Прежде чем уйти, Дейв договорился о надлежащем уходе и о том, чтобы у постели Энн дежурила сиделка. Нора отвезла его домой, поцеловала на прощанье и сказала:

– Спокойной ночи, Дейв. И не забудь – я всегда в твоем распоряжении.

Дейв улыбнулся.

– Спасибо за все, Нора. Надеюсь, что теперь я стану совсем другим человеком. Я жду, не дождусь, пока вернется моя Энн.

Остаток ночи он проспал, как убитый, а в девять утра уше входил в знакомый вестибюль.

Сиделка, дежурившая в палате Энн, при виде его воскликнула:

– Ого, что-то вы рано!

Чуть поворчав, она упрятала в стенной шкаф сумку, которую принес Дейв, дала ему белый халат и вышла, оставив наедине с Энн.

Дейв нерешительно приблизился и остановился у изголовья кровати. Прекрасное лицо Энн было бледным, как полотно. Но, увидев Дейва, она улыбнулась.

– Привет, бандит, – прошептала она.

– Здравствуй, моя родная. Ну, как ты? Тебе очень больно?

– Нет, просто я чувствую себя очень несчастной.

– Бедненькая моя! И почему это не со мной случилось? Я бы все отдал, чтобы оказаться на твоем месте.

– Ничего страшного, – слабо проговорила Энн. – Бывает и хуже. Я ещё легко отделалась. Я ведь уезжала от тебя, Дейв. Если бы не скала, в которую я врезалась, я бы забрала детей и уехала куда глаза глядят.

В глазах её заблестели слезы. Дейв почувствовал, что в его горле застрял комок.

– Не плачь, родненькая, – выдавил он и, взяв её тонкую бледную руку, лежавшую поверх белоснежной накрахмаленной простыни, начал покрывать её поцелуями. Он почувствовал слабое пожатие её пальцев. – Энн, этой ночью я понял, что люблю тебя больше всего на свете. Я понял, что почти погубил тебя, погубил нас обоих. Во всем, что случилось, виноват только я.

– Нет, Дейв, – покачала головой Энн. – Я тоже перед тобой виновата. Я была… с другим мужчиной, на ранчо Вэнса Мура. Я почти позволила ему овладеть мной. Почти… Мне самой хотелось этого. Я тоже плохая.

– Энн, теперь все это позади. Это было какое-то временное помрачение, но теперь все осталось в прошлом. Кануло в Лету. Понимаешь? Может быть, какие-то другие люди, такие, как Донна Бронсон и Эвери, и могут так жить, но только не мы с тобой. Это не для нас, Энн, милая. Мы с тобой совсем другие.

Энн улыбнулась сквозь слезы.

– Значит, все кончено? – пролепетала она. – Правда?

– Да, мое сокровище! Клянусь тебе!

Она стиснула его руку.

– Жаль, что нельзя сделать так, чтобы ты доказал это прямо сейчас. Ничего, Дейв Логан, погоди только, пока я вернусь домой и сниму этот гипс…

Он нагнулся и поцеловал её.

– Я потерплю, – со смехом сказал он. – Хотя мне уже давно не терпится.

Энн улыбнулась, а её мягкие губы поведали Дейву, что она разделяет его нетерпение.