Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«В десятых годах V века до Р. X., в Афинах, знаменитый трагический писатель Еврипид, уже стариком, поставил на сцену пьесу, которая носила то же название, что и помещаемая ниже, – „Меланиппа-философ“. Эта пьеса не дошла до нас. Об ней сохранились только довольно редкие отзывы, да из нее цитировали 13–16 строк. По счастью, миф, точнее основа драматического сюжета, хотя и не вполне, сохранилась у одного историка античной эры (I века до Р. X.), Дионисия Галикарнасского, и у византийца XII века нашей эры, Григория Коринфского. Автор воспользовался этим мифом, а равно и всем, что осталось от легенды о Меланиппе и Эолидах…»

Дата написания1900-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Читать онлайн

Страница 2 из 11

Действующие лица

В порядке их появления:

Меланиппа, дочь фессалийского царя Эола.

Хор из 15 девушек с Пелия.

Старая кормилица Меланиппы.

Первый вестник, молодой и хвастливый.

Эол, царь Магнесии, еще не старый, рано поседевший.

Конюх Эола.

Геллен, сын Зевса, отец Эола, белый старец.

Второй вестник, угрюмый старик.

Гиппа, мать Меланиппы, в апофеосе.

Гости и гостьи Эола.

Свита Эола.

Действие происходит в старом фессалийском городе, на полуострове Магнесии.

Местность горная и лесистая.

Пролог

Сцена представляет фасад дворца Геллена (близ старого города в Магнесии).

Фасад в дорийском стиле с тремя дверьми, из коих главная – средняя. К главному зданию прилегают два боковых с особыми входами. Перед домом алтарь Зевса, хранителя алтарей. Поздняя ночь. Луна. Начинается предрассветный туман. Небо в звездах, уже начинающих бледнеть. Из дома выходит Меланиппа. Она худая, бледная, высокая. У ней черные волосы, густые, волнистые, с синеватым отливом, и черные тонкие брови на очень белом, мягко очерченном лбе. Глаза большие, влажно-синие с пламенем, но без лучей, глубокие. Морщина между бровей указывает на раннюю работу мысли. Походка и жесты – людей, живущих созерцательной жизнью. Она выходит медленно, сначала подходит к алтарю и молча склоняется перед ним. Потом поднимает глаза к небу. Молча молится несколько времени, поднимая к небу белые, трогательно нежные руки, и начинает тихо, голосом музыкальным, но будто идущим издалека.

О праотец могучего Эола, О Геллена великого отец И старости его хранитель белой! Кто б ни был ты, о Зевс, на небесах Эфирных – бог иль разум, сновиденье Ожившее иль гордая мечта… Но я тебя зову, великий пращур… Не твоему ли внуку мать меня, Дочь мудрого Хирона, подарила И Арною в чертоге нарекла? В Магнесии уж после Меланиппой Я прослыла за волны черных кос… О, выслушай, Крон ид, я не дерзала К тебе взывать, пока эфир горел От огненной иль алой колесницы, — И ночи я ждала…

Пауза.

Меланиппа закрывает лицо руками, потом отнимает руки и опускает голову.

В такую ж ночь Росистую и лунную, когда Черней вода и ярче ароматы… На берегу Сперхая, где тростник Сухой шумит и ива обнялась С другою ивою, я уступила бога Желаниям и ласкам. Посейдон То был, и темнокудрый, и могучий…

(Тихо.)

И в брачную так говорил он ночь Избраннице: «Двух сыновей родишь ты, Вели на луг их нежный отнести, Где царское Эола стадо ходит, И более о них не думай, Арна! Я имена, я им и славу дам». Без матери – ты взял ее у нас — И без отца державного, который В изгнание ушел на долгий год За кровь сестры, моей Канаки нежной, И Макарея-брата, я слова И тяжкое носила бремя бога… От острых глаз и злоречивых уст Я девять долгих месяцев таилась. Лишь верная кормилица моя Про злую честь узнала Меланиппы, О, злую честь. Когда же наступил Мученьям срок положенный, в лачуге. Где, верно бы, последняя рабыня Побрезгала остаться, на циновке, Что пастухи, скрываясь в непогоду, От холодов осенних расстилали… Я, старою повита няней, ночи Двух сыновей явила, красотой Сияющих… Увы! зачем не мать В девятый день мне ложе освятила И внукам улыбнулась?.. Во дворец Вернулась я, недуг изображая Для рабских глаз… Исподтишка, в лачужке Покинутым на няню торопливо Я ласкою, слезой и грудью нежной Малюткам долг платила материнский… Но долго ли?.. Герольд оповестил, Что царь-отец, Фессалии властитель, Трофония покинул старый храм И что домой на Дельфы путь он держит… Веселием тогда, и позолотой, И пурпуром чертог наш засиял, И потекли толпами фессалийцы Царя встречать. С богами примирен, Эол горит родной очаг увидеть. От крови кровь на пышных алтарях Готовится очистить Гелленида… И только я в толпе его рабынь Хотела бы пугливо затеряться…

Пауза.

Или, детей кормившая, дерзну Я в хоровод войти девичий, или Я на алтарь душистый свой венок С безбрачными решусь отдать богине? Как на отца осмелюсь я глядеть? Как матери услышу, не краснея, Я имя беспорочное, увы!..

(Поднимая глаза к небу.)

О ты, звездой горящая, прости мне! Но не о том мои слова тебе, О пращур мой эфирный и державный… Детей моих ты сбереги. Отца Их волю я исполнила покорно: К стадам они отнесены – пока Питает их другая мать… и нежно Зеленые их сон лелеют травы. Так няня мне – в утеху, может быть, На мягкий луг отнесшая малюток, Сказала – я уж не увижу их…

Пауза.

Но страшное в груди встает сомненье: Кто их отец, не знаю я… Иль имя, Иль локоны синевшие, и риза Блестящая, и пар соленой влаги… И самая эмблема – не могли Обманом быть, приманкой маскарадной?.. Иль демонской уловкой?.. Я не жду Ответа, Зевс, но если муки или Бесславие потомства твоего Во что-нибудь ты ставишь, сжалься, боже.

(Снова подходит к алтарю. Молитва.)

В орхестру тихо спускается Хор девушек с Пелия и его окрестностей. Некоторые из них одеты в костюм, напоминающий амазонок, короткий хитон; одежды на них яркие, праздничные. Корифей – девушка в длинном белом хитоне с оранжевым напуском – брюнетка. Пояс подвязан высоко. У некоторых волосы убраны пышно, у других, наоборот, напоминают моду, взятую из охотничьего быта, длинные вуали у многих покрывают диадемы или стефаны на волосах. На двух легкие шлемы.

Страница 2 из 11

Вам также может понравиться

Страница 1 из 4

Назад124Далее