Загрузка...
Назад в библиотеку
Риторика — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Риторика

Автор Аристотель
12+269 читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригиналаgr
Возрастное ограничение12+
Жанры
ораторское искусство / риториказарубежная образовательная литературазарубежная старинная литературакниги по философииантичная литература
Темы
эффективное общениеискусство убежденияпубличные выступленияискусство общениязнаменитые ораторы

Описание

Книга Аристотеля «Риторика» систематизирует искусство убеждения, рассматривая его как сочетание логики, эмоций и этики, и предлагает практические инструменты для построения эффективных речей.

Главный конфликт / проблема

Как достичь убедительности речи, сочетая логические доказательства, эмоциональные воздействия и этические основания.

Ключевые идеи

  • Риторика как универсальное искусство, связанное с диалектикой
  • Классификация видов речей и слушателей
  • Три элемента речи: оратор, предмет, аудитория
  • Технические и нетехнические средства убеждения
  • Роль закона, справедливости и блага в риторике
  • Энтимема и пример как основные логические инструменты
  • Доверие к оратору основано на разуме, добродетели и благорасположении.
  • Страсти (гнев, презрение, любовь, дружба, ненависть, зависть, соревнование) являются ключевыми инструментами убеждения и требуют точного управления.
  • Стиль – сочетание содержания и формы речи, важность ясности и ритма
  • Различия между поэтическим и риторическим стилем
  • Правила использования эпитетов, метафор и сравнений
  • Структура речи: ввод, изложение, доказательство, заключение

Вывод

Риторика объединяет логическое доказательство, эмоциональное воздействие и этическую убедительность, позволяя оратору убедить аудиторию и достичь поставленной цели.

Кому полезна

  • Ораторы и публичные выступающие
  • Студенты философии и риторики
  • Юристы и политики
  • Преподаватели и исследователи

Главные темы

  • Понятия и классификация риторических речей
  • Эмоциональные аспекты убеждения
  • Стиль и структура ораторского выступления

Персонажи

  • Аристотель — Философ, основатель риторики, связывает её с диалектикой, выделяет три вида речей и три типа аудитории, подчёркивает роль закона и справедливости, эмоциональные аспекты, средства убеждения и правила стиля.
  • Ахилл — Пример гнева: когда Агамемнон обесчестил его, демонстрируя, как оратор может вызвать эмоциональный отклик.
  • Агамемнон — Пример действия, вызывающего страсть: обесчестил Ахилла, показывая, как действия могут вызвать гнев.
  • Феодор — Обсуждает принципы стиля, различия между риторическим и поэтическим стилем, правила использования эпитетов, метафор и сравнений.
  • Горгий — Использует метафоры и эпитеты в поэзии, демонстрируя отличие риторики от поэзии.

Цитаты

  • Риторика — искусство, соответствующее диалектике, так как обе они касаются таких предметов, знакомство с которыми может некоторым образом считаться общим достоянием всех и каждого.
  • Риторика полезна, потому что истина и справедливость по своей природе сильнее своих противоположностей.
  • Он в зарождении сладостней тихо струящегос меда, Скоро в груди человека, как пламенный дым, возрастает!
  • Гнев наш обращается и против тех лиц, которые, огорчая нас, нисколько об этом не заботятся; поэтому мы сердимся на тех, кто приносит нам дурные вести.
  • "Стиль будет обладать надлежащими качествами, если он полон чувства, если он отражает характер и если он соответствует истинному положению вещей."
  • "Достоинство стиля — ясность. — Выражения, способствующие ясности стиля."

Сводка по автору из Wikidata

-038–-032. Ἀριστοτέλης. древнегреческий философ, ученик Платона

Читать онлайн

Страница 4 из 58

Она касается тех вопросов, о которых мы совещаемся, но относительно которых у нас нет строго определенных правил, и имеет в виду тех слушателей, которые не в состоянии ни охватывать сразу длинную нить рассуждений, ни выводить заключения издалека. Мы совещаемся относительно того, что, по-видимому, допускает возможность двоякого решения, потому-то никто не совещается относительно тех вещей, которые не могут, не могли и в будущем не могут быть иными, раз мы их понимаем как таковые, — не совещаемся потому, что это ни к чему не ведет.

Делать заключения и выводить следствие можно, во-первых, из того, что раньше было уже доказано силлогистическим путем, а во-вторых, из таких положений, которые, не будучи раньше доказаны путем силлогизма, нуждаются в подобном доказательстве, как не представляющиеся без этого правдоподобными; в первом случае рассуждения не удобопонятны вследствие своей длины, потому что судья ведь предполагается человеком заурядным, а во втором они не убедительны, потому что имеют своим исходным пунктом положения необщепризнанные или неправдоподобные. Таким образом, энтимема и пример необходимо должны быть: первая — силлогизмом, второй — наведением касательно чего-нибудь такого, что вообще может иметь и другой исход. И энтимема, и пример выводятся из немногих положений; часто их бывает меньше, чем при выведении первого силлогизма, потому что, если какое-нибудь из них общеизвестно, его не нужно приводить, так как его добавляет сам слушатель, например, для того чтобы выразить мысль, что Дорией победил в состязании, наградой за которое служит венок, достаточно сказать, что он победил на Олимпийских играх, а что наградой за победу служит венок, этого прибавлять не нужно, потому что все это знают.

