Удобнее читать в приложении
AI-разбор доступен после входа
Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.
auto_awesomeПолучить AI-разборО книге
«Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. „Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние“. Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!..»
Дата написания1917-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+
Читать онлайн
Страница 1 из 2Annotation
«Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. „Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние“. Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!..»
Георгий Иванович Чулков Memento mori
И предаваться грусти праздной,
Где пахарь любит сокращать
Напевом труд однообразный.
Александр Блок в докладе своем «Интеллигенция и народ», прочитанном сначала в «Религиозно философском обществе», а потом в «Литературном», раскрывает рознь между двумя на чалами современной русской жизни и делает мрачные предсказания: на культурных людей надвигается «грудь коренника» той бешеной тройки, которая мчится из глубины наших диких полей. Поэт, по видимому, предчувствует, что правда, живая и стихийная, на стороне народа, но он отказывается делать какие либо определенные выводы из этого утверждения и ограничивается тремя вопросами: во-первых, переходима ли черта между интеллигенцией и народом? во вторых, если нет, остается ли какое-нибудь спасение для культуры, кроме Победоносцевской инерции? и, в третьих, если да, то как найти пути к народному сердцу?
С историко-социологической точки зрения я не стану рассматривать доклад Блока: жизнь слишком усложнилась, многообразные культурные течения и грубые материальные интересы давно уже раздробили страну на определенные классы и группы, и нет возможности отвлеченно рассуждать по поводу такой произвольной границы, которую проводит Александр Блок.
Но с иной жизненно практической точки зрения рассуждать о докладе Блока возможно и должно.
Впрочем, возражая своим оппонентам, Александр Блок сделал одну уступку, которая отчасти изменяет самую постановку темы об интеллигенции и народе; Блок признал, что рознь существует не между всей интеллигенцией и народом, а лишь между известной «частью» интеллигенции и той стихийной Русью,
Где все пути и все распутья Живой клюкой измождены, И вихрь, свистящий в голых прутьях, Поет преданья старины.
Такая постановка темы изменяет в известной мере и ее сущность, потому что часть интеллигенции, конечно, не связана с той Русью, которая «и во сне необычайна», – но возможно ли утверждать pars pro toto?
Блок по праву мог бы сказать про себя: И сам не понял, не измерил, Кому я песни посвятил…
Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. «Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние». Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!
Неужели не ясно, что все три темы, влюбившие в себя поэта, – «индивидуализм, эстетика и отчаяние» – все эти темы являются предметом ненависти нашего интеллигента? Неужели Блок не понимает, что влюбленность в эти темы есть край нее декадентство? И неужели не очевидно, что декадентство полярно по отношению к интеллигенции? Интеллигенция, со времен Белинского утверждавшая идею общественности и народолюбия, со времен Писарева провозгласившая парадоксальное «разрушение эстетики» и, наконец, в лице своих революционеров, объявившая войну апатии и косному отчаянию, – что общего имеет эта интеллигенция с тем орхидейным интеллигентом, который расцветает в декадентской оранжерее?
Образ двойника заслонил Блоку образ интеллигенции, и печать смерти на лице этого двойника Блок принял за печальный знак гибели всего нашего общества. Но напрасно Блок волнуется за судьбу всех этих юношей и девушек, которые рассеяны теперь среди народа – всех этих учителей, врачей, статистиков, газетных работников, пропагандистов, агитаторов, – все они органически связаны с народом. Они умеют и жить с народом и умирать за народ. Правда, порой между грамотным и неграмотным русским человеком бывают недоразумения, но ведь не очевидно ли, что дух народа не может определяться его темнотой? Нация – по существу – не изменит своей природы, если страна не будет голодной и невежественной. И, надеюсь, Александр Блок не имел в виду этой чисто внешней розни, какая возникает порой в русской действительности между косным обывателем, кто бы ни был он – мужик, мещанин, помещик, и вольнолюбивым и подвижным искателем нового жизненного уклада.
Однако, если мы устраним все эти недоразумения и обратимся к самым корням доклада Александра Блока, мы увидим, что они глубоко внедрились в жизненную правду.
В чем же эта правда? О каком расколе, о каком разделении и розни идет здесь речь?
