Загрузка...
История одного преступления — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

История одного преступления

Автор Виктор Мари Гюго
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Виктор Гюго1851Французская революцияполитический переворотпамфлетисторияполитикапомощьпарижнациональное собрание

Описание

В романе «История одного преступления» Виктор Гюго, находясь в изгнании, описывает события переворота 1851 г. в Париже, последующие аресты депутатов, их заключение, сопротивление и, в конечном счёте, падение Второй империи и переход к Третьей республике.

Главный конфликт / проблема

Переворот 1851 г. и борьба между Луи‑Наполеоном Бонапартом и республиканскими силами, приводящая к распуску Национального собрания и последующим вооружённым конфликтам

Ключевые идеи

  • Переворот 2 декабря 1851 года как акт распуска Национального собрания и установления власти Луи‑Наполеона
  • Роль Виктора Гюго как свидетеля и критика событий
  • Публичные плакаты и декреты как средство мобилизации и пропаганды
  • Массовые аресты депутатов и генералов, сопровождающиеся насилием
  • Общественная реакция и начало дискуссии о будущем республики
  • Переворот 2 декабря 1851 г. привёл к разгона Национального собрания
  • Депутаты пытались удержать власть, но были вынуждены покинуть здание
  • Председатель Дюпен отказался возглавить собрание, подчёркивая свою бессилие
  • Жестокие условия тюремного заключения и их влияние на мораль депутатов.
  • Подпольная коммуникация и планирование восстания в условиях изоляции.
  • Проблемы организации сопротивления и преследование со стороны властей.
  • Полицейский арест и потеря документов как символ подавления свободы слова.

Вывод

Падение Второй империи и переход к Третьей республике, подчёркивающие силу коллективного сопротивления и важность свободы печати в формировании политической реальности

Кому полезна

  • Студенты истории и политологии
  • Любители исторической прозы
  • Читатели, интересующиеся 19‑вековой Францией

Главные темы

  • Политический переворот и распуск Национального собрания
  • Аресты и заключение депутатов, их сопротивление
  • Военные столкновения и падение Второй империи
  • Роль печати и общественного протеста

Персонажи

  • Луи‑Наполеон Бонапарт — Изгнанный в Брюссель, он распустил Национальное собрание и объявил о новом порядке, руководил переворотом Капитан, который после поражения в Седане передал свою шпагу прусскому королю, символизируя падение империи.
  • Виктор Гюго — Писатель, который описывает события, критикует переворот и фиксирует детали. Автор, который в этот день ищет убежище, сталкивается с полицией и участвует в организации баррикад.
  • Дюпен — Сохранял спокойствие и отказался от руководства, заявив, что находится под стражей и не может ничего сделать.
  • Жером Бонапарт — Требовал, чтобы Дюпен стал главой собрания.
  • Пьер Лефран — Объявил о распуске собрания и о призыве к народу.
  • Генерал Васт-Виме — Оказал войска на мосту Согласия, поддерживал переворот.
  • Швейцар — Проверял депутатов на входе в дворец.
  • Эмиль Леру — Сильный эмоциональный реактив, выражает ярость и отчаяние, но участвует в планировании сопротивления.
  • Боден — Смертельно ранен на баррикаде, символизируя жертвы революции.
  • Рабочий-демократ‑католик — Член небольшого числа демократов‑католиков, верующий и решительный, пишет письмо архиепископу, чтобы вызвать его вмешательство.
  • Арно — Благородный и решительный человек, который помогает доставить письмо архиепископу.
  • Архиепископ Сибур — Считает, что его участие усилит кровопролитие, и отказывается от просьбы.

