Загрузка...
В такие дни — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
революциягражданская войнапоэзияпатриотизмисторияРоссиястихипамятьнациональное возрождениепервый мир

Описание

Книга сочетает патриотический и революционный дух с мифологическими образами, личными страстями и критикой современного общества, создавая многослойный рассказ о борьбе России и её народа за новое общество.

Главный конфликт / проблема

Борьба между старым и новым, между традицией и революционным изменением, проявляющаяся в исторических событиях, личных страстях и культурных поисках

Ключевые идеи

  • Россия как живое, сильное и патриотическое существо, способное преодолевать испытания.
  • Память о прошлых подвиге и их связь с настоящим революционным движением.
  • Символика огня, серпа и молота как символы разрушения старого и строительства нового порядка.
  • Надежда и вера в светлое будущее, несмотря на голод, войны и разрушения.
  • Революция как огненный костер, разрушающий старые устои.
  • Любовь и мифология как источник вдохновения и силы.
  • Путь разрушения к возрождению и свету.
  • Вечная борьба между тьмой и светом, символизируемая богами и героями.
  • Мифологические образы как средство выражения личных чувств
  • Конфликт между городом и морем, прошлым и настоящим
  • Влияние времени и судьбы на человеческие отношения
  • Восстановление древних мифов в современном контексте

Вывод

Книга показывает, что дух России и стремление к новому обществу остаются живыми через сочетание истории, мифов и личных переживаний, подчёркивая необходимость памяти и постоянного обновления.

Кому полезна

  • Студенты русской литературы
  • Историки, интересующиеся ранним советским периодом
  • Любители поэзии и мифологической символики
  • Те, кто ищет глубокое понимание патриотических и революционных мотивов

Главные темы

  • Патриотический и революционный дух
  • Мифологические символы и личные страсти
  • Культурное наследие и современная критика
  • Память и поиск смысла в хаосе времени

Персонажи

  • Россия — Покрыта огнём и патриотизмом, пережившая голод, войны и революцию, но остающаяся сильной и свободной.
  • Мы — Сочинители и активисты, объединённые идеей перемен и возрождения.
  • Афродита — Символ страсти и красоты, к которой обращается автор в нескольких стихах.
  • Зевс — Представлен как символ силы и судьбы.
  • Афина — Символ разума и стратегии.
  • Геба — Символ свежести и новых начинаний.
  • Геката — Образ, создающий атмосферу мистики и опасности.
  • Сфинкс — Символ загадки и тайны.
  • Фауст — Символ человеческого стремления к знанию и власти.
  • Рок — Сочинитель, который в стихах обращается к прошлому и современности, пытаясь соединить их.
  • Геро — В стихах о «Геро и Леандре» он изображён как страстный и смелый, готовый бросить вызов судьбе.
  • Леандр — Сопровождает Геро в поиске любви и смысла, символизируя идеалы романтики.

Цитаты

  • В стозарном зареве пожара, Под ярый вопль вражды всемирной, В дыму неукрощенных бурь, — Твой облик реет властной чарой:
  • Серп и молот — символы разрушения старого и строительства нового порядка.
  • Расплавлены устои жизни прежней, над мировым костром мы взлет огня.
  • Мы — человечества всплеск, мы — поэты, в огне веков как можем не гореть?
  • Город иль море? Троя иль Ресефесер? Мы с Фаустом поспорим
  • Солнце пятна вращает, циклоны надвигая с морей на постель
  • Чу! плеск «vestalis et damai»!
  • Будешь помнить!
  • В дни победы, где в вихре жестоком / Все былое могло потонуть
  • В первый раз поле весной опьянело

Сводка по автору из Wikidata

1873–1924. Валерий Яковлевич Брюсов. русский поэт-символист (1873–1924)

Читать онлайн

Страница 5 из 9

НОЧНАЯ УЛИЦА

Фонарей отрубленные головы

На шестах безжизненно свисли,

Лишь кое-где оконницы голые

Светами сумрак прогрызли.

Бреду, спотыкаясь по рытвинам

Тротуара, в бездонном безлюдьи;

Только звезды глядят молитвенно,

Но и они насмешливо судят.

Звезды! мы — знакомые старые!

Давно ль вы в окошко подглядывали,

Как двое, под Гекатиными чарами,

Кружились, возникали, падали.

Когда же вчера вы таяли,

Уступая настояниям утра,

Вы шептали, смеясь: не устали ли

Губы искать перламутра?

Так зачем теперь отмечаю я

Насмешку в лучах зазубренных,

Что в мечтах — канун безначалия

В царстве голов отрубленных;

Что не смотрите ласково-матово,

Как, замкнув рассудочность в трюме, я

По Москве девятьсот двадцатого

Проплываю в ладье безумия!

20—22 августа 1920

ХМЕЛЬНЫЕ КУБКИ

Бред ночных путей, хмельные кубки.

Город — море, волны темных стен.

Спи, моряк, впивай, дремля на рубке,

Ропот вод, плеск ослепленных пен.

Спи, моряк! Что черно? Мозамбик ли?

Суматра ль? В лесу из пальм сквозных,

Взор томя пестро, огни возникли,

Пляски сказок… Вред путей ночных!

