Читать бесплатно онлайн

Волшебная рождественская история

Автор Чарльз Диккенс

0+25 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Знаете ли вы, почему люди так любят Рождество? Это самый добрый и весёлый праздник, когда в каждом доме пахнет угощениями, все дарят друг другу подарки и ждут гостей. В этот день люди стараются быть добрее и внимательнее к ближним, спешат творить добрые дела и забывают про обиды. Герой этой истории не любил Рождество, пока волшебные духи не показали ему, как он ошибался. И всё в его жизни изменилось…

Язык книгиru

Язык оригиналаen

Возрастное ограничение0+

Жанры

детская проза сказки

Темы

РождествоСкруджДиккенсподаркищедростьпрощениепраздникпутешествиепривиденияизменение

Читать онлайн

Страница 2 из 7

Привидение уселось по другую сторону камина и с таким ужасным шумом потрясло своею цепью, что Скрудж схватился за стул, чтобы не свалиться в обморок. Он упал на колени и взмолился:

– Пощади! Зачем ты, страшное видение, тревожишь меня?

– Душа каждого человека должна принимать участие в других. И если она не исполнила этого предназначения при жизни, то обречена выполнить его после смерти. Она осуждена бродить по свету и – о, горе мне! – видеть то, что уже не может исправить. Знаешь ли ты, что никакое раскаяние не может загладить целой жизни, потраченной даром? И я этого не знал!

– Отчего вы скованы?

– Я ношу цепь, которую сковал себе при жизни, постепенно прибавляя к ней звено за звеном. Неужели тебе не кажутся знакомыми эти звенья? Или, может быть, ты желаешь знать вес и длину той цепи, которую сам носишь? Она была такой же, как моя, семь лет тому назад. С тех пор ты много над нею работал, она получилась ещё тяжелее.

С каждым словом бывшего компаньона Скрудж дрожал всё сильнее. Он посмотрел на пол, как бы желая увидеть вокруг себя длинную железную цепь, но не увидел ничего.

– Сегодня я пришёл предупредить тебя, Эбенезер, – продолжил дух, – что ты можешь ещё избежать моей участи; я придумал для этого средство. Тебя посетят три духа.

У Скруджа самого был уже вид привидения.

– Ожидай первого из них завтра, когда пробьёт час ночи. Второго – в следующую ночь, в то же время. Третий придет в третью ночь, с последним ударом полночи. Меня ты больше не увидишь; но помни всё, что я сказал.

Тень Марли медленно растаяла, и снова воцарилась тишина. Скрудж быстро запер окно и осмотрел дверь: она была заперта, задвижка цела. Он хотел, по обыкновению, сказать «вздор», но остановился на первом звуке. От волнения ли, от усталости или позднего часа ночи Скрудж почувствовал сильную потребность в отдыхе, бросился в постель не раздеваясь и тотчас заснул.

Глава II Первый из трёх духов

Когда наш герой проснулся, было так темно, что он едва мог отличать прозрачные окна от непрозрачных стен своей комнаты. Тяжёлый колокол пробил шесть, затем семь, восемь, и так до двенадцати, и остановился. Двенадцать! Он вскочил с постели и выглянул в окно. Там было темно, туманно и чрезвычайно холодно, на улице не было никакого движения.

Мысль о тени Марли крайне тревожила Скруджа. Сомнения грызли его: сон или нет? Он лежал в раздумьях, пока куранты не пробили час.

В то же мгновение в комнату ворвался свет, и полог у постели был отдёрнут чьей-то рукой. Скрудж вскочил и встретился лицом к лицу с неземным посетителем. Ночной гость имел фигуру ребёнка, белые волосы до плеч, на лице не было ни одной морщинки. На нём была белоснежная туника, опоясанная блестящим поясом, в руке зелёная ветка, а платье украшено летними цветами.

– Я дух прошедшего Рождества.

– Давно прошедшего? – полюбопытствовал Скрудж, присматриваясь к крошечному существу.

– Нет, вашего последнего Рождества, – ответил тот, протягивая руку и ласково увлекая за собой.

Они прошли сквозь стену и очутились на просёлочной дороге, по обеим сторонам которой тянулись поля. Город скрылся из вида, исчезли также темнота и туман; был ясный холодный зимний день, земля была покрыта снегом.