Цитаты

  • «Я распустил его и призываю весь народ быть судьей…»
  • «Войска заняли здание Национального собрания.»
  • Да здравствует республика!
  • Солдаты, вы видите, президент изменник, он хочет и вас сделать изменниками.
  • «Поднимайтесь», или: «Идите», и надзирателю того коридора, куда его направляли, кричали: «Такой-то номер! Принимайте».
  • «К народу: Луи-Наполеон Бонапарт — изменник. Он нарушил конституцию. Он клятвопреступник. Он — вне закона».
  • Солдаты, вы — воплощение чести!
  • Полиция была здесь четверть часа назад.
  • Настал час испытания, в междоусобной войне схватились армия и народ, льется кровь.
  • Пусть архиепископ Парижский в сопровождении всего духовенства, предшествуемый крестом первосвященника, в митре, выйдет на улицу во главе торжественной процессии.

Сводка по автору из Wikidata

1802–1885. Victor Hugo. французский писатель, поэт и драматург (1802—1885)

Читать онлайн

Страница 2 из 127

С тех пор прошло три года. Луи Бонапарта долго подозревали, но длительные подозрения сбивают с толку и, не подтверждаясь, притупляются с течением времени. У Луи Бонапарта были двуличные министры, такие, как Мань или Руэр, но были и министры простодушные, как Леон Фоше и Одилон Барро; тот и другой утверждали, что он честен и искренен. Видели, как он бил себя в грудь перед воротами Гамской крепости; его молочная сестра, госпожа Гортензия Корню, писала Мерославскому: «Я честная республиканка, и я отвечаю за него»; его товарищ по Гамской крепости, Поже, человек прямодушный, говорил: «Луи Бонапарт не способен на измену». Ведь Луи Бонапарт написал книгу о пауперизме! В интимных кругах Елисейского дворца граф Потоцкий слыл республиканцем, а граф д'Орсе либералом; Потоцкому Луи Бонапарт заявлял: «Я сторонник демократии», а графу д'Орсе: «Я сторонник свободы». Маркиз дю Алле был против переворота, а маркиза дю Алле — за переворот. Луи Бонапарт говорил маркизу: «Не бойтесь ничего» (правда, он в то же время говорил маркизе: «Ни о чем не тревожьтесь»). Собрание, вначале проявлявшее некоторую тревогу, отбросило подозрения и успокоилось. Ведь можно было рассчитывать на генерала Неймайера, человека «надежного», — в случае надобности он мог двинуться на Париж из Лиона, где стояли его полки. Шангарнье восклицал: «Депутаты народа, вы можете совещаться спокойно». Луи Бонапарт сам произнес следующие знаменитые слова: «Я счел бы врагом моей родины всякого, кто захотел бы насильственно изменить то, что установлено законом». К тому же главная сила заключалась в армии: у армии были свои, любимые, прославленные победами командиры: Ламорисьер, Шангарнье, Кавеньяк, Лефло, Бедо, Шаррас; разве можно было себе представить, что армия, воевавшая в Африке, пойдет против генералов, командовавших в Африке? В пятницу, 28 ноября 1851 года, Луи Бонапарт сказал Мишелю де Буржу: «Если бы я даже замыслил злое дело, я бы не мог его совершить. Вчера, в четверг, у меня обедали пятеро полковников парижского гарнизона; мне вздумалось расспросить каждого в отдельности; все пятеро ответили, что армия не пойдет на насилие и не посягнет на неприкосновенность Собрания. Вы можете передать это вашим друзьям». «Он улыбался, — рассказывал успокоенный Мишель де Бурж, — и я тоже улыбнулся». После этого Мишель де Бурж говорил с трибуны: «Вот такой человек нам и нужен». Тогда же, в ноябре, президент подал жалобу в суд на некий сатирический журнал, обвиняя его в клевете; редактора приговорили к штрафу и тюремному заключению за карикатуру, изображавшую тир и Луи Бонапарта, целящегося в мишень — конституцию. Министр внутренних дел Ториньи объявил в совете в присутствии президента, что тот, кто облечен верховной властью, ни в коем случае не должен нарушать закон, иначе он будет… «Бесчестным человеком», — докончил за него президент. Все эти слова и факты были широко известны. Как реальная, так и нравственная невозможность переворота была очевидна для всех. Посягнуть на Национальное собрание? Арестовать депутатов народа? Что за нелепость! Как мы видели, Шаррас, все время бывший начеку, в конце концов отказался от всяких предосторожностей. Никому и в голову не приходила мысль о какой-нибудь опасности. Некоторые из нас, депутатов, еще питали подозрения и иногда покачивали головой, но таких считали глупцами.

