Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Выйдя на волю, Сергей Шрам продолжает поиски таинственных эрмитажных списков. В его игре только две ставки: погибнуть от рук предавших воровской закон бандитов или стать признанным авторитетом на государственном уровне…

Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
СерияСмотрящий, 3
Возрастное ограничение0+
Жанры

Читать онлайн

Страница 61 из 66

В шумах динамика, транслирующего представление, Булгакин без труда распознавал родное шуршание подшефного занавеса. Отшуршало. Главный занавес опустился, закрыв сцену от зрителей. Теперь выждать и выдать заключительный подъем на последний выход.

- Ну чего? - Тарзан не скрывал, что извелся от нетерпения. - Чего, Булгакин, пора?

- Пора. Занавес вверх, Пузырь...

* * *

А тем временем в актовом зале «Углов» своим чередом колбасился праздник для беспризорников. «Вторые Кресты», понятно, перековались под Вензеля, но Шрам на многие закидоны Вензеля ответивший согласием, только одно запросил: чтоб еловые посиделки детворы случились обязательно.

Вензель отнесся к этому, как к безобидной для себя блажи. Но окончательно перестал выискивать подспудные истоки, когда Шрам заказал Дедом Морозом начальника СИЗО Холмогорова. На это Вензель заржал, будто помолодел, и распорядился, чтоб все было тип-топ.

- Дети, кто еще хочет рассказать стишок? - спросила в микрофон раскрасневшаяся и очень сексапильная Снегурочка Анжела.

Собранные по притонам и подвалам дети от шести до двенадцати лет еще неловко себя чувствовали в гуманитарных обносках. Но робели не все.

- Можно, я? - выступил лысый, типа, чтоб вшей извести, шкет лет семи.

- Ну давай, мальчик. Скажи нам, как тебя звать?

- Чиреем прозвали.

- Ну и какой стишок ты нам расскажешь, Чирей?

- По реке плывет утюг из города Чугуева. Ну и пусть себе плывет...

- Спасибо, Чирей. Кем ты хочешь стать?

- Я хочу стать, как он - депутатом! - Чирей достал из кармана рекламную листовку с Сергеем Владимировичем.

- Молодец, мальчик. Иди к Дедушке Морозу, он тебе даст подарочек.

Гордый собой Чирей почап amp;я к Деду Морозу. Дед Мороз порылся в мешке и достал «Самоучитель карточных фокусов». Это был еще более-менее приличный подарок, ведь в предыдущий раз из мешка появилась телескопическая дубинка...

Дед Мороз был красен как рак, но не оттого, что парился в вертухайском овчинном тулупе, типа, похожей на зипун шмотки не нашлось, а от стыда. Уел-таки начальника СИЗО «Углы» Игоря Борисовича Холмогорова Шрам. Даже повязанный Вензелем, нашел способ ткнуть Холмогорова мордой в дерьмо. И еще знал Холмогоров, что не простит Шрам измены.

Часть шпаны крутилась вокруг красавицы елочки. Один малец из баллончика для заправки зажигалок стравливал под корни бензин:

- Только все закричат: «Елка-елочка, зажгись!..»

Другому мальцу глянулась неосторожно низко висящая на еловой лапе цель - рождественский колокольчик. И малец за ней потянулся, но тут же схлопотал леща от старшего товарища:

- Ты что, не знаешь, что в своей хате воровать западло?

Более взрослые шкеты кучковались вокруг Снегурочки Анжелы и откровенно пялились на ее ножки в фильдеперсовых чулочках.

- Кто еще хочет рассказать стишок? - амурным голосом ворковала Анжела.

Не дожидаясь, кто там еще хочет чего рассказать, Дед Мороз вдруг отпустил мешок, и подарки посыпались на пол: кастетики, заточечки, пугачи... А Дед Мороз сомнамбулой разрезал круг мальцов, вышел в коридор, достал из-под тулупа «Макаров», сунул дуло в рот и сделал фейерверк из собственного черепа.

Вот так начальник тюрьмы испортил детям светлый праздник.

