Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Сборник стихов Сергея Александровича Есенина, включающий произведения, написанные в 1920‑х годах до финального «До свидания, друг мой, до свидания…». Включены лирические и тематические поэмы, посвященные любви, войне, природе и внутренним переживаниям поэта. Читатель погружается в яркие образы и эмоциональную глубину русской поэзии начала XX века. Коллекция представляет собой целостный взгляд на творчество Есенина в период его зрелости.

Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
поэзияЕсенинромантикавойнаприродалюбовьстихисборникрусская литературапесни

Читать онлайн

Страница 1 из 24

Annotation

Сергей Есенин — поэт, прочувствовавший боль за страну как свою личную, наша любовь и нежность, певучая любовь России. Его стихи переписывали, передавали друг другу, с ними уходили на фронт, его пели и поют под гитару. И любили в России всегда, даже в самые «непоэтические» годы.

В этот сборник вошли стихотворения поэта, написанные в 20-е годы XX века вплоть до рокового «До свиданья, друг мой, до свиданья…»

Сергей Есенин

Проскакал на розовом коне…

Стихотворения

Исповедь хулигана

«Не ругайтесь! Такое дело!..»

«Я обманывать себя не стану…»

«Да! Теперь решено. Без возврата…»

«Снова пьют здесь, дерутся и плачут…»

«Сыпь, гармоника! Скука… Скука…»

«Пой же, пой. На проклятой гитаре…»

Прощание с Мариенгофом

«Грубым дается радость…»

«Мне осталась одна забава…»

«Я усталым таким еще не был…»

«Заметался пожар голубой…»

«Ты такая ж простая, как все…»

«Пускай ты выпита другим…»

«Дорогая, сядем рядом…»

«Мне грустно на тебя смотреть…»

«Ты прохладой меня не мучай…»

«Вечер черные брови насупил…»

«Эта улица мне знакома…»

Папиросники

Пушкину

Сукин сын

«Этой грусти теперь не рассыпать…»

«Низкий дом с голубыми ставнями…»

«Издатель славный! В этой книге…»

Возвращение на родину

Русь советская

Русь уходящая

Воспоминание

Еще закон не отвердел…

Стансы

Поэтам Грузии

На Кавказе

Письмо матери

Письмо к женщине

«Мы теперь уходим понемногу…»

«Годы молодые с забубенной славой…»

Персидские мотивы

«Улеглась моя былая рана…»

«Я спросил сегодня у менялы…»

«Шаганэ ты моя, Шаганэ!..»

«Ты сказала, что Саади…»

«Никогда я не был на Босфоре…»

«Свет вечерний шафранного края…»

«Воздух прозрачный и синий…»

«Золото холодное луны…»

«В Хороссане есть такие двери…»

«Голубая родина Фирдуси…»

«Быть поэтом — это значит то же…»

«Руки милой — пара лебедей…»

«Отчего луна так светит тускло…»

«Глупое сердце, не бейся!..»

«Голубая да веселая страна…»

«Море голосов воробьиных…»

Стихи двадцать пятого года

Несказанное, синее, нежное…

«Заря окликает другую…»

«Синий май. Заревая теплынь…»

«Не вернусь я в отчий дом…»

«Прощай, Баку! Тебя я не увижу…»

«Спит ковыль. Равнина дорогая…»

«Вижу сон. Дорога черная…»

«Каждый труд благослови, удача!..»

«Видно, так заведено навеки…»

«Я иду долиной. На затылке кепи…»

«Гори, звезда моя, не падай…»

«Жизнь — обман с чарующей тоскою…»

«Листья падают, листья падают…»

«Над окошком месяц. Под окошком ветер…»

«Сыпь, тальянка, звонко, сыпь, тальянка, смело!..»

«Я красивых таких не видел…»

«Ах, как много на свете кошек…»

«В этом мире я только прохожий…»

«Ты запой мне ту песню, что прежде…»

«Эх вы, сани! А кони, кони!..»

«Мелколесье. Степь и дали…»

«Снежная замять дробится и колется…»

«Синий туман. Снеговое раздолье…»

Песня

«Неуютная жидкая лунность…»

«Я помню, любимая, помню…»

Собаке Качалова

«Ну, целуй меня, целуй…»

«Слышишь — мчатся сани, слышишь — сани мчатся…»

«Голубая кофта. Синие глаза…»

«Снежная замять крутит бойко…»

«Тихий ветер. Вечер сине-хмурый…»

«Море голосов воробьиных…»

«Плачет метель, как цыганская скрипка…»

«Ах, метель такая, просто черт возьми!..»