II Париж спит. Звонок

2 декабря 1851 года Версиньи, депутат от округа Верхней Соны, живший в Париже на улице Леони в доме № 4, спал. Спал он крепко, так как проработал до поздней ночи. Это был молодой человек тридцати двух лет, блондин с кротким выражением лица, очень способный и много занимавшийся социальными и экономическими науками. Он провел часть ночи над книгой Бастиа, которую читал с карандашом в руке; потом, оставив открытую книгу на столе, заснул. Вдруг его разбудил резкий звонок. Он сел на постели. Светало. Было около семи часов утра. Не понимая, кто бы мог так рано к нему прийти, и предположив, что просто ошиблись дверью, он снова лег и уже стал засыпать, когда второй звонок, еще более тревожный, окончательно разбудил его. Он встал и, не одеваясь, пошел открыть.

Вошли Мишель де Бурж и Теодор Бак. Мишель де Бурж жил по соседству с Версиньи на Миланской улице, в доме № 16.

Теодор Бак и Мишель были бледны и, казалось, сильно взволнованы.

— Версиньи, — сказал Мишель, — одевайтесь скорее. Только что арестован Бон.

— Как! — вскричал Версиньи. — Что же это, опять повторяется дело Могена?

— Нет, хуже, — отвечал Мишель. — Жена и дочь Бона были у меня полчаса тому назад. Они разбудили меня. Бон поднят с постели и арестован сегодня в шесть часов утра.

— Что это значит? — спросил Версиньи.

Снова раздался звонок.

— Сейчас, наверно, все разъяснится, — ответил Мишель де Бурж.

Версиньи пошел открыть. Это был депутат Пьер Лефран.

Он и в самом деле принес разгадку.

— Знаете ли вы, что происходит? — спросил он.

— Да, — ответил Мишель. — Бон арестован.

— Арестована республика, — сказал Пьер Лефран. — Читали вы плакаты?

— Нет.

Пьер Лефран рассказал, что всюду на стенах уже расклеены плакаты, что перед ними теснятся любопытные, что он тоже прочитал плакат, наклеенный на углу его улицы, и что переворот совершился.

— Переворот? — воскликнул Мишель. — Не переворот, а преступление!

Пьер Лефран прибавил, что три разных плаката на белой бумаге, декрет и две прокламации, расклеиваются рядом.

Декрет был отпечатан очень крупным шрифтом.

Пришел бывший член Учредительного собрания Лесак, живший по соседству, как и Мишель де Бурж (Сите Гайар, дом № 4). Он сообщил те же новости и рассказал, что этой ночью были произведены и другие аресты.

Нельзя было терять ни минуты.

Пошли предупредить Ивана, секретаря Собрания, назначенного левой, который жил на улице Бурсо.

Нужно было собраться, нужно было известить и немедленно созвать оставшихся на свободе депутатов-республиканцев. Версиньи сказал: «Я иду за Виктором Гюго».

Было восемь часов утра, я уже проснулся и работал в постели. Войдя в спальню, слуга сказал мне с каким-то испуганным видом:

— Пришел депутат, он хочет видеть вас, сударь.

— Кто это?

— Господин Версиньи.

— Проведите его сюда.

Версиньи вошел и рассказал мне обо всем. Я вскочил с постели.

Он сообщил мне, что встреча назначена у бывшего члена Учредительного собрания Лесака.

— Скорее предупредите других депутатов, — сказал я ему.

Он ушел.

Страница 2 из 127

Вам также может понравиться

Страница 1 из 24

Назад1224Далее