* * *

Занавес пополз вверх, будто юбка сигающей по лужам Екатерины Второй. Согласно театральным законам сейчас должны показаться башмаки, потом трико, подолы, платья, кафтаны, раскрасневшиеся счастливые лица, а поверх них шляпы, картонные облака, птицы на веревочках. И грянет гром благодарных оваций, и поковыляют счастливые артисты к краю сцены на общий поклон.

Занавес полз - подолы не показывались. Их законное место занимали тупоносые ботинки и широкие темные штаны. На краю сцены, имеющем театральное погоняло - авансцена, стояло шестеро пацанов с гранатометами «Муха» на плечах. И выцеливали галерку. Оба-на!!!

Все выше, выше и выше поднимался занавес. И под жерлами гранатометов никому из зрителей уже не было интересно смотреть в глубь сцены на вторую группку в черных комбинезонах с короткоствольными автоматами, которые бульдогами скалились на пугливую кучу артистов, вскинувших руки вверх и жмущихся к заднику.

Оркестр сломал, не догудев, торжественную ноту. Лишь тарелочник отбивал свою партию дальше.

Зал секунду переваривал - «режиссерская находка?», «оперные понты?», «новогодние шутки?» - а потом дружно охнул. Взвизгнула первая баба. И понеслось.

Загромыхали кресла. Бабий визг под бой оркестровых литавр смерчем заюлил к люстре. Раскручивающейся турбиной поднимался рокот мужских басов. В рядах забликовали выхватываемые волыны. В запорах у дверей шваркнули первые удары по мордасам на тему, кто кому должен уступать очередь при шухере. Завязывалась возня и среди кресел. В оркестровой яме захрустело растаптываемое дерево «страдиварей», лопались струны, покатились, звеня, тарелки.

- Нету его! Нет! Сбежал! Убег! - волновались пацаны с «мухами», водя прицелами гранатометов по галерке. - Нет! Слинял!

Итак, сводный отряд махновско-киселевских пацанов волновался на сцене со своими гранатометами, а Вензеля, где предполагалось, не нашлось. Там лишь Жора-Долото сползал на пол, чтоб скрыться от гранат за щуплым бортиком. Сползая, Жора ловил ушами выкрики на русском и нерусском, выкрики снизу, сверху и сбоку. И наконец, уже змеясь меж стульев к выходу, Долото разобрал заветное:

- Пожар, братушки!!!

Монтер сцены Булгакин, связанный по рукам и ногам и брошенный всеми на стуле посреди монтерской, подгарцевал к пульту, как честный рыцарь Печального Образа:

- Ща я вам устрою куйрам-байрам.

Одно, осознавал Булгакин, нехорошо - башкой придется работать.

Единое целое «монтер - стул» подпрыгнуло, как смогло. Булгакин опустил голову на пульт, проехал по нему, цепляя тумблеры зубами, умудряясь переключать их затылком, потерял равновесие и завалился на пол. Ну чего-то ухватил. Главное - переполох. Главное привлечь внимание сил правопорядка.

«Эх, - Булгакин карусельным способом развернул себя и стул в нужную сторону, - до рубильничков бы дотянуться...»

... На сцену валил дым пароходной густоты. Валил, казалось, отовсюду. Заходил с флангов, полз из щелей задника, выкатывался из суфлерской будки.

- Пожар!!! Пожар!!!

Это был третий краеугольный камень в параллельном спектакле «Пожар в Мариинке» (режиссер - Волчок, музыка Вензеля, либретто Сергея Шрамова). На такой шухер владелец списков должен был срочно выковырять компроматную заначку из щели и дернуть на служебный выход. Где, как было приказано, спецом дежурили вензелевские торпеды с фотками всех подозреваемых в небрачном зачатии.

Тут бы театральных знаменитостей погрузили в автобус, куда-нибудь отвезли и надежно обшманали. А по одной звезде отлавливать и допрашивать - слишком долго и стремно. И враги могут опередить, и менты на загривок могут сесть. Операцию следовало организовать быстрой, будто укус скорпиона. Раз - и в дамки.

Жаль, в тему вписались Кисель с Махно с отсебятиной, подкрепленной гранатометами.

Артисты хлынули врассыпную.

- Стоять, фраерня! - Над их головами протрещала автоматная очередь.

Страница 61 из 66

Вам также может понравиться

Страница 1 из 25

Назад1225Далее