Загрузка...
Наполеон малый — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Виктор ГюгоНаполеонполитикапамфлетыисторияфранцузская революциянационализмромантизмпубличные выступленияпубличные речи

Описание

Книга «Наполеон малый» представляет собой исторический анализ перехода Франции от республиканского устройства к автократическому режиму во главе с Шарлем‑Луи‑Наполеоном Бонапартом. Автор описывает ключевые события, начиная с избрания президента в 1848 г. и заканчивая подавлением оппозиции, цензурой и массовыми репрессиями, подчёркивая, как власть, начавшаяся с республиканских идеалов, превратилась в авторитарный режим.

Главный конфликт / проблема

Переход от демократических принципов к автократическому правлению и подавление оппозиции, сопровождающееся цензурой, репрессиями и массовыми убийствами

Ключевые идеи

  • Процесс избрания и присяги президента как символ народной власти
  • Переворот 2 декабря как нарушение присяги и переход к авторитаризму
  • Личность Бонапарта как амбициозного, но циничного лидера
  • Конституция 1852 года утверждает свободу, но фактически вводит цензуру и ограничения.
  • Сенат, Государственный совет и Законодательный корпус формируют авторитарную систему контроля.
  • Финансовый дефицит и произвольное налогообложение подрывают экономику.
  • Свобода печати подавляется, закрываются газеты и вводятся строгие ограничения.
  • Абсолютная власть без реальных действий и реформ
  • Экономическая и политическая коррупция, роскошь и личная выгода
  • Милитаризация и религиозный контроль как средства подавления
  • Кровавая массовая репрессия в ходе переворота 4 декабря
  • Массовые убийства 2 декабря и их масштаб

Вывод

Книга демонстрирует, как власть, начавшаяся с республиканских идеалов, превратилась в авторитарный режим, сопровождающийся репрессиями, цензурой и подавлением свободы, и как это повлияло на французское общество, оставив глубокий след в истории.

Кому полезна

  • Историки и политологи, изучающие французскую историю XIX века
  • Студенты и преподаватели, интересующиеся механизмами авторитаризма
  • Люди, интересующиеся историей революций и переходов к диктатуре

Главные темы

  • Переход Франции от республики к автократическому режиму
  • Механизмы подавления свободы и цензуры
  • Исторический контекст и последствия переворота 1851 г.
  • Репрессии и массовые убийства 2 декабря 1851 г.
  • Политическая централизация и роль присяги

Персонажи

  • Шарль‑Луи‑Наполеон Бонапарт — Политический лидер, избранный президентом в 1848, в 1851 совершил переворот, распустил Национальное собрание, ввёл чрезвычайное положение, проводил массовые убийства 2 декабря, публиковал официальный список погибших, требовал присягу от ученых и чиновников, использовал выборы как инструмент закрепления власти, подавлял свободу и репрессировал оппозицию.
  • Наполеон Бонапарт — Разрушил парламент, ввёл «парламентаризм» как ритуал, подавлял свободу печати и собраний, проводил «плебисцит» 20 декабря, где 7 500 000 голосов объявлены за его власть.
  • Сенат — Состоит из 80–150 сенаторов, выполняет роль «стражей свободы», но фактически поддерживает авторитарный режим, не препятствует принятию законов.
  • Государственный совет — Принимает решения и контролирует Законодательный корпус, действует как «хозяин», принимая решения, а корпус утверждает законы и бюджеты без прозрачности.
  • Законодательный корпус — Утверждает законы и бюджеты, но без должной прозрачности, служит «лакей» Государственного совета.
  • Арман Марраст — Объявляет избранного президента и проводит церемонию присяги, председатель Учредительного собрания, объявил, что Шарль‑Луи‑Наполеон Бонапарт становится президентом.
  • Дантон — Выступал в защиту прав человека и критиковал монархию, мог бы разрушить старый порядок, но не появился в 1848‑й год.
  • Мирабо — Первый, кто поднялся на трибуну и провозгласил требования народа к монархии, участвовал в начале революции 1789.
  • Робеспьер — Идеолог и автор многих решений, связанных с гильотиной, участвовал в революции 1789.
  • Араго — Отказался от присяги Бонапарту, потерял профессиональные возможности, его карьера пострадала.
  • Берне — Отказался от присяги, был вынесен в суд, но дело закрыто без последствий.
  • Генерал Кавеньяк — Сидит рядом с трибуной, наблюдает за присягой, позже участвует в перевороте.

