой семьи То в виде страшного дракона, То в хитром образе змеи. Но – вечный солнца проповедник – В борьбе со злобою и тьмой Не покидает нас посредник Меж светом божьим и землей. Жива спасительная сила, Переходя из рода в род, И копьеносца Михаила Сегодня празднует народ. И он от правды не отступит: Неумолим, как в старину, На змея-писаря наступит, Коля дракона-старшину.

8 ноября 1872

«Амур – начальник Гименея…»

Амур – начальник Гименея, А Гименей без водки – пас, Вот отчего я, не краснея, Решаюсь беспокоить вас. Податель сей бежит к Гимену, А вы, Амур, уж так и быть, Велите за простую цену Покрепче водки отпустить. Вам труд не будет безвозмездный, О нет, – котлеты посочней У них тебе, Амур уездный, Подаст наш повар Гименей. И, тарантасик ваш походный Узнав по тысячи примет, «Вот он, заступник всенародный!» – Воскликнет Афанасий Фет.

1873

«Наш шеф – владыка всенародный…»

Наш шеф – владыка всенародный, И наша гордость всем ясна. Блестящей прядью этишкета Семья улан закреплена. И к ней исполнена привета, Как кубок, искристый до дна, Везде душа улана Фета И отставного Шеншина.

21 марта 1874

Графу Л. Н. Толстому

Всё стремлюсь к тебе мечтою. Мучусь, не узнав: Разболелся ль ты душою, Дорогой мой граф? Окунулся ли в пучину, Где не видно зги? Если так – пиши картину И не в чем не лги. День – твой враг, и днем полезно Помнить ремесло; Только эта бездна звездна, Только в ней светло. Лишь из мрака хляби душной, Из грозящих жерл, Водолаз великодушный, К нам взнесешь ты перл. Посмотрите, мол, осины И гнилые пни: Вот как ищут исполины Даже в наши дни!

1875?

П. И. Борисову

Милый Петя! Вот и мы! Питер вроде мне чумы. День-деньской я там зевал, И Покровку вспоминал. Но зато в четверг с полдня Снова праздник для меня. В час полудня, милый мой, Поезд двинет нас домой. В страны, где Толстой цветет, Где Степановка растет, Где господь сказал ей: спи На раздолье, на степи. Оля, тетя, все, любя, Обнимаем мы тебя. На минутку хоть урвись, С нами лично распростись. Будь здоров, не знай кручин. Старый дядя твой Шеншин

19 апреля 1876

«В день позавидуешь раз со сто…»

В день позавидуешь раз со сто Твоей учености, друг мой: Всё для тебя светло и просто Там, где брожу я как слепой. Кругом по стеночке в манеже Тебе отлично гарцевать, Когда мне, бедному невеже, В ночной степи хоть пропадать.

декабрь 1876

«Хоть потолстеть мой дух алкает…»

Хоть потолстеть мой дух алкает, Хоть страх берет свихнуть потом, Но эта робость исчезает Перед талантом и умом. Устали крылья от размахов, Чтоб дух раздуть умом чужим, Но всё я вас не вижу, страхов, Хоть и желаю быть толст им.

27 июня 1877

К бюсту Ртищева в Воробьевке

Прости меня, почтенный лик Здесь дней минувших властелина, Что медной головой поник, Взирая на меня с камина. Прости: ты видешь сам, я чту Тебя покорно, без ошибки, Но не дождусь, когда прочту Значенье бронзовой улыбки. Поник ты старой головой, Смеяся, может быть, утратам. Да, я ворвался в угол твой Наперекор твоим пенатам. Ты жил и пышно, и умно, Как подобало истым барам; Упрочил ригой ты гумно, Восполнив дом и сад амбаром. Дневных забот и платья бич, Твоих волос не знала пудра; Ты каждый складывал кирпич И каждый гвоздь вбивал премудро. Не бойся, не к тому я вел, Чтоб уколоть тебя сатирой; Не улыбайся, что вошел К тебе поэт с болтливой лирой. «Поэт! Легко сказать: поэт – Еще лирический к тому же! Вот мой преемник и сосед, Каких не выдумаешь хуже. Поэт безумствовать лишь рад, Он свеж для ежедневных терний…» Не продолжай на этот лад, Тебе не к стати толки черни. Не по годам такая прыть, Уж мы ее бросаем с веком, И я надеюсь сговорить С тобой, как с дельным человеком. Тупым оставим храбрецам Всё их нахальство, все капризы; Ты видешь, как я чищу сам Твои замки, твои карнизы. Простим друг другу все грехи; И я у гробового входа! Порукой в том мои стихи Из дидактического рода.

февраль 1878

Страница 3 из 8

Назад 1 2 3 4…8 Далее