Загрузка...
Государственность и Анархия — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Государственность и Анархия

Автор Михаил Александрович Бакунин
12+241 читателей
Дата написания1872-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Описание

Михаил Бакунин в книге «Государственность и Анархия» анализирует роль государства как инструмента угнетения рабочего класса, критикует реакционные силы и национализм, рассматривает международные альянсы и военную дисциплину, и утверждает, что отмена государства необходима для освобождения пролетариата.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между государством и рабочим классом, а также между буржуазными государствами и интернационализмом, проявляющийся в репрессиях, националистических альянсах и военной дисциплине.

Ключевые идеи

  • Интернационал как движущая сила революции
  • Реакция буржуазных государств и репрессии против рабочего класса
  • Государство как инструмент угнетения и его антагонизм с социальной революцией
  • Пангерманская централизация не может быть остановлена панславянской федерацией из‑за отсутствия централизованной военной силы.
  • Государство для славян – тюрьма; освобождение возможно только через международную Социальную революцию.
  • Национализм – локальный, а общечеловеческий интерес должен превалировать.
  • Российская империя, несмотря на военную мощь, не способна одолеть Германию из‑за отсутствия национального единства.
  • Немецкая армия отличается строгой дисциплиной, систематическим обучением и морально‑политическим воспитанием, что делает её более эффективной, чем российская.
  • Бисмарк использует польские интересы и морскую мощь Германии для усиления влияния на Россию и расширения германской гегемонии.
  • Морская граница и флотовое превосходство являются критически важными для национального величия, и Германия стремится к этому, в то время как Россия сталкивается с ограничениями.
  • Святой союз как реакционный международный блок, исключающий Англию, Рим и Турцию.
  • Немецкие либералы стремились к конституционной монархии и пангерманскому государству, но не к революции.

Вывод

Отмена государства необходима для освобождения рабочего класса и достижения социальной революции, объединяющей пролетариат всех стран.

Кому полезна

  • Студенты истории и политологии
  • Анархисты и критики государства
  • Люди, интересующиеся европейской революцией XIX века
  • Теоретики и практики социальной революции

Главные темы

  • Государственность и анархия
  • Международные альянсы и реакция буржуазии
  • Военная дисциплина и политика Германии
  • Революционные движения и социальная революция
  • Критика национализма

Персонажи

  • Михаил Бакунин — Философ и идеолог анархизма, анализирующий роль государства и Интернационала
  • Бисмарк — Главный реакционный лидер, поддерживающий подавление Интернационала, и главный архитектор политики Германии, использующий польские интересы и морскую мощь для усиления германской гегемонии
  • Маццини — Проклял Интернационал, усилив репрессии в Италии, и получал предложения и просьбы о встрече со стороны русских официальных агентов в Лондоне
  • Жюль Фавр — Автор циркуляра против Интернационала, участвующий в репрессиях
  • Г. Сагаста — Участник репрессий против Интернационала, поддерживающий Бисмарка
  • Российский император — Ставит под угрозу существование империи, пытается сохранить власть, но не способен одолеть Германию из‑за отсутствия национального единства
  • Александр I — Убедился в призвании спасения Европы от Наполеона и поддержал союз
  • Фридрих Вильгельм III — Поддерживал реакцию, подавлял либерализм и усиливал монархическую власть
  • Карл Маркс — Влияние на немецкую мысль, но не привело к успешной революции
  • Немецкий патриот — Представляет немецкую дисциплину, порядок и государственную мощь, выступает против славянского освобождения
  • Славянский пролетарий — Подчинённый государству, ищет освобождения через Социальную революцию и интернационализм
  • Горчаков — Сотрудник России, участвующий в дипломатических переговорах с Бисмарком

