Загрузка...
В каменном колодце — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

В каменном колодце

Автор Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
12+4 читателей
Дата написания1894-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Дети, живущие в каменном дворе пятиэтажного дома, сталкиваются с конфликтом между городскими и деревенскими представлениями, а также с трудовой эксплуатацией. Через приключения Васьки и Кольки автор раскрывает социальные различия и внутренний рост персонажей, показывая, как обстоятельства влияют на их судьбы.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между городскими и деревенскими представлениями и эксплуатация детей в городском труде.

Ключевые идеи

  • Различие между городской и деревенской жизнью и их восприятие детьми.
  • Конфликт и ревность между детьми, проявляющиеся в играх и драках.
  • Влияние дворников и господских детей на порядок и социальную структуру двора.
  • Трудовая эксплуатация детей в жаркое лето.
  • Разрыв между городским и деревенским образованием и пониманием.
  • Стремление к свободе и внутренний конфликт персонажей.

Вывод

Книга приводит к выводу, что социальные различия и эксплуатация влияют на развитие детей, подчеркивая необходимость справедливого отношения к ним.

Кому полезна

  • Историки
  • Педагоги
  • Читатели, интересующиеся детской литературой
  • Люди, ищущие социальную критическую прозу

Главные темы

  • Детская жизнь в Петербурге
  • Социальные различия между городом и деревней
  • Трудовая эксплуатация детей
  • Конфликт и рост персонажей

Персонажи

  • Васька — Беспринципный, но спокойный, он сообщает о поездке в деревню, вызывая ревность у Кольки. Пытается объяснить городским детям сельскую жизнь, но сталкивается с непониманием. В конце становится сапожником, а Колька служит у него подмастерьем.
  • Колька — Он часто толкает других детей, чтобы доказать свою власть, и завидует Ваське. Старается убежать от жестокого учителя, но постепенно осознаёт, что не может уйти.
  • Иван Митрич — Дворник, применяющий физическую силу, чтобы удержать порядок. Иногда шутит и придирается к ученикам, наблюдая за игрой детей.
  • Сапожник — Жестокий, но убеждённый в том, что учёба делает человека. Учит детей ремеслу, часто бьёт их шпандой, но в итоге становится наставником Васьки.
  • Мать Кольки — Боясь насилия, но желая улучшить судьбу сына, соглашается отдать его в ученье.
  • Анютка — Небольшой персонаж, упоминается в контексте семейной жизни сапожника. Не желает драться и теряет глаза грязным кулачком.
  • Матрена — Приводит Ваську к учёбе у сапожника.

Цитаты

  • «Васька, говори всю правду, а то побьем, – предупредил кто-то на всякий случай. – В деревню едешь или на дачу?»
  • «Что же, ежели, например, эти самые ребята вырастут бесстрашными галманами? Каждый человек должен непременно кого-нибудь бояться.»
  • Человеком будет, – убеждал он.
  • Вы просто дураки!

Сводка по автору из Wikidata

1852–1912. Дми́трий Нарки́сович Ма́мин-Сибиря́к. сибирский и русский писатель

Читать онлайн

Страница 2 из 4

– Что же, ежели, например, эти самые ребята вырастут бесстрашными галманами? Каждый человек должен непременно кого-нибудь бояться. Я, напримерно, должен бояться домового управляющего, домовой управляющий – домовладельца, дворники – околодочного, а ребята, ежели на дворе, – дворников. Вот и вся музыка. Очень даже просто…

Что такое значило «бесстрашный галман», все-таки оставалось неизвестным.

Дети постарше выбегали на улицу и заводили здесь свои шалости, постоянно рискуя попасть под лошадь и получая от прохожих тумаки и ругань. Самые смелые добегали до угла улицы, где был устроен крошечный сквер. Улица, обставленная громадными домами, походила на какое-то ущелье, и чахлые деревья в сквере напрасно тянулись кверху за светом и теплом. Они походили на городскую уличную детвору. Такие же испитые, тощие, с какими-то зелеными лохмотьями вместо листвы, и такие же грязные от уличной пыли.

Этот сквер являлся для бедной уличной детворы заветным уголком, но лиха беда заключалась в том, что в сквер пускали только хорошо одетых детей, являвшихся сюда в сопровождении своих нянек и горничных. Они так весело играли на круглой площадке сквера, а бедных оборвышей не подпускали даже к железной решетке сквера. Колька делал несколько отчаянных попыток прорваться в этот заветный уголок, но был изгоняем отсюда стоявшим на посту городовым.

– Куда лезешь, чумазый?.. Разве не видишь, что тут господские дети играют?