«Вечером синим, вечером лунным…»

«Не криви улыбку, руки теребя…»

«Снежная равнина, белая луна…»

«Сочинитель бедный, это ты ли…»

«Свищет ветер, серебряный ветер…»

«Цветы мне говорят — прощай…»

Цветы

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

«Кто я? Что я? Только лишь мечтатель…»

«Клен ты мой опавший, клен заледенелый…»

«Какая ночь! Я не могу…»

«Не гляди на меня с упреком…»

«Ты меня не любишь, не жалеешь…»

«Может, поздно, может, слишком рано…»

«До свиданья, друг мой, до свиданья…»

Сергей Есенин Мне осталась одна забава (сборник)

© Марченко А. М., предисловие, 2021

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

* * *

Проскакал на розовом коне…

Есенин — самый популярный, в прямом смысле — народный и при этом совсем не общедоступный поэт. Его поэтика, при кажущейся простоте и прозрачности, причудлива и удивительна. Немало удивительного и в его судьбе. Явившись из деревенской глуши, он, по утверждению «людской молвы», поднялся по парадной лестнице Петербургского Дома Искусств в деревенских валенках и лазоревой косоворотке, не конфузясь неприглядной «одевы», уверенно и спокойно — как власть имеющий, как полномочный посол Всея Руси. На расстоянии полувека, в середине шестидесятых, дебют Есенина выглядел именно так — лубочно-триумфально. Легенда, героем которой он сделался, стерла детали, мешающие апокрифу о пришествии «вербного отрока» сохранить, что называется, чистоту жанра.

В действительности начинал Есенин отнюдь не блистательно. Его ранние, написанные еще в церковно-учительской школе (1909–1912) стихи и подражательны, и несовершенны. Да и прибыл Сергей Александрович из рязанского захолустья в Москву не для того только, чтобы удивить отставную столицу своим явлением. Переехал, как и многие получившие образование крестьянские дети, на заработки, ибо «пропасть в глуши» и тянуть лямку наставника деревенской школы грамоты при самом искреннем сочувствии к «забитому» и «от света гонимому народу» решительно отказался. Несмотря на слезы матери и гнев отца, которым очень-очень хотелось, чтобы их первенец, такой пригожий и умный, всему селу на зависть стал учителем.

Сменив несколько явно не подходящих ему профессий (конторщик в мясной лавке, экспедитор в издательстве «Культура»), новоиспеченный москвич довольно быстро нашел приличную работу — устроился помощником корректора в типографию Сытинского издательского товарищества. Там, кстати, познакомился с порядочной и славной Анной Романовной Изрядновой, сблизился с ней, по примеру ее и совету записался вольнослушателем в народный университет им. А. Л. Шанявского (1913). В 1914 году Анна родила от Есенина мальчика, названного по инициативе девятнадцатилетнего отца Юрием (погиб в период сталинских репрессий в середине тридцатых).

Университетская среда пришлась по вкусу «вчерашнему жителю села», он много читает, дружески сходится с такими же, как сам, жадными на ученье выходцами из крестьянского сословия, они-то и вводят Сергея в Суриковский музыкально-литературный кружок, деятельно и умело опекавший писателей из народа. Короче, времени даром не теряет, принимает даже участие в организационных хлопотах по созданию собственного журнала суриковцев «Друг народа»; там же публикует стихотворение «Узоры», годом ранее Есенина начал полегоньку печатать и еще один московский тонкий журнальчик для детей — «Мирок»; что же касается серьезных толстых журналов, то они глухо молчат, хотя Сергей Александрович регулярно отправляет по элитарным редакциям подборки новых своих произведений. Однако усилия не эквивалентны результату: Москва, приютив честолюбивого провинциала, явно не спешит признать в нем оригинальный талант и упорно не выделяет среди начинающих «самородков». Однако Есенин слишком верит в себя, в свою «будущность» («я о своем таланте много знаю»), чтобы отступить и вернуться не солоно хлебавши в родные «рязани». Кроме того, едва осмотревшись, он быстрехонько сообразил: в Москве, бездушном буржуазном городе, «где люди большей частью волки из корысти» (из письма к деревенскому другу Грише Панфилову), не найдет ни истинных ценителей, ни просвещенных меценатов-издателей. В том же письме поэт признается товарищу ранних лет: «Думаю во что бы то ни стало удрать в Питер». Надо отдать должное интуиции сельского мечтателя: расчет на Северную столицу был верным. В начале ХХ века именно Петербург, вопреки традиции, а не Москва, увлеченная пропагандой и усвоением художественных достижений Запада, становится своеобразным славянофильским центром. Однако и московское неозападничество, и петербургское неославянофильство, равно как и волна культурного подъема в крестьянстве (она-то и подняла на своем гребне и вынесла на гулкие улицы столиц крестьянских поэтов), — лишь разные стороны одного процесса. Промышленный бум конца века выдвигал Россию в мировые державы, а это не могло не стимулировать амбиций национального самосознания. Культурная Россия словно бы напряглась и замерла в ожидании Нового поэта, который, по предсказанию Блока, непременно найдет краски и слова для выражения смертной любви россиянина к бедной своей родине. Поэта, который неведомо каким — чудесным! — способом добудет затонувшее в недрах ее болот и суглинков «поющее золото». Блок не только предсказал неизбежность вспышки на русском литературном горизонте необычайной — новой и ослепительно яркой поэтической звезды. Он еще словно бы «отпортретировал», «назвал по имени» темы, сюжеты, ключевые образы лирики Есенина 1914–1915 гг. — провидчески, наперед, в знаменитом эссе 1906 года «Безвременье», то есть почти за десять лет до того, как они были созданы…

Страница 1 из 24

Назад1224Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 5

Назад125Далее