Я думаю, что рознь действительно существует, но существует она между декадентами, с одной стороны, и народной стихи ей – с другой. Я разумею под декадентами не только литераторов и – пожалуй даже – менее всего их, а тех случайных, почти всегда талантливых, но погибающих «лириков жизни», которые возникают перед нами время от времени, как живой укор за идеи крайнего индивидуализма, идеи, взлелеянные Фридрихом Ницше, Бодлэром и Оскаром Уайльдом.
Но при чем же тут русская интеллигенция? Она – повторяю – неповинна в грехах наших ницшеанцев, бодлэрианцев – детей европейской культуры конца века.
Я вовсе не склонен умалять значения существующей розни, хотя и не думаю, подобно Блоку, что болезнь крайнего индивидуализма прогрессирует в русском обществе. Вряд ли это так. Но тем не менее, независимо от того, мало или много среди нас таких отщепенцев, трагизм этой розни остается пока неразрешенным.
И этот разлад декадентов с народом (пусть их мало среди нас) значителен и глубоко интересен, потому что психология такого оторвавшегося от народной стихии человека – зловещий симптом не для русской интеллигенции, которая еще девственна и стихийна, как и народ наш, а для личности вообще. Тема, поставленная Блоком, тема универсальная, а не национальная.
Декадентство переживает кризис. Блок не первый указал на это. И Вячеслав Иванов, и Д. С. Мережковский писали об этом. И мне приходилось писать о кризисе декадентства. Memento mori воистину прозвучало как пророчество. Но для кого? Только не для русской интеллигенции. Ведь смерть угрожает тем, кто не с народом, кто отказался от народной правды, т. е. от жизни, т. е. признал первую часть формулы «неприятия мира» и не признал второй ее части – того «слепительного да», о котором пел нам поэт.
Но наша интеллигенция не знает еще горьких противоречий. Иван Карамазов, искусившийся в противоречиях, в сущности, вовсе не интеллигент: это, быть может, первый декадент наш.
Интеллигенция, несмотря на весь атеизм свой, по природе своей вовсе не мятежна: она строительница жизни народной, она гуманистична, ей только некогда думать об «имени» Бога, но вся она морально безупречна, а религиозно богопокорна. Бунт карамазовский не предстал перед ней как тема реальная. Нет, явно, что Блок «валит» обвинение «с больной головы на здоровую».
И я предлагаю формулировать тему о «неблагополучии» нашем по-иному, а именно: «Декадентство и народ». Тогда интеллигенция отойдет почти целиком к народу, а с декадентами останется кучка «лириков жизни» и, пожалуй, некоторые самоубийцы, о которых упомянул Блок.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc","pageTitle":"Memento mori (Георгий Иванович Чулков) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Memento mori». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Memento mori». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Георгий Иванович Чулков","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"публицистика","item":"https://bookra.app/genre/6491"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Memento mori","item":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc","url":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc","name":"«Memento mori». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Memento mori». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/87636487-e8da-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc#work","name":"Memento mori","url":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc","description":"«Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. „Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние“. Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!..»","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/87636487-e8da-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["публицистика","литература 20 века","русская классика"],"sameAs":["https://litres.ru/book/georgiy-chulkov/memento-mori-665175/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/716141e1-4d60-102c-9c5b-e8b0b7836b8f#person","name":"Георгий Иванович Чулков","url":"https://bookra.app/author/716141e1-4d60-102c-9c5b-e8b0b7836b8f"}],"about":[{"@type":"Thing","name":"публицистика"},{"@type":"Thing","name":"литература 20 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc#edition","url":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/georgiy-chulkov/memento-mori-665175/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Memento mori»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/2VGPdpvc","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":789630,"shortId":"2VGPdpvc","title":"Memento mori","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/87636487-e8da-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/1200.webp","annotationText":"«Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. „Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние“. Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!..»","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Георгий Иванович Чулков","authors":[{"id":"716141e1-4d60-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","displayName":"Георгий Иванович Чулков","protectedUrl":"/author/716141e1-4d60-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","wikipediaUrl":null,"wikidataUrl":null}],"genres":[{"id":6491,"title":"публицистика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/6491"},{"id":5304,"title":"литература 20 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5304"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1917-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"sourceLanguage","label":"Язык оригинала","value":"0"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[],"authorSummary":null,"hasArtifacts":false,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_789630","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_789630","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_789630","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_789630","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_789630","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_789630"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_789630","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_789630","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_789630","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_789630"},"guestReaderUrl":"/books/2VGPdpvc#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/716141e1-4d60-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","readersCount":0,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2011","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":1,"totalPages":2,"hasPrev":false,"hasNext":true,"prevPageUrl":null,"nextPageUrl":"/books/2VGPdpvc?page=2#reader-content","progressLabel":"Страница 1 из 2","sections":[{"id":"id22:0","kind":"heading","text":"Annotation"},{"id":"id22:1","kind":"paragraph","text":"«Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. „Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние“. Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!..»"},{"id":"id22:2","kind":"paragraph","text":"Георгий Иванович Чулков"},{"id":"id21:0","kind":"heading","text":"Георгий Иванович Чулков Memento mori"},{"id":"id21:1","kind":"paragraph","text":"Там стыдно будет унывать"},{"id":"id21:2","kind":"paragraph","text":"И предаваться грусти праздной,"},{"id":"id21:3","kind":"paragraph","text":"Где пахарь любит сокращать"},{"id":"id21:4","kind":"paragraph","text":"Напевом труд однообразный."},{"id":"id21:5","kind":"paragraph","text":"Некрасов"},{"id":"id21:6","kind":"paragraph","text":"Александр Блок в докладе своем «Интеллигенция и народ», прочитанном сначала в «Религиозно философском обществе», а потом в «Литературном», раскрывает рознь между двумя на чалами современной русской жизни и делает мрачные предсказания: на культурных людей надвигается «грудь коренника» той бешеной тройки, которая мчится из глубины наших диких полей. Поэт, по видимому, предчувствует, что правда, живая и стихийная, на стороне народа, но он отказывается делать какие либо определенные выводы из этого утверждения и ограничивается тремя вопросами: во-первых, переходима ли черта между интеллигенцией и народом? во вторых, если нет, остается ли какое-нибудь спасение для культуры, кроме Победоносцевской инерции? и, в третьих, если да, то как найти пути к народному сердцу?"},{"id":"id21:7","kind":"paragraph","text":"С историко-социологической точки зрения я не стану рассматривать доклад Блока: жизнь слишком усложнилась, многообразные культурные течения и грубые материальные интересы давно уже раздробили страну на определенные классы и группы, и нет возможности отвлеченно рассуждать по поводу такой произвольной границы, которую проводит Александр Блок."},{"id":"id21:8","kind":"paragraph","text":"Но с иной жизненно практической точки зрения рассуждать о докладе Блока возможно и должно."},{"id":"id21:9","kind":"paragraph","text":"Впрочем, возражая своим оппонентам, Александр Блок сделал одну уступку, которая отчасти изменяет самую постановку темы об интеллигенции и народе; Блок признал, что рознь существует не между всей интеллигенцией и народом, а лишь между известной «частью» интеллигенции и той стихийной Русью,"},{"id":"id21:10","kind":"paragraph","text":"Где все пути и все распутья Живой клюкой измождены, И вихрь, свистящий в голых прутьях, Поет преданья старины."