Беглец Фуль, истощённый лихорадкой, вместе с товарищем Бильбоа ищет убежище и сокровища у искусственного пруда, где обнаруживает золотые сосуды и решает погрузиться в холодную воду, чтобы их достать.

Главный конфликт / проблема

Фуль, истощённый лихорадкой, ищет сокровища в опасном пруду, сталкиваясь с собственными слабостями и жадностью

Ключевые идеи

Бегство из тюрьмы и поиск убежища
Искушение золотыми сокровищами в воде

Вывод

Книга показывает, как жадность и слабость могут привести к опасным решениям.

Кому полезна

Любители приключенческих историй
Читатели, интересующиеся психологией персонажей

Главные темы

Поиск сокровищ
Жадность и борьба с болезнью

Персонажи

Фуль — Слабый, охваченный лихорадкой, но одержимый желанием богатства. Он видит в цепях символы прежней власти, но теперь они напоминают о потере свободы.
Бильбоа — Не охотник, но помогает Фулю в поисках убежища. Он держит ружье и свинью, полон надежды на богатство, но в итоге осознаёт, что истинное богатство не в золоте.

Цитаты

Бильбоа не охотник, — думал Фуль, — едва ли он принесет еду, но есть хочется ужасно, до тошноты.
Фуль разорвал воротник рубашки. Он встал, протягивая дрожащие руки к прозрачной могиле сокровища.

Сводка по автору из Wikidata

1880–1932. Александр Грин. российский и советский писатель и поэт (1880—1932)

Читать онлайн

Страница 2 из 2

III

Бильбоа пробыл на дне не больше минуты, но Фуль пережил ее как долгий, неопределенный промежуток времени, в течение которого можно разрыдаться от нетерпения. Нагнувшись, едва не падая в воду сам, Фуль гневно гопал ногами, пытаясь рассмотреть что-либо в слепой ряби потревоженного пруда. Он, беглый арестант Фуль, был в эти мгновения, как десять лет назад, — барином, требующим всего, чего лишил его суд и позор. Семья, дом в цветах, холеные лошади, комфорт, тонкое белье, книга и почтительный круг знакомых снова возвращались к нему таинственным путем клада. Он думал, что теперь ничего не стоит, переменив имя, вернуть прежнюю жизнь.

Снова всплеснул пруд, и мокроволосая голова Бильбоа подскочила из глубины в воздух. Крайнее изнеможение от задержки дыхания выражало его лицо. Шумно вздохнув, подплыл он к берегу, гребя одной рукой; в другой же, которую он держал внизу, неясно блестело. С тягостным, неопределенным предчувствием следил Фуль за этим неровным блеском; молчание плывущего Бильбоа терзало его.

— Ну?! — тихо спросил Фуль.

Бильбоа в изнеможении ухватился свободной рукой за обрыв берега.

— Мы оба сошли с ума, Фуль, — проговорил он. — Там ничего нет. Когда я нырнул, блеск метался перед моими глазами, и я некоторое время тщетно ловил его. Ты знаешь, у меня одышка. Но я поймал все-таки. Это твои кандалы, Фуль, которые ты пять дней назад разбил камнем и швырнул в воду. Вот они.

К ногам Фуля упали, звякнув, отполированные годами длинные цепи. Он медленно отошел от них.

Бильбоа молча одевался. Он намеренно делал это, стоя спиной к товарищу, чтобы не видеть его лица. Неосновательное возбуждение Бильбоа улеглось, и он, как человек практический по преимуществу, отдался уже привычным мыслям о том, сколько еще дней, для безопасности, следует просидеть в лесу и что делать с дикой свиньей: зажарить ли в золе ногу или, потратив полчаса, устроить блюдо изысканнее, например, котлеты.

Фуль, чувствуя сильную лихорадочную слабость, лег навзничь. Он думал, что, не будь на противоположном берегу пруда безвестных развалин, он, может быть, не увидел бы и золота в собственных кандалах. Но эти развалины так убедительно шептали о преступном богатстве, спрятанном от чужих глаз.

— Я рад хоть, что она потонула наконец, — сказал Фуль.

— Кто?

— Блоха. Но ей все же было легче, чем сейчас мне.

Страница 2 из 2

Назад 1 2Далее