Скрудж осмотрелся и узнал:

– Боже мой! Я здесь воспитывался; я был здесь ребёнком!

Ему чудились в воздухе тысячи запахов, с которыми связывались сотни давным-давно забытых дум, надежд, радостей и забот. Он узнавал каждые ворота, каждый столб, каждое дерево. Вскоре показался маленький городок, мост, церковь, извивающаяся река. Несколько косматых лошадёнок бежали мелкой рысцой, и мальчики, ехавшие верхом, перекликались друг с другом. Дети были чрезвычайно веселы, их звонкий смех раздавался далеко по воздуху.

– Это только тени того, что когда-то существовало, – произнёс дух, – они не видят и не слышат нас.

Весёлая ватага приближалась, Скрудж каждого знал по имени. Почему он так радовался, видя их, почему холодные глаза заблестели и сердце забилось, почему доставляло ему удовольствие слышать, как они желали друг другу весёлого Рождества, расставаясь на перекрёстках? Что было в Рождестве радостного для него? Прочь мысли о радостном Рождестве!

– Школа ещё не совсем опустела, – сказал дух. – Там до сих пор сидит одинокий мальчик, оставленный своими близкими.

Банкир понял, что он это знает, и заплакал. Они свернули с дороги на хорошо знакомую Скруджу тропинку и подошли к тёмному кирпичному строению, над крышей которого возвышалась небольшая башенка с колоколом и флюгером. Это был большой дом, совершенно запущенный. Стены его были покрыты плесенью, окна разбиты, ворота развалились, в конюшнях гуляли и кудахтали куры; сараи и навесы заросли травой. Из мрачной передней можно было заглянуть в комнаты и видеть их убогую обстановку, холод и запущенность.

Посетители прошли через переднюю и остановились у двери в заднюю часть дома. Дверь отворилась: в мрачной убогой комнате сидел у слабого огня одинокий ребёнок и читал. Скрудж сел на скамейку и заплакал от жалости к маленькому себе, несчастному и забытому, как бывало в то время.

– Я бы желал… – пробормотал он, вытерев слёзы рукавом и оглядываясь, – но теперь уже поздно.

– В чём дело? – спросил дух.

– В прошлую ночь один мальчик пел у моих дверей рождественскую песнь; мне бы хотелось дать ему что-нибудь.

Тут на лице духа показалась задумчивая улыбка; он сделал движение рукою:

– Посмотрим другое Рождество.

И при этих словах прежний маленький Скрудж вдруг сделался старше, а комната стала немножко темнее и ещё грязнее. Двери покосило, окна потрескались, штукатурка осыпалась с потолка. И вот опять он здесь один, когда все мальчики отправились домой на весёлые праздники.

Он теперь не читал, но в отчаянии ходил взад и вперёд по комнате. Дверь отворилась, и маленькая девочка вбежала в комнату, бросилась ему на шею с поцелуями:

– Милый, милый мой брат! Я приехала за тобою, чтобы отвезти тебя домой, домой, домой!

– Домой, маленькая Фанни? – спросил удивлённый мальчик.

– Да, – отвечала сияющая от радости девочка, – домой, совсем и навсегда. Отец стал такой добрый, он так ласково говорил со мною один вечер, когда я шла спать, что я не побоялась спросить его ещё раз, можешь ли ты вернуться домой. Он ответил, что можешь, и послал меня в карете за тобою. Ты никогда больше не вернёшься сюда; мы проведём все праздники вместе и будем веселиться!

Она хлопала в ладоши, смеялась и вставала на цыпочки, чтобы обнять его. Затем, с детской поспешностью, потащила Эбенезера к двери; он был вовсе не прочь следовать за нею. Чемодан молодого Скруджа был уже привязан наверху кареты, и дети поспешили проститься со школьным учителем.

– Она была нежным созданием, которое могло увянуть от дуновения малейшего ветерка, – заметил дух, – но у неё было доброе сердце. Когда она умерла, от неё остались, кажется, дети.

– Один ребёнок, – отвечал Скрудж.

– Да. Твой племянник.

Скруджу сделалось неловко, и он коротко кивнул.

Страница 2 из 7

Назад 1 2 3…7 Далее