Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«В середине сентября произошел удивительный случай, о котором потом несколько дней напролет говорил весь Мюнхен. По вечерам в окрестностях академии и университета бывало оживленно. На одной из улиц, которые пересекаются здесь под прямыми углами, стоял ветхий дом старинной архитектуры. В тот самый час, когда студенты обычно расходились с последних лекций, на крыльце этого дома раздался громкий крик, вслед за которым из ворот на улицу выбежала совершенно голая девушка, руки ее были подняты кверху, словно для защиты от какого-то тяжелого предмета, падающего с неба. Все время, пока обнаженная бежала от расположенной во дворе мастерской художника до оживленной улицы, она продолжала беспрестанно вопить. Движение на улице сразу прекратилось; откуда ни возьмись, сбежалось множество народу. Окна квартир открывались, и в них появлялись испуганные лица, на которых испуг мало-помалу уступал место игривому настроению…»

Дата написания1899-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаde
Возрастное ограничение18+
Темы
любовные отношениялюбовные похожденияромантическая эротика

Читать онлайн

Страница 60 из 61

С первыми лучами солнца пришла Мириам и села у постели брата, долгим пожатием удержав руку Ренаты в своей. У нее был растрепанный вид, и былинки сена торчали в ее темных волосах.

– Ты тоже больна, Мириам, – сказал Агафон, беря ее за руку. Молодая девушка улыбнулась и энергично покачала головой.

Рената отправилась спать, но уже через час вскочила и пошла бродить по горе, потом вернулась назад и решила сходить с Марикой в город. Возвратилась она сильно утомленная, но не хотела ни спать, ни есть, ни пить. Она нашла Агафона еще бледнее, чем вчера, а Мириам уже не могла держаться на ногах и к вечеру была вынуждена лечь на соломенный тюфяк фрау Вильмофер, которая отправилась со своей девочкой спать на сеновал. Ренате предстояло опять дежурить ночью; теперь она стала спокойнее, и странное, полное грусти торжество наполнило ее душу.

Когда ушел доктор и все успокоилось, Рената села на край постели и стала рассказывать Агафону свою жизнь. Она говорила ровным голосом, нисколько не волнуясь от воспоминаний, рассказывала, точно повинуясь какой-то посторонней силе, спокойно переходя от события к событию.

Когда Рената закончила, наступило молчание, и вдруг ей показалось, что сердце в ее груди перевернулось и стены комнаты зашатались. Гнет какой-то огромной несправедливости внезапно придавил ее, и горячие слезы, какими она еще никогда не плакала, полились из ее глаз. Точно сломленная чьей-то сильной рукой, она упала и плакала так, как будто все горе ее жизни должно было вылиться в этих слезах. Ласковая рука обняла ее, и, прижавшись к плечу Агафона, она продолжала рыдать. Агафон ничего не говорил, только гладил ее по волосам, и глаза его светились восторгом.

– Ах, мне теперь так легко, так безгранично легко! – шептала Рената.

– Ты была предназначена мне, Рената, – сказал Агафон.

– А ты мне, – глухо ответила Рената.

В стихийном порыве страсти она прижалась к нему. Все ее существо, словно вырвавшись из тысячи державших его тисков, было готово погрузиться в жгучее пламя неземного блаженства. Лицо возлюбленного виделось Ренате лицом бога, лицом самой судьбы. Словно томительная жажда долгих поколений нашла наконец свое удовлетворение в одном объятии, таком мимолетном и в то же время вечном.

– А если ты умрешь? – спросила она, прижимая его руки к своим губам.

– Разве я могу умереть для тебя, Рената? Разве смерть для нас с тобой то же, что и для других? Я никогда не умру для тебя, Рената. Ты не должна грустить.

– Не должна грустить… – повторила она как эхо. Агафон привстал на постели, расстегнул пуговицы платья Ренаты и поцеловал ее грудь. Впервые в жизни она не противилась желанию мужчины. Всем своим существом, каждой своей клеточкой Рената чувствовала: вот он, тот самый долгожданный миг истинной близости, ради которого она столько вытерпела. Она прошла по грязной дороге жизни и сумела сохранить чистоту. И теперь Рената была готова подарить ее – подарить всю себя – своему единственному мужчине. Она встала и решительно сняла с себя одежду, показавшуюся Ренате каменной стеной, отделявшей ее от любимого. Затем она, обнаженная, с распущенными волосами, снова подошла к Агафону, села на край постели и прижалась всем телом к больному. «Я теперь уже не та, что прежде, – думала Рената, – я совсем другая, новая. Мне нечего скрывать, нечего бояться». И никогда не испытанное ненарушимое спокойствие наполнило ее душу.

И Агафон тихо сказал, приблизив губы к ее уху:

– Рената! Ты слышишь, Рената?

– Да, я слышу тебя, – ответила она, приподнимаясь и как бы прислушиваясь к тишине ночи.

– Рената, если это будет мальчик, назови его… ты слушаешь меня, Рената?

– Я слушаю лишь тебя, Агафон!

– Назови его Беатус. А это непременно будет мальчик!

– Беатус…

– И воспитывай его в чистоте, Рената. Воспитывай его, как Парсифаля, вдали от всех. Сделаешь ты это?

– Сделаю.

Он посмотрел на Ренату долгим и испытующим взглядом, а затем притянул к себе. Рената повиновалась. Мгновения казались ей вечностью, и душа соприкасалась с жизнью бесконечных веков. Желание, наполнявшее ее, было не просто желанием отдаться и познать неведомое прежде блаженство плотской любви. Это была сама любовь. Рената следила за движениями рук Агафона, плакала от счастья в его объятиях, и ей казалось, что нет в мире более сильного мужчины, ведь все свои силы он отдавал без остатка возлюбленной. Только теперь она поняла в полной мере, ради чего отказывала десяткам жаждавших завладеть ею проходимцев. Их похотливые взгляды, их лицемерные слова – все было пылью перед величием этого мига, когда два существа слились в экстазе истинной любви. Грудь, живот, бедра, ноги Ренаты – все ее тело было охвачено настоящим пожаром страсти, который усиливался от малейшего прикосновения его пальцев и губ. В какой-то момент она потеряла ощущение времени и пространства. Она вырвалась из цепей жалкого мира и воспарила выше всех бед и унижений. Рената была абсолютно счастлива. Она лежала около Агафона, осыпая его благодарными поцелуями. Она знала теперь, что это была любовь, а все остальное – ничто и что она пребывала в Агафоне с самого начала и пребудет до конца жизни.

Серый рассвет надвигался из глубины равнины. Рената встала и оделась.

И когда она снова дотронулась до руки Агафона, рука его была холодна и безжизненна. И лицо, к которому она прикоснулась губами, было холодно и безжизненно. Вдохновенное выражение осуществленной мечты застыло на нем.

Так умер Агафон Гейер.

Со стоном невыразимой тоски упала Рената на колени и замерла, припав головой к краю постели…

Страница 60 из 61

Вам также может понравиться

Страница 1 из 5

Назад125Далее