Загрузка...
Назад в библиотеку
The Mysterious Stranger: A Romance — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

The Mysterious Stranger: A Romance

Автор Марк Твен
12+
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Дата написания1970-01-01
Язык книгиen
Возрастное ограничение12+
Жанры
зарубежная классика

Описание

Книга описывает жизнь изолированной австрийской деревни 1590 года, конфликт между двумя священниками, вмешательство демонического странника, чьи разрушительные видения и вмешательство в судьбы людей раскрывают безразличие сверхъестественных сил к человеческим страданиям, а также критический взгляд на эксплуатацию труда, слухи о ведьмах и жестокую охоту на ведьму.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между строгим и мягким подходом к религии в изолированной общине, а также вмешательство демонического странника, который разрушает и манипулирует реальностью, создавая конфликт, эксплуатацию и массовую жестокость.

Ключевые идеи

  • Изолированная средневековая деревня, где знания ограничены религиозными ценностями.
  • Конфликт между двумя священниками и влияние астролога на решения бисепса.
  • Судьба странника как всевидящего и безразличного наблюдателя
  • Разрушение замка как символ человеческой тщетности
  • Тайна золотого кошелька и её влияние на персонажей
  • Моральное чувство как критерий справедливости и его отсутствие у людей приводит к эксплуатации.
  • Сатана выступает как критик человеческой бездушности и одновременно как вмешательник в судьбы людей.
  • Слухи о ведьмах и колдовстве создают атмосферу страха и подозрений в деревне.
  • Мощь меньшинства над большинством
  • Сатана как наблюдатель и манипулятор
  • Жестокость толпы и её последствия

Вывод

Книга приводит к выводу, что сверхъестественные силы могут быть безразличны к человеческим страданиям, а человеческие общества часто подвержены конфликтам, эксплуатации и массовой жестокости, требуя критического осмысления и поиска более справедливых и гуманных подходов к жизни.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся исторической прозой
  • Люди, изучающие религиозную критику и социальную справедливость
  • Те, кто интересуется мистикой и психологией толпы

Главные темы

  • Религиозная строгость и конфликт
  • Мораль и эксплуатация труда
  • Влияние сверхъестественных сил
  • Женщины-ведьмы и общественное давление
  • Безразличие и массовая жестокость

Персонажи

  • Сатана — Сатана выступает критиком человеческой морали, высмеивает гордость людей, вмешивается в судьбы животных и людей. Обладает властью над временем и расстоянием, использует смех как оружие, объясняет влияние меньшинства. Видит всё, не испытывает эмоций, относится к людям как к незначительным существам, способен разрушать и создавать иллюзии.
  • Отец Петр — Он проповедует о Божьей милости, но обвиняется астрологом в неприемлемых словах, что приводит к его отстранению. Пытается понять, откуда пришёл кошелёк с золотом, но остаётся в растерянности.
  • Отец Адольф — Он не боится дьявола, открыто говорит о нем и даже утверждает, что лично встретился с ним, вызывая у людей страх и уважение.
  • Маргет — Её жизнь ухудшается после отстранения отца Петра, и она сталкивается с бедностью и социальной изоляцией.
  • Герой — Главный персонаж, который описывает события и взаимодействует с Сатаной и Сеппи. Слушает и наблюдает за действиями Сатаны, но не может полностью понять происходящее.
  • Сеппи Вольмейер — Сеппи живет в деревне, рассказывает о пропаже Ганса и жестоком обращении с собакой.
  • Ганс Опперт — Ганс известен тем, что избивает свою собаку без причины.
  • Мегерт — Мегерт живёт в изоляции, сталкивается с подозрениями в колдовстве.
  • Урсула — Урсула живёт с слугой Готтфридом, чья семья связана с обвинениями в колдовстве.
  • Готтфрид Нара — Служит в доме Урсулы, семья связана с обвинениями в колдовстве.
  • Ведьма — Известна своими «чудодейственными» способами лечения, преследуется и повешена.
  • Кузнец — Обвиняет сатану в бросании камня, умирает при показе часов.

