Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Мерседес из Кастилии» – исторический роман Джеймса Фенимора Купера, посвящённый первому плаванию Христофора Колумба. Автор живописно описывает события, которые привели к открытию Нового Света, подчёркивая экономические и политические мотивы путешествия. Книга сочетает в себе исторический факт и художественное повествование, создавая яркую картину эпохи. Читатель погружается в атмосферу 15‑го века и видит, как личность Колумба вписывается в более широкие события.

Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Жанры
классическая прозаисторические приключенияморские приключения
Темы
КолумбпутешествиеисторияКастилияМерседесКуперамериканская литературароманоткрытие

Читать онлайн

Страница 2 из 51

Посольство короля Арагонского покинуло Сарагоссу ранним утром в сопровождении обычного эскорта из вооруженных длинными пиками солдат, длиннобородых дворян в латах и кольчугах и вереницы вьючных мулов, за которыми шел отряд людей, судя по наряду, бывших наполовину слугами, наполовину — солдатами.

Толпа любопытных следовала за этим шествием и до самого вечера не переставала обсуждать то, что она видела или успела подметить, высказывая самые разнообразные догадки. Когда настала ночь, большинство забыло о посольстве, но двое солдат, находившихся в карауле у заставы на дороге, ведущей в Бургос[6], продолжали еще разговаривать на эту тему.

— Да, — сказал тот из них, который был старше, — если дон Алонзо де-Карбахаль рассчитывает далеко проследовать с этим конвоем, то пусть он посматривает в оба! Никогда еще я не видал более жалкого отряда, несмотря на их расшитые чепраки и звонкие трубы. Ручаюсь тебе, Диего, что мы в Валенсии снарядили бы не такой отряд и нашли бы для посольства более достойных рыцарей, чем эти арагонцы.

— Оно, конечно, так, а все-таки многие думают, Родриго, что было бы лучше платить нам следуемое жалованье, чем тратить деньги на посылку королевского письма.

— Уж это всегда так бывает между кредиторами и должниками! Дон Жуан вам должен несколько грошей, и потому вы упрекаете его за каждый червонец, потраченный им на его нужды. Ну, а я, старый солдат, научился и сам добывать себе свое жалованье, когда королевская казна пуста…

— Это хорошо, когда воюешь с маврами[7]. А ведь эти каталонцы, с которыми мы воюем, такие же добрые люди, как мы, и грабить горожанина не так просто, как неприятеля!

— Поверь мне, еще того проще! Эй, кто тут шатается в такую позднюю пору?

— Какая-нибудь шантрапа, которая хочет прослыть за богачей! Но я готов поручиться, Родриго, что у них, у всех вместе, нет достаточно денег, чтобы уплатить в гостинице за яичницу!

— Клянусь Иаковом, моим патроном, — проговорил вполголоса человек, ехавший возле своего спутника несколько впереди остальных всадников, — этот бродяга не далек от истины. Хотя у нас и хватит денег заплатить за яичницу, но я сильно сомневаюсь, чтобы у нас остался хоть один дублон после окончания нашего путешествия!

Спутник неодобрительно покачал головой и молча предъявил страже пропуск. Люди эти, судя по их внешности, были купцы; в числе их были два или три еврея. Купцы эти были из числа, повидимому, зажиточных людей: их сопровождали на почтительном расстоянии несколько слуг.

— Скажи-ка, любезный, сколько сот дублонов ты получаешь жалованья в год и сколько раз тебе возобновляют эту ливрею? — спросил солдат одного из слуг.

Это был еще молодой, но сильный и здоровый человек. Почувствовав фамильярный щипок солдата в икру и бесцеремонный удар по ляжке, он выпрямился и взглянул на добродушно улыбающееся лицо Диего.

— Ты, вижу, веселый парень, товарищ, но пальцы твои щиплются больно, — сказал он. — Прими мой совет: не позволяй им так бесцеремонно касаться людей, не то ты рискуешь когда-нибудь раздробить себе череп!