},{"id":"id21:11","kind":"paragraph","text":"Такая постановка темы изменяет в известной мере и ее сущность, потому что часть интеллигенции, конечно, не связана с той Русью, которая «и во сне необычайна», – но возможно ли утверждать pars pro toto?"},{"id":"id21:12","kind":"paragraph","text":"Блок по праву мог бы сказать про себя: И сам не понял, не измерил, Кому я песни посвятил…"},{"id":"id21:13","kind":"paragraph","text":"Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. «Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние». Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции!"},{"id":"id21:14","kind":"paragraph","text":"Неужели не ясно, что все три темы, влюбившие в себя поэта, – «индивидуализм, эстетика и отчаяние» – все эти темы являются предметом ненависти нашего интеллигента? Неужели Блок не понимает, что влюбленность в эти темы есть край нее декадентство? И неужели не очевидно, что декадентство полярно по отношению к интеллигенции? Интеллигенция, со времен Белинского утверждавшая идею общественности и народолюбия, со времен Писарева провозгласившая парадоксальное «разрушение эстетики» и, наконец, в лице своих революционеров, объявившая войну апатии и косному отчаянию, – что общего имеет эта интеллигенция с тем орхидейным интеллигентом, который расцветает в декадентской оранжерее?"},{"id":"id21:15","kind":"paragraph","text":"Образ двойника заслонил Блоку образ интеллигенции, и печать смерти на лице этого двойника Блок принял за печальный знак гибели всего нашего общества. Но напрасно Блок волнуется за судьбу всех этих юношей и девушек, которые рассеяны теперь среди народа – всех этих учителей, врачей, статистиков, газетных работников, пропагандистов, агитаторов, – все они органически связаны с народом. Они умеют и жить с народом и умирать за народ. Правда, порой между грамотным и неграмотным русским человеком бывают недоразумения, но ведь не очевидно ли, что дух народа не может определяться его темнотой? Нация – по существу – не изменит своей природы, если страна не будет голодной и невежественной. И, надеюсь, Александр Блок не имел в виду этой чисто внешней розни, какая возникает порой в русской действительности между косным обывателем, кто бы ни был он – мужик, мещанин, помещик, и вольнолюбивым и подвижным искателем нового жизненного уклада."},{"id":"id21:16","kind":"paragraph","text":"Однако, если мы устраним все эти недоразумения и обратимся к самым корням доклада Александра Блока, мы увидим, что они глубоко внедрились в жизненную правду."},{"id":"id21:17","kind":"paragraph","text":"В чем же эта правда? О каком расколе, о каком разделении и розни идет здесь речь?"},{"id":"id21:18","kind":"paragraph","text":"Я думаю, что рознь действительно существует, но существует она между декадентами, с одной стороны, и народной стихи ей – с другой. Я разумею под декадентами не только литераторов и – пожалуй даже – менее всего их, а тех случайных, почти всегда талантливых, но погибающих «лириков жизни», которые возникают перед нами время от времени, как живой укор за идеи крайнего индивидуализма, идеи, взлелеянные Фридрихом Ницше, Бодлэром и Оскаром Уайльдом."},{"id":"id21:19","kind":"paragraph","text":"Но при чем же тут русская интеллигенция? Она – повторяю – неповинна в грехах наших ницшеанцев, бодлэрианцев – детей европейской культуры конца века."},{"id":"id21:20","kind":"paragraph","text":"Я вовсе не склонен умалять значения существующей розни, хотя и не думаю, подобно Блоку, что болезнь крайнего индивидуализма прогрессирует в русском обществе. Вряд ли это так. Но тем не менее, независимо от того, мало или много среди нас таких отщепенцев, трагизм этой розни остается пока неразрешенным."},{"id":"id21:21","kind":"paragraph","text":"И этот разлад декадентов с народом (пусть их мало среди нас) значителен и глубоко интересен, потому что психология такого оторвавшегося от народной стихии человека – зловещий симптом не для русской интеллигенции, которая еще девственна и стихийна, как и народ наш, а для личности вообще. Тема, поставленная Блоком, тема универсальная, а не национальная."},{"id":"id21:22","kind":"paragraph","text":"Декадентство переживает кризис. Блок не первый указал на это. И Вячеслав Иванов, и Д. С. Мережковский писали об этом. И мне приходилось писать о кризисе декадентства. Memento mori воистину прозвучало как пророчество. Но для кого? Только не для русской интеллигенции. Ведь смерть угрожает тем, кто не с народом, кто отказался от народной правды, т. е. от жизни, т. е. признал первую часть формулы «неприятия мира» и не признал второй ее части – того «слепительного да», о котором пел нам поэт."},{"id":"id21:23","kind":"paragraph","text":"Но наша интеллигенция не знает еще горьких противоречий. Иван Карамазов, искусившийся в противоречиях, в сущности, вовсе не интеллигент: это, быть может, первый декадент наш."