Загрузка...
О маленьких – для больших — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

О маленьких – для больших

Автор Аркадий Тимофеевич Аверченко
12+2008450 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Описание

Автобиография Аверченко Аркадия Тимофеевича, в которой он описывает своё детство, первые трудовые места, начало литературной карьеры и воспоминания о встречах с разными людьми, подчёркивая важность юмора, простых встреч и личного опыта.

Главный конфликт / проблема

Трудности поиска признания в бюрократической системе и необходимость преодолевать препятствия в литературной карьере.

Ключевые идеи

  • Путь от детства к писательству
  • Трудности и юмор как средство выживания
  • Воспоминания о детстве как зеркало настоящего
  • Тема гостеприимства и ожидания ужина
  • Переход от детского восприятия к взрослой реальности
  • Влияние случайных встреч на самоидентификацию

Вывод

Книга приводит к выводу, что личный опыт, юмор и простые встречи играют ключевую роль в формировании личности и в достижении признания.

Кому полезна

  • Любители русской литературы
  • Писатели и журналисты
  • Историки и педагоги

Главные темы

  • Литературная карьера и первые публикации
  • Воспоминания о детских и взрослых встречах

Персонажи

  • Автор (Аверченко Аркадий Тимофеевич) — Смышленый, юмористический автор, описывающий свою жизнь, первые литературные успехи и детские воспоминания. В детстве ощущал себя больным и неучающимся, позже стал писателем, фиксируя детали встреч и размышляя о смысле жизни.
  • Отец — Занят разорением, мало внимания к сыну, но оказывает влияние на его стремление к службе.
  • Сестра Люба — Мотивирует автора к образованию, помогает ему в детстве.
  • Губернатор Пешков — Штрафует автора за работу в журнале «Штык».
  • Сергей Зельцер — Пример для автора, демонстрирует трудолюбие и дисциплину.
  • Первый гость — Один из гостей, задающий вопросы о жизни и возрасте автора.
  • Второй гость — Гость, задающий вопросы о мечтах и любви к матери.
  • Продавец в художественном магазине — Показывает автору предметы, напоминающие о доме Плюшкина, и рекламирует «калошу Проводник».
  • Володька — Говорит странные научные и литературные факты.
  • Актриса — Обсуждает с автором вопросы о культуре и жизни.
  • Барон — Обсуждает открытие ресторана и газеты.

Цитаты

  • Я не знал, что появлюсь на белый свет.
  • Ничего, – ответил я, утаив хвост фразы, который докончил и уме: «… хорошего в ученьи».
  • Ничего себе, благодарю вас. Живу себе помаленьку.
  • Всё, что казалось раньше достойным пристального внимания, – теперь сделалось обычным, ординарным.

Сводка по автору из Wikidata

1880–1925. Аркадий Тимофеевич Аверченко. русский писатель, сатирик, театральный критик (1880—1925)

Читать онлайн

Страница 1 из 34

Annotation

Аркадий Аверченко – «король смеха», как называли его современники, – обладал удивительной способностью воссоздавать абсурдность жизни российского обывателя, с легкостью изобретая остроумные сюжеты и создавая массу смешных положений, диалогов и импровизаций. Юмор Аверченко способен вызвать улыбку на устах даже самого серьезного читателя.

Аркадий Аверченко

Автобиография

О МАЛЕНЬКИХ – ДЛЯ БОЛЬШИХ

Вечером

Дети

Индейская хитрость

Человек за ширмой

О детях

Смерть африканского охотника

I

II

III

Детвора

Сережкин рубль

Экзаменационная задача

Страшный Мальчик

Блины Доди

Инквизиция

Нянька

В ожидании ужина

Косьма Медичис[2]

Люди – братья

Володька

Разговор в школе

Деловая жизнь

Русское искусство

Аргонавты и золотое руно

Оккультные тайны Востока

Мой первый дебют

Индейка с каштанами

notes

1

2

3

4

Аркадий Аверченко О маленьких – для больших Рассказы

Автобиография

Еще за пятнадцать минут до рождения я не знал, что появлюсь на белый свет. Это само по себе пустячное указание я делаю лишь потому, что желаю опередить на четверть часа всех других замечательных людей, жизнь которых с утомительным однообразием описывалась непременно с момента рождения. Ну, вот.

Когда акушерка преподнесла меня отцу, он с видом знатока осмотрел то, что я из себя представлял, и воскликнул:

– Держу пари на золотой, что это мальчишка!

«Старая лисица! – подумал я, внутренно усмехнувшись. – Ты играешь наверняка».