Цитаты

  • Он был единственным христианином, которого я когда-либо знал, от которого можно было действительно сказать, что он не боится дьявола.
  • Отец Петр имел врага и очень могущественного – астролога, который жил в старой башне над долиной.
  • Manners! Why, it is merely the truth, and truth is good manners; manners are a fiction.
  • Don't cry, Satan said; they were of no value.
  • «Моральное чувство — это то, что учит владельцев фабрики различать добро и зло, и вы видите результат.»
  • «Собака, раненая Гансом, разговаривает с Сатаной, и он восстанавливает её глаз.»
  • It was wonderful, the mastery Satan had over time and distance.
  • Satan burst out laughing.

Сводка по автору из Wikidata

1835–1910. Mark Twain. американский писатель, журналист и общественный деятель (1835–1910)

Читать онлайн

Страница 5 из 30

"No, it would be wonderful for you, but it is not wonderful for me. I am not limited like you. I am not subject to human conditions. I can measure and understand your human weaknesses, for I have studied them; but I have none of them. My flesh is not real, although it would seem firm to your touch; my clothes are not real; I am a spirit. Father Peter is coming." We looked around, but did not see any one. "He is not in sight yet, but you will see him presently."

"Do you know him, Satan?"

"No."

"Won't you talk with him when he comes? He is not ignorant and dull, like us, and he would so like to talk with you. Will you?"

"Another time, yes, but not now. I must go on my errand after a little. There he is now; you can see him. Sit still, and don't say anything."

We looked up and saw Father Peter approaching through the chestnuts. We three were sitting together in the grass, and Satan sat in front of us in the path. Father Peter came slowly along with his head down, thinking, and stopped within a couple of yards of us and took off his hat and got out his silk handkerchief, and stood there mopping his face and looking as if he were going to speak to us, but he didn't. Presently he muttered, "I can't think what brought me here; it seems as if I were in my study a minute ago—but I suppose I have been dreaming along for an hour and have come all this stretch without noticing; for I am not myself in these troubled days." Then he went mumbling along to himself and walked straight through Satan, just as if nothing were there. It made us catch our breath to see it. We had the impulse to cry out, the way you nearly always do when a startling thing happens, but something mysteriously restrained us and we remained quiet, only breathing fast. Then the trees hid Father Peter after a little, and Satan said:

"It is as I told you—I am only a spirit."

"Yes, one perceives it now," said Nikolaus, "but we are not spirits. It is plain he did not see you, but were we invisible, too? He looked at us, but he didn't seem to see us."

"No, none of us was visible to him, for I wished it so."

It seemed almost too good to be true, that we were actually seeing these romantic and wonderful things, and that it was not a dream. And there he sat, looking just like anybody—so natural and simple and charming, and chatting along again the same as ever, and—well, words cannot make you understand what we felt. It was an ecstasy; and an ecstasy is a thing that will not go into words; it feels like music, and one cannot tell about music so that another person can get the feeling of it. He was back in the old ages once more now, and making them live before us. He had seen so much, so much! It was just a wonder to look at him and try to think how it must seem to have such experience behind one.

But it made you seem sorrowfully trivial, and the creature of a day, and such a short and paltry day, too. And he didn't say anything to raise up your drooping pride—no, not a word. He always spoke of men in the same old indifferent way—just as one speaks of bricks and manure-piles and such things; you could see that they were of no consequence to him, one way or the other. He didn't mean to hurt us, you could see that; just as we don't mean to insult a brick when we disparage it; a brick's emotions are nothing to us; it never occurs to us to think whether it has any or not.