},{"id":"id21:24","kind":"paragraph","text":"Интеллигенция, несмотря на весь атеизм свой, по природе своей вовсе не мятежна: она строительница жизни народной, она гуманистична, ей только некогда думать об «имени» Бога, но вся она морально безупречна, а религиозно богопокорна. Бунт карамазовский не предстал перед ней как тема реальная. Нет, явно, что Блок «валит» обвинение «с больной головы на здоровую»."},{"id":"id21:25","kind":"paragraph","text":"И я предлагаю формулировать тему о «неблагополучии» нашем по-иному, а именно: «Декадентство и народ». Тогда интеллигенция отойдет почти целиком к народу, а с декадентами останется кучка «лириков жизни» и, пожалуй, некоторые самоубийцы, о которых упомянул Блок."}],"toc":[{"id":"id22:0:1","label":"Annotation","page":1,"pageUrl":"/books/2VGPdpvc#reader-content"},{"id":"id21:0:1","label":"Георгий Иванович Чулков Memento mori","page":1,"pageUrl":"/books/2VGPdpvc#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":21672,"shortId":"3B9gtDHy","title":"Ни дня без строчки","authorLine":"Юрий Карлович Олеша","primaryAuthorId":"86e56933-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/4a3ebcd1-e1b2-4280-a57d-dc5fc70d6fe1/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3B9gtDHy"},{"idCatalog":763574,"shortId":"0CVklFa0","title":"Дневник женщины, которую никто не любил","authorLine":"Александр Александрович Блок","primaryAuthorId":"4385e169-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/7d05624a-a2a8-11e1-aac2-5924aae99221/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0CVklFa0"},{"idCatalog":764279,"shortId":"3WKcNsI1","title":"Ключи тайн","authorLine":"Валерий Яковлевич Брюсов","primaryAuthorId":"883631d2-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a935f659-5556-11e5-9956-002590591dd6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3WKcNsI1"},{"idCatalog":464367,"shortId":"0wNzPkEb","title":"Не могу молчать: Статьи о войне, насилии, любви, безверии и непротивлении злу","authorLine":"Павел Валерьевич Басинский, Лев Николаевич Толстой, Альпина Паблишер","primaryAuthorId":"826705fb-b495-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/9958b9d3-f847-11ec-876c-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0wNzPkEb"},{"idCatalog":763222,"shortId":"2Th8nRu0","title":"Отслоения дней","authorLine":"Павел Петрович Бажов","primaryAuthorId":"8550e08b-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/6b15738c-b036-102b-b8f2-843476b21e7b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2Th8nRu0"},{"idCatalog":793185,"shortId":"4KMhteZv","title":"Петр Великий","authorLine":"Михаил Михайлович Богословский","primaryAuthorId":"d35ea84f-127b-11e0-8c7e-ec5afce481d9","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/f50a9735-63ae-11e4-8e76-0025905a069a/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4KMhteZv"},{"idCatalog":761064,"shortId":"3mznFnk6","title":"Из книги «Записи для себя»","authorLine":"Викентий Викентьевич Вересаев","primaryAuthorId":"9a6ee002-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/21ec02ac-9f32-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3mznFnk6"},{"idCatalog":764639,"shortId":"1HooWWAL","title":"Люди театра","authorLine":"Владимир Алексеевич Гиляровский","primaryAuthorId":"44b822b5-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/ba16ef61-3673-11ed-96ee-0cc47af30dde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1HooWWAL"},{"idCatalog":791149,"shortId":"1iCCCYm3","title":"О г. Розанове, его великих открытиях, его маханальности и философической порнографии. Несколько слов о г. Мережковском и Л. Толстом","authorLine":"Николай Константинович Михайловский","primaryAuthorId":"5d2fac8c-02aa-102c-99a2-0288a49f2f10","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/b337962e-0137-11e1-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1iCCCYm3"},{"idCatalog":792400,"shortId":"2QJ52Vq6","title":"Памяти В. Ф. Коммиссаржевской","authorLine":"Георгий Иванович Чулков","primaryAuthorId":"716141e1-4d60-102c-9c5b-e8b0b7836b8f","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d9d595cc-e8da-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2QJ52Vq6"},{"idCatalog":790592,"shortId":"0W1QGdZK","title":"Что нужно для того, чтобы быть писателем?","authorLine":"Викентий Викентьевич Вересаев","primaryAuthorId":"9a6ee002-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/a10e1028-9df3-11e0-9959-47117d41cf4b/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0W1QGdZK"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":11,"totalPages":1,"hasPrev":false,"hasNext":false}},"notFound":false}