Цитаты

  • Перед богом и перед французским народом, представленным Национальным собранием, клянусь быть верным демократической республике, единой и неделимой, и выполнять все обязанности, каковые налагает на меня конституция.
  • Клянусь!
  • Разрешаю тебе говорить, но требую, чтобы ты молчал!
  • В Париже закрыто двадцать газет, в департаментах — восемьдесят; всего уничтожено сто газет.
  • «Пусть исполняют мои приказания!»
  • «Кровавая репрессия в Париже стала символом бездействия и жестокости режима»
  • Луи Бонапарт, чувствуя приближение Истории и воображая, что Карлам Девятым дозволено искупить варфоломеевские ночи, опубликовал, в качестве оправдательного документа, список под названием «Официальный список погибших».
  • История отвергает ваш официальный список погибших и ваши «оправдательные документы».
  • Подумать только, что я был за Бонапарта
  • Да здравствует республика!

Сводка по автору из Wikidata

1802–1885. Victor Hugo. французский писатель, поэт и драматург (1802—1885)

Читать онлайн

Страница 4 из 70

Отныне нет во Франции ни одного суда, ни одной судебной инстанции, ни одного судьи, которые могли бы вершить правосудие и выносить приговор за что бы то ни было, кому бы то ни было, именем чего бы то ни было.

Какой бы злодей ни предстал перед судом — вор скажет судьям: «Глава государства украл в государственном банке двадцать пять миллионов»; лжесвидетель скажет: «Глава государства принес присягу перед богом и людьми и нарушил ее»; тот, кто сажал невинных людей в тюрьму, скажет: «Глава государства, преступив все законы, арестовал и бросил в тюрьму депутатов суверенного народа»; мошенник скажет: «Глава государства мошеннически захватил полномочия, захватил власть, завладел Тюильри»; фальшивомонетчик скажет: «Глава государства подделал выборы»; грабитель с большой дороги скажет: «Глава государства украл кошелек у принцев Орлеанских»; убийца скажет: «Глава государства расстреливал из ружей и пушек, рубил саблей и убивал прохожих на улицах»; и все вместе — мошенник, фальшивомонетчик, лжесвидетель, грабитель, вор, убийца — воскликнут: «И вы, судьи, пошли и поклонились этому человеку, вы восхваляли его за клятвопреступление и за подлог, прославляли за мошенничество, поздравляли с удачным воровством и благодарили за убийства! Так чего же вы хотите от нас?»

Как видите, положение серьезное. Примириться с таким положением — значит совершить еще одну низость.

Пора, повторяем, пора покончить с этой чудовищной спячкой совести. Нельзя допустить, чтобы после этого ужасного позора — торжества преступления, человечеству пришлось пережить еще более страшный позор: равнодушие цивилизованного мира.

Если же это случится, — История не преминет выступить мстительницей. А теперь долг каждого честного человека — отвратить лицо свое от этой всеразъедающей подлости и, подобно раненому льву, ищущему уединения и скрывающемуся в необозримой пустыне, укрыться в безграничном презрении.

IV Пробуждение наступит

Но этого не случится: пробуждение наступит.

Наша книга ставит себе целью встряхнуть, разогнать эту спячку. Даже и в летаргическом сне Франция не должна попустительствовать этому правительству. Бывают минуты, когда обстоятельства складываются так грозно, что уснуть под этой нависшей над вами угрозой значит умереть.