Once when he was bunching the most illustrious kings and conquerors and poets and prophets and pirates and beggars together—just a brick-pile—I was shamed into putting in a word for man, and asked him why he made so much difference between men and himself. He had to struggle with that a moment; he didn't seem to understand how I could ask such a strange question. Then he said:

"The difference between man and me? The difference between a mortal and an immortal? between a cloud and a spirit?" He picked up a wood-louse that was creeping along a piece of bark: "What is the difference between Caesar and this?"

I said, "One cannot compare things which by their nature and by the interval between them are not comparable."

"You have answered your own question," he said. "I will expand it. Man is made of dirt—I saw him made. I am not made of dirt. Man is a museum of diseases, a home of impurities; he comes to-day and is gone to-morrow; he begins as dirt and departs as stench; I am of the aristocracy of the Imperishables. And man has the Moral Sense. You understand? He has the moral Sense. That would seem to be difference enough between us, all by itself."

He stopped there, as if that settled the matter. I was sorry, for at that time I had but a dim idea of what the Moral Sense was. I merely knew that we were proud of having it, and when he talked like that about it, it wounded me, and I felt as a girl feels who thinks her dearest finery is being admired and then overhears strangers making fun of it. For a while we were all silent, and I, for one, was depressed. Then Satan began to chat again, and soon he was sparkling along in such a cheerful and vivacious vein that my spirits rose once more. He told some very cunning things that put us in a gale of laughter; and when he was telling about the time that Samson tied the torches to the foxes' tails and set them loose in the Philistines' corn, and Samson sitting on the fence slapping his thighs and laughing, with the tears running down his cheeks, and lost his balance and fell off the fence, the memory of that picture got him to laughing, too, and we did have a most lovely and jolly time. By and by he said:

"I am going on my errand now."

"Don't!" we all said. "Don't go; stay with us. You won't come back."

"Yes, I will; I give you my word."

"When? To-night? Say when."

"It won't be long. You will see."

"We like you."

"And I you. And as a proof of it I will show you something fine to see. Usually when I go I merely vanish; but now I will dissolve myself and let you see me do it."

He stood up, and it was quickly finished. He thinned away and thinned away until he was a soap-bubble, except that he kept his shape. You could see the bushes through him as clearly as you see things through a soap-bubble, and all over him played and flashed the delicate iridescent colors of the bubble, and along with them was that thing shaped like a window-sash which you always see on the globe of the bubble. You have seen a bubble strike the carpet and lightly bound along two or three times before it bursts. He did that. He sprang—touched the grass—bounded—floated along—touched again—and so on, and presently exploded—puff! and in his place was vacancy.

It was a strange and beautiful thing to see. We did not say anything, but sat wondering and dreaming and blinking; and finally Seppi roused up and said, mournfully sighing:

"I suppose none of it has happened."

Nikolaus sighed and said about the same.

Страница 5 из 30

Назад1…456…30Далее

Вам также может понравиться

Триумфальная арка — обложка книги

Триумфальная арка

Эрих Мария Ремарк

Крестный отец — обложка книги

Крестный отец

Марио Пьюзо

Цитадель — обложка книги

Цитадель

Арчибальд Джозеф Кронин

Замок Броуди — обложка книги

Замок Броуди

Арчибальд Джозеф Кронин

Сага о Форсайтах — обложка книги

Сага о Форсайтах

Джон Голсуорси

Три любви — обложка книги

Три любви

Арчибальд Джозеф Кронин

Искра жизни — обложка книги

Искра жизни

Эрих Мария Ремарк

Три товарища — обложка книги

Три товарища

Эрих Мария Ремарк

Острие бритвы — обложка книги

Острие бритвы

Сомерсет Моэм

Богач, бедняк — обложка книги

Богач, бедняк

Ирвин Шоу

Ночь в Лиссабоне — обложка книги

Ночь в Лиссабоне

Эрих Мария Ремарк

На Западном фронте без перемен — обложка книги

На Западном фронте без перемен

Эрих Мария Ремарк

Страница 1 из 355

Назад12…355Далее