Цитаты

  • Государственное здание, потрясенное и беспрестанно вновь потрясенное в самой основе антагонизмом пролетариата и буржуазии, трещит, лопается и в любой момент грозит падением.
  • Государство, с одной стороны, социальная революция, с другой, — вот два полюса, антагонизм которых составляет самую суть настоящей общественной жизни в целой Европе.
  • Государство — это тюрьма.
  • Славяне должны искать и могут завоевать свое право и место в истории и в брате ком союзе народов только путем Социальной Революции.
  • «Чтоб овладеть душою солдата, надо прежде всего овладеть его телом».
  • «Немецкая государственная служба дает результаты некрасивые, неприятные, но зато положительные и серьезные».
  • Три богопомазанные монарха, призвав, как и следовало, святую троицу в свидетели, поклялись друг другу в безусловном и неразрывном братстве и провозгласили целью союза торжество божьей воли, нравственности, справедливости и мира на земле.
  • Немцы никогда не нуждались в свободе. Жизнь для них просто немыслима без правительства, т. е. без верховной воли, верховной мысли и железной руки.
  • В политике, равно как и в высших финансовых сферах, мошенничество считается доблестью.
  • Лакейство есть добровольное рабство.

Сводка по автору из Wikidata

1814–1876. Михаи́л Алекса́ндрович Баку́нин. русский мыслитель, революционер, панславист, анархист

Читать онлайн

Страница 1 из 56

Annotation

«Государственность и Анархия» (1873) — одна из самых знаменитых работ М. А. Бакунина, видного русского философа и идеолога анархизма.

Михаил Бакунин

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

Михаил Бакунин Государственность и Анархия

Интернациональное общество рабочих, едва зародившееся тому назад девять лет, уже успело достигнуть такого влияния на практическое развитие вопросов экономических, социальных и политических в целой Европе, что ни один публицист и ни один государственный человек не могут отныне отказать ему в самом серьезном и нередко тревожном внимании. Официальный, официозный и вообще буржуазный мир, мир счастливых эксплуататоров чернорабочего труда смотрит на него с тем внутренним трепетом, который ощущается при приближении еще неведомой и мало определенной, но уже сильно грозящей опасности, как на чудовище, которое непременно поглотит весь общественный, государственно-экономический строй, если только рядом энергических мер, приведенных в исполнение одновременно во всех странах Европы, не будет положен конец его быстрым успехам.

Министр иностранных дел псевдонародного правления, неизменный изменник республики, но зато верный друг и защитник ордена иезуитов, верующий в Бога, но презирающий человечество и презираемый, в свою очередь, всеми честными поборниками народного дела, пресловутый ритор Жюль Фавр, уступающий разве только одному г. Гамбетта честь быть прототипом всех адвокатов, с радостью принял на себя роль злостного клеветника и доносчика. Между членами так называемого правительства «Национальной Защиты» он, без сомнения, был один из тех, которые наиболее способствовали обезоружению народной обороны и явно изменнической сдаче Парижа в руки надменного, дерзкого и беспощадного победителя. Князь Бисмарк одурачил его и надругался над ним в виду целого света. И вот, как бы возгордившись двойным позором, и своим собственным, и позором преданной, а может быть, и проданной им Франции, побуждаемый в одно и то же время желанием угодить осрамившему его великому канцлеру победоносной Германской империи, а также и глубокою ненавистью своею к пролетариату вообще, а в особенности к парижскому рабочему миру, г. Жюль Фавр выступил с формальным доносом против Интернационала, члены которого, стоя во Франции во главе рабочих масс, пытались возбудить восстание всенародное и против немецких завоевателей, и против домашних эксплуататоров, правителей и предателей. Преступление ужасное, за которое Франция официальная или буржуазная должна была наказать с примерною строгостью Францию народную!

Таким образом случилось, что первым словом, произнесенным французским государством на другой день страшного и постыдного поражения, было слово гнуснейшей реакции.

Кто не читал достопамятного циркуляра Жюля Фавра, в котором грубая ложь и еще грубейшее невежество уступают лишь бессильной и яростной злости республиканца-ренегата? Это отчаянный вопль не одного человека, а целой буржуазной цивилизации, истощившей все на свете и осужденной на смерть своим окончательным изнеможением. Чувствуя приближение неминуемого конца, она с злобным отчаянием хватается за все, лишь бы продлить свое зловредное существование, призывая на помощь всех идолов прошедшего, низвергнутых некогда ею же самою, — и Бога, и церковь, и папу, и патриархальное право, а пуще всего как вернейшее средство спасения полицейское покровительство и военную диктатуру, хотя бы даже прусскую, лишь бы она охраняла «честных людей» от ужасной грозы социальной революции.

