Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Петр Великий, первое дитя царя Алексея Михайловича от его второго брака с Натальей Кирилловной Нарышкиной, родился 30 мая 1672 года. На четвертом году он осиротел, так как царь Алексей умер в январе 1676 года. Петр остался на попечении матери, царицы Натальи. Первоначальное воспитание, какое он получил, ничем не отличалось от воспитения, вообще дававшегося древнерусским царевичам. На пятом году его стали учить грамоте, и для этого обучения был приглашен дьяк из Приказа большого прихода, министерства финансов, по-нашему, человек искусный в книжном чтении, тихий и небражник, Никита Моисеев сын Зотов. Раз, совершенно неожиданно для него, Зотова вызвали из-за работы в Приказе и привели во дворец в приемную царя…»

Дата написания1902-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Жанры
общая историяпублицистикалитература 20 векарусская классика
Темы
статьи

Читать онлайн

Страница 4 из 5

Перемена в положении верховной власти выражалась не только в этих внешних формах, она сказывалась также и в самом законодательстве. Законодательство Петра Великого отличается от законодательства предыдущего времени двумя чертами. Первое отличие его состоит в том, что оно является всеобъемлющим, оно касается всех сторон жизни подданного. Судебники и Уложение [5] Алексея Михайловича содержат, главным образом, процессуальное право; материального права в них очень немного. Государство XVI и XVII вв. ставит себе немногие задачи: оно берет на себя внешнюю оборону, обеспечивает внутреннюю безопасность и собирает средства для этих двух целей. В этом и заключается его деятельность; оно почти не вмешивается ни в общественную, ни в частную жизнь подданных. Для людей того времени в законодательстве не было нужды, у них была сила, на которую они всегда опирались, и этой силой был обычай. Московское государство жило обычаем, судьи судили в приказах, опиравшихся на обычаи, обычай руководил и частной жизнью человека: в сомнительных случаях он справлялся с тем, как указывал обычай, как повелось от предков. «Так повелось», – и этой ссылки было достаточно, чтобы устранить все сомнения и прекратить всякое колебание. «Так не повелось», и иногда никакими казнями и пытками нельзя было сломить упорство, поддерживаемое этим основанием. В XVIII в. на место обычая поставлен разум, который объявляет обычаю беспощадную войну, который стремится изгнать его из всех сфер, который всю жизнь перестраивает на новый лад. Отсюда ясно, что закон, основанный на разуме, должен был определить все мельчайшие подробности не только общественной жизни, но и частной. И вот законодательство Петра, как законодательство всех европейских государств того времени, охватывает жизнь подданных решительно со всех сторон. Правительство окружает подданных всеобъемлющим попечением: оно предписывает, как строить города, как строить дома в городах и деревнях, но не ограничивается постройкой жилищ, а шагает за его стены и определяет весь обиход частной жизни; оно указывает, какой внешний облик и какую одежду должен носить подданный, например, одни должны брить бороду и носить немецкое платье, другим – раскольникам – предписывалось носить длинные бороды и русское платье.

Таким образом, законодательство предписывало внешнее обличье и одежду подданных, но оно предписывало также и те науки, которым подданные должны были учиться. Дальше оно не ограничивалось тем, что брало на себя обучение, оно заведывало также и увеселениями. Тогда у государства не было средств для устройства общественных увеселений, поэтому оно вмешивалось в частные увеселения, например, был издан указ об устройстве ассамблей, подробно определяющий, как должен был вести себя хозяин, чем занимать гостей, в котором часу начинать, в котором кончать и т. п. Мало того, что государство вмешивалось в то, как люди должны веселиться, оно указывало также, как они должны лечиться. Петр сам пользовался за границей водами, надо было открыть такие и в России, и вот был открыт железистый источник в Олонецком краю, вода которого была объявлена целительной. Тотчас был издан подробный регламент о том, как надо было пользоваться этими водами. Если больному случалось умереть, то и на такой случай были изданы правила: в каких гробах хоронить, как ставить на могиле памятник и т. п.