С этого разговора и началось наше знакомство, а потом и дружба.

Из скромности я остерегусь указать на тот факт, что в день моего рождения звонили в колокола и было всеобщее народное ликование. Злые языки связывали это ликование с каким-то большим праздником, совпавшим с днем моего появления на свет, но я до сих пор не понимаю, при чем здесь еще какой-то праздник?

Приглядевшись к окружающему, я решил, что мне нужно первым долгом вырасти. Я исполнял это с таким тщанием, что к восьми годам увидел однажды отца берущим меня за руку. Конечно, и до этого отец неоднократно брал меня за указанную конечность, но предыдущие попытки являлись не более как реальными симптомами отеческой ласки. В настоящем же случае он, кроме того, нахлобучил на головы себе и мне по шляпе – и мы вышли на улицу.

– Куда это нас черти несут? – спросил я с прямизной, всегда меня отличавшей.

– Тебе надо учиться.

– Очень нужно! Не хочу учиться.

– Почему?

Чтобы отвязаться, я сказал первое, что пришло в голову:

– Я болен.

– Что у тебя болит?

Я перебрал на память все свои органы и выбрал самый нежный:

– Глаза.

– Гм… Пойдем к доктору.

Когда мы явились к доктору, я наткнулся на него, на его пациента и спалил маленький столик.

– Ты, мальчик, ничего решительно не видишь?

– Ничего, – ответил я, утаив хвост фразы, который докончил и уме: «…хорошего в ученьи».

Так я и не занимался науками.

* * *

Легенда о том, что я мальчик больной, хилый, который не может учиться, росла и укреплялась, и больше всего заботился об этом я сам.

Отец мой, будучи по профессии купцом, не обращал на меня никакого внимания, так как по горло был занят хлопотами и планами: каким бы образом поскорее разориться? Это было мечтой его жизни, и, нужно отдать ему полную справедливость – добрый старик достиг своих стремлений самым безукоризненным образом. Он это сделал при соучастии целой плеяды воров, которые обворовывали его магазин, покупателей, которые брали исключительно и планомерно в долг, и – пожаров, испепелявших те из отцовских товаров, которые не были растащены ворами и покупателями.

Воры, пожары и покупатели долгое время стояли стеной между мной и отцом, и я так и остался бы неграмотным, если бы старшим сестрам не пришла в голову забавная, сулившая им массу новых ощущений мысль: заняться моим образованием. Очевидно, я представлял из себя лакомый кусочек, так как из-за весьма сомнительного удовольствия осветить мой ленивый мозг светом знания сестры не только спорили, но однажды даже вступили врукопашную, и результат схватки – вывихнутый палец – нисколько не охладил преподавательского пыла старшей сестры Любы.

Так – на фоне родственной заботливости, любви, пожаров, воров и покупателей – совершался мой рост и развивалось сознательное отношение к окружающему.

* * *

Когда мне исполнилось 15 лет, отец, с сожалением распростившийся с ворами, покупателями и пожарами, однажды сказал мне:

– Надо тебе служить.

– Да я не умею, – возразил я, по своему обыкновению, выбирая такую позицию, которая могла гарантировать мне полный и безмятежный покой.

– Вздор! – возразил отец. – Сережа Зельцер не старше тебя, а он уже служит!

Этот Сережа был самым большим кошмаром моей юности. Чистенький, аккуратный немчик, наш сосед по дому, Сережа с самого раннего возраста ставился мне в пример как образец выдержанности, трудолюбия и аккуратности.

– Посмотри на Сережу, – говорила печально мать. – Мальчик служит, заслуживает любовь начальства, умеет поговорить, в обществе держится свободно, на гитаре играет, поет… А ты?

Обескураженный этими упреками, я немедленно подходил к гитаре, висевшей на стене, дергал струну, начинал визжать пронзительным голосом какую-то неведомую песню, старался «держаться свободнее», шаркая ногами по стенам, но все это было слабо, все было второго сорта. Сережа оставался недосягаем!

– Сережа служит, а ты еще не служишь… – упрекнул меня отец.

– Сережа, может быть, дома лягушек ест, – возразил я, подумав. – Так и мне прикажете?

– Прикажу, если понадобится! – гаркнул отец, стуча кулаком по столу. – Черрт возьми! Я сделаю из тебя шелкового!

Как человек со вкусом, отец из всех материй предпочитал шелк, и другой материал для меня казался ему неподходящим.

Страница 1 из 34

Назад1234Далее

Вам также может понравиться