Колька в таких случаях вспоминал Ваську, который дышал свежим деревенским воздухом, и клялся про себя, что вздует его.

III

Наступило лето, жаркое, душное, томительное. От накаленных каменных домов и мостовой так и пыхало удушливым зноем. Главное несчастье составляла уличная пыль, висевшая в воздухе. Благодаря ей по вечерам закатывавшееся солнце казалось багровым, раскаленным докрасна шаром. Даже дождь мало освежал воздух, производя томящую испарину. Все дети приуныли, как растения, которые забыли вовремя полить. Они вяло бродили по двору, а днем, в самую жаркую пору, играли где-нибудь по черным лестницам, где всегда было прохладно и сыро. Все были такие бледные, изнуренные, жалкие.

– Эй, Колька, будет тебе баклуши бить! – кричал из подвального окна сапожник. – Пора, брат, и за работу приниматься…

Кольке эти любезные приглашения совсем не нравились, и он показывал сапожнику язык.

– Погоди, пострел, вот я ужо доберусь до тебя! – грозил сапожник.

Он уже несколько раз говорил с матерью Кольки, чтобы она отдала сына к нему в ученье.

– Человеком будет, – убеждал он. – Лучше нашего ремесла нет. И всегда работа, потому что сапоги, брат, первое дело.

Мать Кольки, вдова прачка, сама думала, что давно пора отдать сына куда-нибудь в ученье, но боялась таких учителей, как сапожник. Она достаточно насмотрелась на такую науку, когда учеников морили голодом и били чем ни попало. Жалела она крепко своего Кольку, хотя и был он сорванец. С другой стороны, мальчишка рос без всякого дела и мог избаловаться.

– Вот как избалуется, – уверял ее сапожник, – потом и управы с ним не будет… Говорю: человеком будет.

Долго крепилась бедная женщина, а потом решила отдать Кольку в науку.

Это случилось как раз в средине самого лета, когда Колька попал в мастерскую сапожника. Он был огорчен и ничего не говорил.

– Первое дело, ты не будешь объедать родную мать, – объяснил ему сапожник. – А второе, будешь одет. У меня, брат, такое положение… У матери-то вон руки болят от работы, пора и тебе ей помогать.

Теперь Колька мог наблюдать за игравшими на дворе детьми только из подвального окошка мастерской. Его костюм по-прежнему состоял из одной рубахи, а питаться приходилось картошкой со шкварками. Сапог ученикам не полагалось, потому что, по убеждению сапожника, от сапог бывают только мозоли. Работа у сапожника для Кольки была, собственно, нетрудная. Он сучил верву,[1] мочил кожу, бегал в лавочку и вообще был на побегушках; но скверно было то, что за малейшую провинность сапожник нещадно бил своих учеников шпандырем, то есть толстым ремнем.

– Человеком, негодяй, будешь! – говорил сапожник, производя свою расправу.

Колька как-то сразу притих, отупел и решил про себя, что непременно убежит от такой науки. Сначала у него было желание сделаться человеком, но потом постепенно уменьшалось.

«Убегу», – думал Колька.

Куда бежать – Колька не знал, потому что дальше своей улицы нигде не бывал, но это желание в нем росло и крепло с каждым днем. Сапожник, в свою очередь, отлично знал, как бегают новички ученики, и зорко следил за Колькой.

– Ты у меня смотри, – предупреждал его сапожник. – Я тебя пою, кормлю, я с тебя и шкуру сниму, ежели, например, что-нибудь неподобное. Меня-то вот как били, когда в науке был… Хе-хе! Места живого не осталось…

Все эти речи являлись плохим утешением, и Колька решил непременно бежать. Все равно хуже не будет. В течение каких-нибудь двух месяцев он сильно похудел, ходил весь запачканный ваксой, волосы на голове стояли какими-то клочьями, как на крашеном меху. Но для того чтобы бежать, нужно было иметь запас хлеба, то есть корочек, которые он сберегал от еды. Колька теперь постоянно голодал и отлично понимал, что без хлеба далеко не уйдешь. Потом, и в одной рубахе бежать было тоже неспособно. Но мать как-то сколотилась и подарила Кольке рваный пиджачок, купленный по случаю у татарина. Именно только этого и недоставало Кольке. О сапогах он и не мечтал, но зато мог выбрать по своему вкусу любые опорки.

Но как раз, дело было уже осенью, когда Колька решился привести в исполнение свой заветный план, кухарка Матрена привела в ученье к сапожнику своего сына Ваську.

– Возьми ты его Христа ради, – умоляла она. – В деревне совсем избаловался. Способа с ним нет.

Страница 2 из 4

Вам также может понравиться

Страница 1 из 6

Назад126Далее