Словом, все решительно шаги подданного были строго определены законом: подданные все должны делать по указу, все должно быть «указным», как тогда выражались: жилища должны быть построены по указному плану, обитатели должны одеваться в указное платье, указным образом должны были веселиться, указным наукам учиться и указным образом лечиться, указным образом хорониться и указным порядком лежать в могиле, очистив предварительно душу покаянием в указные сроки. Государство заботится даже о загробной жизни, наблюдая за тем, чтобы подданные ежегодно исповедывались и причащались. Оно не стеснялось даже предписывать правила поведения для тех церковных иерархов, которые облечены были особенною благодатью Святого Духа: вышел закон о том, как должна были держать себя архиереи во время службы – «упражняться в богомыслии и посторонних докладов не принимать».

Таким образом, законодательство охватило подданного со всех сторон его жизни и окружило его всеобъемлющей и самой тщательной опекой. Этот всеобъемлющий характер законодательства Петра – одна из его черт. Вторая черта – это те средства, которые имеет в виду законодатель для исполнения своих законов. До Петра известно было одно следство – угрозы и наказание: законодатель действовал, как суровый педагог, рука которого постоянно вооружена кнутом и плетью. Откройте «Уложение» [6] , на каждом шагу вы увидите там слова: «А буде которые люди учнут делать то-то и то-то, и тех людей казнить без всякого милосердия» или «бить нещадно». Законодательство Петра также не скупится на угрозы, но оно рассчитывает и на другие способы исполнения своих законов: оно стремится повлиять на разум подданного. Вот почему Петр приводит к каждому своему закону мотивы, причем эта мотивировка разрастается иногда в целые политические и естественнонаучные трактаты. Петр стремится прежде всего подействовать на рассудок подданного и только в случае неуспеха обращается к угрозе.

В каждом из его указов непременно встречаем союз «понеже», которым начинается мотивировка закона. Эта неважная часть речи – союз «понеже» – знаменует собою очень важный момент в развитии русской личности. Вместе с отменой обычая писаться уменьшительными именами и земных поклонов при встрече с государем появление этой частицы в тексте законов показывает новые отношения, в которые верховная власть стремится встать к управляемому обществу, рассчитывая на сознательное, разумное исполнение закона, ради его разумных целей, а не на рабское подчинение из-за страха плети. Когда Петр пишет указ, он непременно резонирует. Иногда мотивировка указов разрастается в целые поучения, в которых излагаются политические, юридические и естественнонаучные теории. Приведу примеры этого законодательства. Петр не раз издавал указ о том, чтобы никто не обращался с просьбами лично к государю, не подав прошения в установленных учреждениях и не пройдя всех инстанций. Вот как начинается один из таких указов: «Понеже челобитчики непрестанно е. и. в-ву докучают о своих обидах, везде, во всяких местах, не дая покою; и хотя с их стороны легко рассудить можно, что всякому своя обида горька есть и несносна; но притом каждому рассудить же надлежит, что какое их множество, а кому бьют челом, одна персона есть, и та коли-кими воинскими и прочими несносными трудами объята, что всем известно есть. И хотя б и таки трудов не было, возможно ли одному человеку за так многими усмотреть? Во истину не точию человеку, ниже ангелу, понеже и оные местом описаны суть, ибо где присутствует, и где его нет». Указ о собирании разного рода редкостей мотивирован таким образом: «Понеже известно есть, что как в человеческой породе, так в зверской и птичьей случается, что родятся монстра, то-есть уроды, которые всегда во всех государствах собираются для диковинки… но таят невежды, чая, что такие уроды родятся от действа дьявольского чрез ведовство и порчу, чему быть невозможно, ибо един Творец всея твари Бог, а не дьявол, которому ни над каким созданием власти нет…». Далее объясняются естественные причины таких человечьих, скотских, звериных и прочих уродов.

Страница 4 из 5

Назад1…345Далее