Прибавим к тому же, что Франция, как это ни странно, до сих пор ничего не знает о том, что произошло начиная со 2 декабря, а если и знает, то очень мало, и в этом ее оправдание. Однако благодаря нескольким мужественным и благородным выступлениям в печати многие факты начали выплывать наружу. Наша книга должна пролить свет на некоторые из этих фактов и, если дозволит провидение, показать их в подлинном виде. Важно, чтобы люди имели хоть некоторое представление о том, что такое Бонапарт. Сейчас, вследствие запрещения собраний, запрещения печати, запрещения слова, запрещения свободы и правды, запрещения, которое позволило Бонапарту совершать все, что угодно, но в то же время сделало недействительными все его мероприятия до единого, включая сюда и пресловутое голосование 20 декабря, — вследствие полного подавления какого бы то ни было протеста и всего, что могло бы пролить свет на события, — ничто, ни один человек, ни один факт, не представляется в своем настоящем виде, не носит своего настоящего имени. Преступление Бонапарта — не преступление: оно называется необходимостью. Предательство Бонапарта — не предательство: оно называется защитой порядка. Грабежи Бонапарта — не грабежи: они называются государственными мероприятиями. Убийства, совершенные Бонапартом, — не убийства: они называются общественной безопасностью. Соучастники Бонапарта — не злодеи: они называются судьями, сенаторами, советниками. Противники Бонапарта — не поборники закона и права: они называются бунтовщиками, демагогами, смутьянами. Для Франции, для всей Европы Второе декабря еще скрыто под маской. Эта книга — не что иное, как рука, протягивающаяся из темноты и срывающая маску.

Так вот, мы покажем, что значит это торжество порядка; мы покажем это правительство, мощное, устойчивое, твердое, сильное, опирающееся на кучку хлыщей, у которых больше амбиции, чем амуниции, на маменькиных сынков и мелких плутов; на бирже его поддерживает еврей Фульд, в церкви — католик Монталамбер; его ценят женщины, которые мечтают стать девками, и мужчины, которые хотят быть префектами; проституция всех видов служит ему оплотом; оно устраивает празднества, назначает кардиналов; носит белый галстук и шапокляк подмышкой, перчатки цвета свежесбитого сливочного масла, как Морни; вылощенное, как Мопа, очищенное, как Персиньи, богатое, элегантное, отмытое дочиста, прибранное, раззолоченное, оно сияет, оно родилось в море крови.

Да, пробуждение наступит!

Да, страна стряхнет с себя это оцепенение, которое для такого народа — позор; и когда Франция очнется, когда она откроет глаза, когда она увидит, что стоит перед нею и рядом с ней, — она в ужасе отшатнется от этого чудовищного злодейства, которое осмелилось соединиться с ней во мраке ночи, с которым она разделила ложе.

И тогда пробьет урочный час.

Скептики недоверчиво улыбаются; они говорят: «Напрасные надежды! Вы считаете, что этот режим — позор для Франции? Пусть так, но он котируется на бирже. Вам не на что рассчитывать. Вы просто поэты и мечтатели, если вы все еще надеетесь. Вы только посмотрите, исчезло все, что знаменовало собой свободу: трибуна, печать, знание, слово, мысль. Еще вчера все это жило, двигалось — сегодня все замерло. И что же? Все довольны; люди приспособляются к этой мертвечине, извлекают из нее выгоду, устраивают свои делишки и живут себе как ни в чем не бывало. Общество продолжает существовать, и даже порядочные люди считают, что все идет прекрасно. Почему вы думаете, что такое положение изменится? Почему вы думаете, что оно окончится? Не стройте себе иллюзий: оно прочно и устойчиво, это наше настоящее и будущее».

Мы в России. Нева скована льдом. На ней строят дома, тяжелые возы движутся по ее спине. Это уже не вода, это камень. Прохожие снуют взад и вперед по этому мрамору, который когда-то был рекой. Вырастает целый город, прокладывают улицы, открывают лавки, продают, покупают, пьют, едят, спят, разводят костры на этой воде; теперь все можно себе позволить. Не бойтесь, делайте, что хотите, смейтесь, пляшите. Лед этот тверже, чем суша. И верно, он звенит под ногами, как гранит. Да здравствует зима! Да здравствует лед! Отныне и навеки! Посмотрите на небо — что это, день или ночь? Мертвенный, тусклый свет влачится по снегу; можно подумать, что солнце умирает.

Страница 4 из 70

Вам также может понравиться

Страница 1 из 14

Назад1214Далее