Читать бесплатно онлайн

Сети. Форель разбивает лед

Автор Михаил Алексеевич Кузмин

12+7 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

В сборник вошли два цикла стихотворений Михаила Кузмина (1872–1936) – «Сети» (1908) и «Форель разбивает лед» (1929). Великолепные первая и последняя книги позволят читателю познакомиться с творчеством самобытного деятеля Серебряного века.

Дата написания1907-12-31

Язык книгиru

Возрастное ограничение12+

Жанры

русская поэзия стихи и поэзия

Темы

сборники стихотворенийСеребряный векклассическая поэзия

Читать онлайн

Страница 23 из 24

8. Третий свидетель / шкет

Что ж, господа, вы хотите знать? Видел что? – ничего не видел. Знал кого? – никого не знал. Слышал кой-что, да и то случайно. Род занятий? – как вам сказать? Чем придется – всего вернее. Возраст? – Двадцать. Холост. Крещен. Местожительства не имею… Был не очень большой мороз, Как вы помните: сухо, ясно — Прямо, погода как на заказ Для такой вот бездомной братьи. Тут кино, а туда – кафе, Так – фонарь, там – стоянка трама. Место бойкое, свет вовсю: Можно выбрать кого угодно! Клюнуло… Видно, важный гусь. Я за ним в переулок темный. Вдруг куда-то пропал мой тип, Будто сквозь землю провалился. Закурил… Надо подождать. Слышу в желудке: скоро полночь… С двух… выходит – десять часов! Дело дрянь! А стою у подъезда. Как прошли, не заметил я, Только слышу: как будто спорят. Голос у девушки чист, приятен! Думал – гулящая; нет, не то. Ну а мужчина совсем как мальчик! Старшие классы… юнкер… спорт. Да и не спорят, а как-то странно Оба волнуются все об одном. С голоду все мне было понятно, Вспомню – опять не понять ни черта. Будто она ему: – Милый, ты видишь? Легкая поступь тяжелей всех, Легкий стук – это гроб забивают, Плод получить – не сливы трясти. — Он ей: – Когда тебя что смущает… Ну, искушенье… сделай и брось! Тут очищенье, крепость, сила. – «Сделай и брось!» А прилипнет рука? – Есть огонь, всякий клей растопит. – Да, огонь, и железо, и смерть! Тут умолкла. Вдруг очень нежно: – Кто тебе дороже всего? – Кто дороже всего, ты знаешь. Я говорил, не скрывал ничего. – Преступленье – такая честность! – Что с тобой? Ты сегодня больна? – Ах, в болезни остреет зренье, Мысль яснеет, тончает слух! – Право, какая-то ночь вопросов! – Что ж? пускай, но скажи мне одно, Больше я приставать не буду: Прав ли тот, кто уходит сам? Ну, уходит… ты понимаешь? – Я далеко не фаталист, Но считаю, что все уходы Нам предписывает судьба. Тешимся детски свободной волей, А уходим, окончив роль. – Это ясно, по крайней мере! — Тут вернулся мой господин, Подошел и пыхнул сигарой… Не напрасно так долго ждал! Пусть приходят и пусть уходят, — Что мне за дело до других? Я на сегодня имею ужин… А чего-то мне было жаль…

9. Четвертый свидетель / сыщик

Когда нас пригласили вместе с Дэзи На место преступленья, я не знал, В чем дело. Может быть, простой грабеж Иль воровство. В лицо мне эта дама Была известна, но особой слежки За ней не полагалось, так что я Не знал – ни кто она, ни с кем водилась, Ни где бывала, – и пришел, как в лес. Но для собаки не играет роли Осведомленность: стоит ей на след Напасть – и вам преступника отыщет. Одно скажу, что не специалист Тут действовал: следов он не засыпал И прямо побежал, не забегая Туда-сюда, без всяких остановок. За ней помчалось на автомобилях Нас человека три. В поля, за город, За полотно куда-то нас вела. Мы думали, совсем уж убежала… Вдруг слышим лай – и бросились туда. Лежал без чувств преступник на сугробе; Сидела Дэзи, высунув язык, И уходил вдали слепой прохожий… Ведь на снегу все видно, словно днем. Отдался в руки он беспрекословно. Свое я дело сделал. Дальше – вам! Напомню только, что одна собака В суде бывает лишена пристрастья, Ей все равно – что молод, стар, красив, Один ли сын иль что-нибудь такое… Все это – человеческие чувства, А ею водит нюх и запах крови. Где запах крови, там ищи убийства.

10. После суда

Зачем идти домой, Когда не встречу брата? Весь мир мне стал тюрьмой, А жизнь цвела когда-то Привольно и богато Тобой, одним тобой. Зачем он все молчал, В устах улыбка жалась? Он правды не искал, И правда оказалась, Как будто приближалось Начало всех начал. Начало всех начал друзей согнало К Эммануилу за перегородку. Тут ничего о Вилли не напомнит, Тут тиканье часов их успокоит, Глубокий голос уврачует раны, Закат об утренней заре пророчит. Ведь одного лишь нет, А будто все разбито, И омрачился свет, И солнце тучей скрыто. До крика не забыто, Какой несем ответ. Связать нельзя черты, Не восстановишь круга, Своей неправоты Не отогнать испуга, И смотрят друг на друга, И повторяют: «Ты».

11. Ночью

Шаги за спиною, и черный канал, А на сердце льется тягучий асфальт. Зачем он увидел, зачем он догнал? Пускай бы лишь искры, да сажа из труб, Да куст бузины, неопрятен и тощ, Тщедушный изгнанник младенческих рощ! Обгонит, быть может, и мимо пройдет? Вот эта скамейка в тени на мосту… Нет, шаг замедляет, за руку берет… Теперь никуда от него не уйти! О, как ненавистен и светлый пробор И братом любимый болотистый взор! – Куда вы, Мицци? Час глухой, И место здесь глухое. – Зачем следите вы за мной? Мне тяжелее вдвое. – Я должен вас оберегать, Теперь я вместо брата. – Нет! Вилли будет жить опять, Как с нами жил когда-то! Стал гуще липкий полумрак. – Не верите? молчите? – Наверно, все и будет так, Как вы того хотите. – Известно, вижу, что-то вам, Чего другой не знает. Быть может, сами были там, Где дух Эдит витает? Зачем молчанием томить? Сознайтесь: были? были??.. Она могла помехой быть — И вы ее убили. Так ясно все! Конечно, вы… Другой посмел бы кто же? Но он смолчал – и вы правы, И все на бред похоже! – Нет, я не убивал… А бред Всегда был в этом деле. Сказали бы: «Виновных нет», — Когда б понять сумели. – Кругом такая пустота… Я ничего не вижу… Я не любила вас всегда, Теперь же ненавижу!.. – Все это бред. Я вам – не враг. Я друг, поймите, Вилли. — Они ускорили свой шаг, Про тех не говорили. И быстро и молча проходят они Заводы, заставы, заборы, мосты… Слилися вдали городские огни, И ветру просторней, и тише дышать… Виднеется вдруг словно вымерший дом — По снам позабытым он сердцу знаком.

Страница 23 из 24

Назад 1…22 23 24 Далее