Город — море, волны стен. Бубенчик

Санок чьих-то; колокол в тени;

В церкви свет; икон извечный венчик…

Нет! бред льнет: в лесу из пальм огни.

Спи, моряк, дремля на рубке! Вспомни:

Нега рук желанных, пламя губ,

Каждый вздох, за дрожью дрожь, истомней…

Больше, глубже! миг, ты слишком груб!

Колокол в тени. Сов! сон! помедли,

Дай дослушать милый шепот, вкинь

В негу рук желанных — вновь! То бред ли,

Вод ли ропот? Свод звездистый синь.

Чьи-то санки. Пляска сказок снова ль?

Спи, моряк, на рубке, блеск впивай.

Город — море. Кубков пьяных вдоволь.

Пей и помни свой померкший рай.

1920

ДЛЯТСЯ, ДЛЯТСЯ…

Длятся, длятся, сцеплены, союзны,

Лентой алой скрепленные ночи.

Память! в нежной устали ворочай

Легкий пух зари в сумрак грузный!

Лунной влагой облик милый залит,

Тень на грудь — сапфирные запястья.

Вот он, вот, взор сдавленного счастья!

Змей, скользя, в глубокой ласке жалит.

Черный мрак над морем опрокинут,

Зыбля челн в неистовстве прибоя.

В звездность тайны падаем мы двое;

В холоде ль эфира плечи стынут?

Эос! Хаос блесков без названья!

Теплый мрамор ожил в теле гибком,

В неге слипших губ, к немым улыбкам,—

Вечность влить в мгновенья расставанья!

Память, смей! лелей земные миги!

Их за свет иных миров стереть ли? —

Смертной сети пламенные петли,

Брошенной столетьям в этой книге!

26 сентября 1920

РУКАМИ ПЛЕЧИ…

Руками плечи опоясаны,

Глаза с глазами смежены,

Друг друга сном огня пьянят они,—

Венчанных двое меж иных.

Миг кем-то где-то предназначенный!

Стонать бесплодно: пощади!

В воде столетий опрозраченной

Для зорких глаз палящий диск!

Кассандры рушащихся Илиев,

Иоанны Патмосов в огне!

Вы тщетно в выкриках таили гнев,—

Что будет, видя как в окне.

Еще весталка не ждала греха,

Еще не вызвал брата Рем,

Уже был избран меч Алариха

Жечь мрамор римских алтарей.

Нас так, с порога дней, провидели,—

Осенний луч с поры весны,—

В мечты все Сапфо, все Овидии,

Всех Атлантид слепые сны!

4 июня 1921

ОТ СТОЛЕТИЙ…

От столетий, от книг, от видений

Эти губы, и клятвы, и ложь.

И не знаем мы, полночь ли, день ли,

Если звезды обуглены сплошь.

В мире встанет ли новый Аттила,

Божий бич, божий меч, — потоптать

Не цветы, но мечты, что взрастила

Страсть, — хирамовым кедрам под стать?

Солнце пятна вращает, циклоны

Надвигая с морей на постель,

Но не тот же ли локон наклонный

Над огнем мировых пропастей?

Чтобы око земное не слепло,

На мгновенье двум сближенным в смех —

От советской Москвы на Алеппо

Революции праздничный сбег.

И с земли до звезды, до столетий

Восстающих, — борьбе и войне

Этот огненный столп одолеть ли,

В наших строфах горящий вдвойне!

9—11 сентября 1921

ЧЕРЕП НА ЧЕРЕП…

Череп на череп,

К челюсти челюсть,

За тонкой прослойкой губ!

За чередом черед!

Пей терпкую прелесть,

Сменив отлюбивший труп!

Земли не насытить

Миллиардам скелетов!

Ей надо тучнеть, тучнеть!

Чтоб кино событий

Шло в жизни этой,

Ты должен любить — хотеть!

Как пещерный прапредок

(Вселенское детство!)

Грудь на груди, под смех гиен,—

Так, в истомах и бредах,

Выгибая хребет свой,

Отдавайся объятьям в плен!

Александр, Юлий Цезарь, Хлодвиг!

За чередом черед!

За соседним соседний! чтоб,

Свершивший свой подвиг,

Твой целованный череп

Опустили в последний гроб.

6 мая 1921

ЗАВЕС ВЕКОВ

В ДНИ, КОГДА…

В дни, когда Роком я кинут

В город, на жесткие камни;

В дни, когда медленно стынут

Прежде кипевшие страсти,—

Жребий заветный мной вынут;

Сказка столетий близка мне;

Завес веков отодвинут,

Прошлое снова у власти.

Вот словно волны нахлынут —

Фивы, и Дельфы, и Самний;

Вакховы тигры разинут

Кровью горящие пасти;

Дрот гладиаторы ринут…

Чу! плеск «vestalis et damai»![ 3]

Те же в восторге застынут,

Слушая миф о Иокасте…

Путь, что народами минут,

Жизнь, что была многодрамней!

Гулы трамвайные стынут

В звоне восточных запястий.

Октябрь 1919

Страница 5 из 9

Вам также может понравиться

Страница 1 из 74

Назад1274Далее