Читать бесплатно онлайн

Дар Земле

Автор Константин Дмитриевич Бальмонт

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Книга представляет собой сборник стихов Константина Дмитриевича Бальмонта, опубликованную в 1912 году в Париже. В ней собраны поэмы, посвященные природе, любви и человеческим чувствам. Тексты написаны в современной орфографии, сохраняя оригинальный ритм и образность. Читатель погружается в атмосферу романтизма и философских размышлений автора.

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

стихи и поэзия

Темы

поэзиястихиБальмонтпарижромантизмприродалюбовьфилософиясовременная орфографиянаучно-литературный

Читать онлайн

Страница 14 из 14

8

Всё в жизни мировой есть выраженье Единого предвечного Лица, В котором боль и радость без конца, И наши лица лишь отображенье. Творящих сил качанье и броженье, Борьба, чтоб жил, как факел, дух борца, Путь роз и путь тернового венца, Тьмы тем в путях к лучам преображенья. Ты слышал птицу? Что в ней может быть? Какой-то всклик. Нам этот звук не внятен. А в нём предельный зов, мольба любить. И мы могли бы в песне радость пить, Когда б закон миров нам был понятен: – Всё хочет хоть минуту говорить.

9

Всё хочет хоть минуту говорить, Чтобы, явив на миг свою отдельность, Внедриться в многосложнейшую цельность, И смысл чертою новой озарить. Нам нужно бытие боготворить, Пролить на всё вниманье и молельность, Познать предел и рваться в беспредельность, И разрушать, чтоб новое творить. Для царственного счастья созиданья Должны металл калить мы горячей, Взять в нашу радость полноту страданья. Сжать яхонт дня оправою ночей. Уметь сказать, в решении суровом, Молчанием и напряжённым словом.

10

Молчанием и напряжённым словом, Мятежным воплем мечущей души, Молитвою, зате́пленной в тиши, Грозой, что ломит сучья по дубровам, – Прорывом к далям, дальше, к далям новым, Призывом страсти: «Пей! Бери! Спеши!» – Все смелые разбеги хороши, И трубит рог удачи быстрым ловам. Упиться страстью, нежа и любя, Упиться битвой, пляской вдохновенья, Упиться чем-нибудь, но до забвенья, – Вот лучший путь, чтобы найти себя, И тешиться, под бархатным покровом, Звездой небес и запахом сосновым.

11

Звездой небес и запахом сосновым, Росинкой трав и молнией в грозе, Алмазом, загоревшимся в слезе, Играет дух и прячется под кровом. Работает пчелой в цветке медовом, Яри́тся в быстролётной стрекозе, Крути́тся струйкой пыли на стезе, С усмешкой смотрит взором чернобровым. Мелькнёт, лампада ночи, светляком. Нависнет аметистовым удавом, Червём, как храм, земли источит ком. Возникнет альбатросом величавым, Задумает людей тканью учить Крестовиком, свою скрутившим нить.

12

Крестовиком, свою скрутившим нить, Была такая сплетена картина, Что в споре сражена была Афина, Всю жизнь богов сумел в узор он влить. Он радугой умеет распалить Отъединённый замок властелина, И так легко-изящна паутина, Что кружево лишь можно с ней сравнить. Все существа владеют тайным даром, Своим, хотя не всё, что в мире есть, И что дроби́тся численным пожаром, Способен человек в веках прочесть. Хоть разный лик дан соловьям и совам, Один огонь бежит по всем основам.

13

Один огонь бежит по всем основам, И тайнопись огня рассмотрим мы И в яростном пришествии чумы, И в странных снах, являющихся вдовам. Всем Буддам, Брамам, Зевсам, Иеговам Являлся свет в предельностях тюрьмы. Благословим же царство нашей тьмы, Но подожжём её костром багровым. Сожжём себя, коль золота хотим, Сожги себя, коль хочешь возрожденья, Жар-Птицей будешь, реющей сквозь дым. Из новых струн сверкнёт иное пенье. От перстня получи, – чтоб сон сменить, – Желанье в вечном миг свой сохранить.

14

Желанье в вечном миг свой сохранить Даётся всем, один горит алмазом, Другой трудом, благословеньем, сглазом, Но каждый может лик свой оттенить. Лишь лености не дай себя склонить, И остриём пройди по цепким связам, Циклоном дней владеет строгий разум, Умей огнём наряд свой изменить. Был самородок в руднике глубоком. В горнило брошен, изменил свой лик, И круг искусно скован. Ярким оком В нём самоцвет колдующий возник. Так точно, по закону вороженья, В воде затона ивы отраженье.

15

В воде затона ивы отраженье, Нагроможденье каменных громад, Гвоздики алой тонкий аромат, Любимого к любимой приближенье, – Морской волны вспенённое движенье, В венце из молний гром, его раскат, Орёл, и тигр, и мотылёк, и гад, Всё в жизни мировой есть выраженье. Всё хочет хоть минуту говорить, Молчанием и напряжённым словом, Звездой небес и запахом сосновым, – Крестовиком, свою скрутившим нить, Один огонь бежит по всем основам, Желанье в вечном миг свой сохранить.

Примиренье

От тебя труднейшую обиду Принял я, родимая страна, И о том пропел я панихиду, Чем всегда в душе была весна. Слово этой пытки повторю ли? Боль была. Я боль в себе храню. Но в набатном бешенстве и гуле Всё, не дрогнув, отдал я огню. Слава жизни. Есть прорывы злого, Долгие страницы слепоты. Но нельзя отречься от родного, Светишь мне, Россия, только ты.

Звёздный водомёт

Я видел звёздный водомёт, Как будто Северное вдали сияние. Воздушных искр застывший взлёт, Сквозистых занавесей переливание. От опахал легчайший пух, Соткавший веерами игру слиянную, Смотрел в бездонность Вышний Дух, Стремя кудесничеством тоску безгранную.

Страница 14 из 14

Назад 1…13 14Далее