Циркуляр г. Жюля Фавра нашел отголосок, и где бы вы думали — в Испании! Г. Сагаста, минутный министр минутного испанского короля Амедея, захотел, в свою очередь, угодить князю Бисмарку и обессмертить свое имя. Он также поднял крестовый поход против Интернационала и, не довольствуясь бессильными и бесплодными мероприятиями, вызвавшими только весьма обидный смех испанского пролетариата, также написал фразистый дипломатический циркуляр, за который, однако, с несомненным одобрением князя Бисмарка и его адъюнкта Жюля Фавра получил заслуженную нахлобучку от более осмотрительного и менее свободного правительства Великобритании, а спустя несколько месяцев и свалился.

Кажется, впрочем, что циркуляр г. Сагасты, хотя и говоривший во имя Испании, был задуман, если не сочинен, в Италии под непосредственным руководством многоопытного короля Виктора Эммануила, счастливого отца несчастного Амедея.

В Италии гонение против Интернационала было поднято с трех разных сторон; во-первых, проклял его, как и следовало ожидать, сам папа. Сделал он это самым оригинальным образом, смешав в одном общем проклятии всех членов Интернационала с франкмасонами, с якобинцами, с рационалистами, деистами и либеральными католиками. По определению св. отца, принадлежит к этому отверженному обществу всякий, кто не покоряется слепо его боговдохновенным словоизвержениям. Так точно 26 лет тому назад один прусский генерал определял коммунизм: «Знаете ли вы, — говорил он своим солдатам, — что значит быть коммунистом? Это значит мыслить и действовать наперекор высочайшей мысли и воле его величества короля».

Но не один римско-католический папа проклял Интернациональное общество рабочих. Знаменитый революционер Джюзеппе Маццини, известный гораздо более в России как итальянский патриот, заговорщик и агитатор, чем как метафизик-деист и основатель новой церкви в Италии, да, сам Маццини в 1871 г., на другой день после поражения Парижской Коммуны, в то самое время как зверские исполнители зверских версальских декретов расстреливали тысячами обезоруженных коммунаров, нашел полезным и нужным присоединить к римско-католической анафеме и к полицейско-государственному гонению также и свое, якобы патриотическое и революционное, в сущности же совершенно буржуазное и вместе с тем богословское проклятие. Он надеялся, что его слова будет достаточно, чтобы убить в Италии все симпатии к Парижской Коммуне и задушить в зародыше только что возникавшие интернациональные секции. Вышло совсем напротив: ничто не способствовало так усилению этих симпатий и умножению интернациональных секций, как его громкое и торжественное проклятие.

Итальянское правительство, враждебное папе, но еще более враждебное Маццини, в свою очередь, не дремало. Сначала оно не поняло опасности, грозящей ему со стороны Интернационала, быстро распространяющегося не только в городах, но даже в селах Италии. Оно думало, что новое общество будет лишь служить противодействием успехам буржуазно-республиканской пропаганды Маццини, и в этом отношении оно не ошиблось; но оно скоро убедилось, что пропаганда принципов социальной революции в среде страстного населения, доведенного им же самим до крайней степени нищеты и угнетения, для него опаснее всех политических агитаций и предприятий Маццини. Смерть великого итальянского патриота, воспоследовавшая скоро после его гневного выступления против Парижской Коммуны и против Интернационала, вполне успокоила с этой стороны итальянское правительство. Обезглавленная партия маццинистов не грозит ему отныне ни малейшею опасностью. В ней начался уже видимый процесс разложения, и так как ее начала и цель, а также и весь состав чисто буржуазные, то она являет несомненные признаки той немощи, которою поражены в наше время все буржуазные начинания.

Страница 1 из 56

Назад1256Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 10

Назад1210Далее