Есть немного необходимых положений, из которых выводятся риторические силлогизмы, потому что большая часть вещей, которых касаются споры и рассуждения, могут быть и иными [сравнительно с тем, что они есть], так как люди рассуждают и размышляют о том, что бывает объектом их деятельности, а вся их деятельность именно такова: ничто в ней не имеет характера необходимости, а то, что случается и происходит по большей части, непременно должно быть выведено из других положений подобного рода, точно так же, как необходимое по своей природе должно быть выведено из необходимого (все это известно нам также из «Аналитики»). Отсюда ясно, что из числа тех положений, из которых выводятся энтимемы, одни имеют характер необходимости, другие — и такова большая часть их — характер случайности; таким образом, энтимемы выводятся из вероятного или из признаков, так что каждое из этих двух понятий необходимо совпадает с каждым другим из них.

Вероятное то, что случается по большей части, и не просто то, что случается, как определяют некоторые, но то, что может случиться и иначе; оно так относится к тому, по отношению к чему оно вероятно, как общее к частному.

Что касается признаков (ог\[М\а), то одни из них имеют значение общего по отношению к частному, другие — частного по отношению к общему; из них те, которые необходимо ведут к заключению, называются T? K|jrjpia — приметами; те же, которые не ведут необходимо к заключению, не имеют названия, которое соответствовало бы их отличительной черте.

Необходимо ведущими к заключению я называю те признаки, из которых образуетс силлогизм. Отсюда-то подобный род признаков и называется T? K|jrjpiov, ибо когда люди думают, что сказанное ими не может быть опровергнуто, тогда они полагают, что привели тгкрпрюу, как нечто доказанное и законченное, потому что в древнем языке текрар и ттерск; значат одно и то же.

Из признаков одни имеют значение частного по отношению к общему, как например, если бы кто-нибудь назвал признаком того, что мудрецы справедливы, то, что Сократ был мудр и справедлив. Это — признак, но он может быть опровергнут, даже если сказанное справедливо, потому что он не может быть приведен к силлогизму. Другой род признаков, например, если кто-нибудь скажет, что такой-то человек болен, потому что у него лихорадка, или что такая-то женщина родила, потому что у нее есть молоко, — этот род признаков имеет характер необходимости. Из признаков только один этот род есть тгкрпрюу, потому что он один не может быть опровергнут, раз верна [посылка]. Признак, идущий от общего к частному, [будет таков], например, если кто-нибудь считает доказательством того, что такой-то человек страдает лихорадкой, тот факт, что этот человек часто дышит; это может быть опровергнуто, если даже верно это утверждение, потому что иногда приходится часто дышать человеку и не страдающему лихорадкой.

Итак, мы сказали, что такое, вероятное, признак и примета, и чем они отличаются друг от друга; более же подробно мы разобрали вопрос как об этом, так и о том, по какой причине одни доказательства не выведены, а другие выведены по правилам силлогизма, — в «Аналитике». Мы сказали также, что пример есть наведение, и объяснили, чего касается это наведение: пример не обозначает ни отношения части к целому, ни целого к части, ни целого к целому, но части к части, подобного к подобному, когда оба данных случая подходят под одну и ту же категорию случаев, причем один из них более известен, чем другой; например, [мы предполагаем], что Дионисий, прося себе вооруженной стражи, замышляет сделаться тираном, — на том основании, что ранее этого Писистрат, замыслив сделаться тираном, потребовал себе стражу и, получив ее, сделался тираном; точно так же поступил Феаген Мегарский и другие хорошо известные нам люди; все они в этом случае делаются примерами по отношению к Дионисию, о котором мы хорошенько не знаем, точно ли он просит себе стражу именно для этой цели. Все приведенные случаи подходят под то общее положение, что, раз человек просит себе стражу, он замышляет сделаться тираном. Мы сказали, таким образом, из чего составляются способы убеждения, кажущиес аподиктическими. Между энтимемами есть одно громадное различие, совершенно забываемое почти всеми исследователями, оно — то же, что и относительно диалектического метода силлогизмов; заключается оно в том, что одни из энтимем образуются согласно с риторическим, а также с диалектическим методом силлогизмов, другие же согласно с другими искусствами и возможностями (6uva|j? iq), из которых одни уже существуют в законченном виде, а другие еще не получили полной законченности. Вследствие этого люди, пользующиеся ими, сами незаметно для себя пользуясь ими больше, чем следует, выходят из своей роли простых ораторов. Сказанное нами станет яснее, если мы подробнее разовьем нашу мысль. Я говорю, что силлогизмы диалектические и риторические касаются того, о чем мы говорим общими местами (топами — tottoi); они общие для рассуждений о справедливости, о явлениях природы и о многих других, отличных один от другого предметах; таков, например, топ большего и меньшего, потому что одинаково удобно на основании его построить силлогизм или энтимему как относительно справедливости и явлений природы, так и относительно какого бы то ни было другого предмета, хотя бы эти предметы и были совершенно различны по природе. Частными же я называю энтимемы, которые выведены из посылок, относящихся к отдельным родам и видам явлений, так, например, есть посылки физики, из которых нельзя вывести энтимему или силлогизм относительно этики, а в области этики есть другие посылки, из которых нельзя сделать никакого вывода для физики, точно так же и в области всех [других наук]. Те [энтимемы первого рода, то есть, tottoi] не сделают человека сведущим в области какой-нибудь частной науки, потому что они не касаются какого-нибудь определенного предмета. Что же касается энтимем второго рода, то чем лучше мы будем выбирать посылки, тем скорее незаметным образом мы образуем область науки, отличной от диалектики и риторики, и если мы доберемся до основных положений, то будем иметь перед собой уже не диалектику и риторику, а ту науку, основными положениями которой мы овладели. Большая часть энтимем выводится из этих частных специальных положений; из топов их выводится меньше.

Страница 4 из 58

Назад1…345…58Далее