— Посмотрел бы я… — начал было Диего, но его собеседник пришпорил мула, и тот с такой силой рванулся вперед, что почти опрокинул словоохотливого солдата.

— Право же, ты неосторожен, Диего, — заметил Родриго, — ты рисковал познакомиться с кулаком этого молодого человека!

— Разве посмел бы он поднять руку на солдата?

— Возможно, что он и сам был королевским солдатом: в наше время молодых людей рано впрягают в солдатскую лямку. Мне даже кажется, что я уже раньше видел его… и я готов поручиться, что ему уже приходилось стоять лицом к лицу и с маврами и с каталонцами! Да! Я уверен, что видел его в бою и слышал этот самый голос, призывающий солдат под свое знамя. Клянусь Иаковом Компостелльскам, я вспомнил!.. Слушай, Диего! — и солдат сказал шопотом на ухо товарищу несколько слов.

— Как? — воскликнул Диего, отступая на шаг назад. — Ты, вероятно, ошибся, Родриго?

— Я не раз видел его с поднятым забралом[8] и не раз шел за ним во время атаки.

— И ты думаешь, что он мог решиться появиться под видом слуги какого-то купца! Что же делать? Он никогда не простит, что я посмел его ущипнуть да еще вести с ним такие речи!..

— Полно! Тебе едва ли случится встретиться с ним за королевским столом, а в бою он всегда впереди всех и, конечно, не станет оглядываться назад, чтобы рассмотреть тебя. А если даже и увидит, то, поверь, у таких людей, как он, голова всегда полна более серьезными вещами, и он, наверное, не узнает тебя и не припомнит этого случая.

— Хорошо было бы, а то я никогда не посмею показаться в рядах войск! Если бы мне привелось оказать ему какую-нибудь услугу… то я мог бы еще надеяться, что он забудет обо мне, но чувство обиды всегда очень живуче.

— Да, да! — согласился старый ветеран. — Я много раз говорил тебе, что сдержанность — лучшая добродетель, но ты меня не слушаешь! Ну, вот и нарвался!..

Путешественники продолжали свой путь в продолжение всей ночи и только с рассветом замедлили шаг, не желая возбуждать внимания любопытных, среди которых могли быть и шпионы короля Генриха Кастильского; шпионами кишели все дороги, ведущие к Валльядолиду.

Во все время пути молодой человек, о котором говорили солдаты, неизменно следовал в некотором отдалении за своим господином, а во время привалов занимался обычными для слуг делами, входившими в круг обязанностей каждого слуги. С наступлением ночи всадники пришпорили своих коней и около полуночи прибыли к главным воротам обнесенного каменной стеной города Осма, расположенного недалеко от границы провинции Бургос. Подъехав к самым воротам города, молодой человек, отличавшийся веселым нравом и ехавший впереди всех, рядом с более пожилым спутником, громко постучался в ворота. В это время молодой слуга выехал вперед и стал впереди всех, как вдруг со стены сорвался, сброшенный чьей-то невидимой рукой, тяжелый камень и пролетел над самой головой мнимого слуги. Спутники страшно заволновались при виде той опасности, которая ему грозила, и разразились громкими проклятиями; только один мнимый слуга остался невозмутимо спокоен, и когда он заговорил, то голос его звучал властно и строго, но без малейшего признака волнения или гнева.

— Что это значит? Разве так встречают мирных путешественников, явившихся искать отдых и ночлег в вашем городе?

— Отвечайте сейчас же, кто вы такие? — отвечали со стены. — Не то вам и не то еще будет!

— Кто губернатор этого города? Граф Тревиньо? Не так ли? — спросил молодой человек вместо ответа.

— Да, сеньор, он самый, — подтвердил сторож уже менее грубым тоном. — Но каким образом можете вы знать графа, и кто ты такой, что разговариваешь таким тоном, словно какой-нибудь испанский гранд[9]?

— Я — Фердинанд[10] де-Трастамаре, принц Арагонский, король Сицилии! Поди и скажи твоему господину, чтобы он поспешил сюда!

Страница 2 из 51

Назад123…51Далее