Загрузка...
«Gaudeamus» — обложка книги
Дата написания1905-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

В романе «Gaudeamus» автор Леонид Николаевич описывает жизнь студенческого сообщества, где музыка, дружба и внутренние конфликты переплетаются с темами старения и открытости. Главный герой – старый студент, который пытается найти своё место в группе, а остальные персонажи сталкиваются с вопросами традиций, личных сомнений и коллективного выбора.

Главный конфликт / проблема

Ключевой конфликт заключается в вопросе о приёме старого студента в землячество и внутренние сомнения персонажей, особенно Тенора, относительно своей роли и свободы в группе.

Ключевые идеи

  • Пение как средство сплочения и выражения молодости.
  • Конфликт между традиционными ожиданиями и открытостью к новому.
  • Старость и опыт как ценность, но не препятствие к участию.
  • Внутренние конфликты и разногласия между персонажами
  • Тема собрания и разногласия по поводу участия
  • Личные отношения и сплетни, особенно вокруг Дины
  • Проблемы самопонимания и самооценки Тенора
  • Болезнь и внутренний диалог старого студента
  • Важность дружбы и поддержки среди студентов
  • Тема молодости как условного понятия
  • Символика рака как напоминание о жизни
  • Студенский вечер как проявление свободы и хаоса

Вывод

Книга приводит к выводу, что открытость и взаимная поддержка способны объединить разные поколения, но при этом неизбежно остаётся печаль от старения и утраты времени.

Кому полезна

  • Студенты и молодые люди, интересующиеся жизнью студенческих сообществ
  • Читатели, ценящие художественные описания внутренней борьбы и дружбы
  • Люди, ищущие размышления о старении и открытости

Главные темы

  • Студенческая дружба и коллективные традиции
  • Музыкальная культура и её роль в жизни группы
  • Вопросы старения, включения и открытости
  • Внутренние конфликты и личные сомнения персонажей

Персонажи

  • Старый студент — Сорок семь лет, бывший ссыльный, женат, с дочерью, учится в университете, рассказывает о жизни и ценностях. Тёплый, заботливый, поддерживает Тенора и других, но часто посредник. Петр Кузьмич живёт в номере, пишет дневник, интересуется молодостью, болен горлом, стремится к внутреннему пониманию. Часто выглядит печально и одиноко.
  • Дина Штерн — Живёт в роскошной квартире, но не привыкла к богатству, часто пытается удержать порядок и контролировать гостей. Заботится о здоровье старого студента, участвует в танцах, обсуждает с другими студентами о любви и жизни. Удивление и интерес к жизни в комнате, обсуждает отношения Тенора и Дины.
  • Тенор — Скептически относится к исполнению, часто критикует участников, но в итоге поддерживает группу. Скептически относится к собранию, чувствует себя «трусом» и «карьеристом». Приходит пьян, обсуждает голос и эмоции.
  • Онуфрий — Показывает саркастический характер, часто шутит о «келькшозах» и «винах». Высмеивает Тенора, участвует в обсуждении собрания. Приходит с раком, поёт, обсуждает молодость. Онуфрий в тужурке, часто пьёт коньяк и размышляет о любви как вредном чувстве, ведёт разговоры с другими студентами.
  • Лиля — Показывает заботу о других, но сама страдает от холода. Приходит с Тенором, волнуется за него. Участвует в танцах, часто взаимодействует с Онуфрием и другими студентами.
  • Стамескин — Формалист, но открытый к новым идеям, защищает идею включения старого студента. Вносит идеи о резолюции и обсуждает с Козловым и Кочетовым.
  • Козлов — Приходит с раком, обсуждает здоровье. Участвует в танцах, часто обсуждает с Диной и другими студентами.
  • Блохин — Приходит с раком, участвует в разговорах. Участвует в подсчёте, часто перебивает разговоры и добавляет юмор.
  • Капитон — Покупает лекарства, обсуждает с старым студентом, иногда непонятно отвечает.
  • Костик — Ответственен за подсчёт денег, часто участвует в разговоре о продаже билетов и напитков.
  • Кочетов — Ведёт подсчёт, часто ссылается на суммы и обсуждает продажи билетов.
  • Петровский — Часто вмешивается в разговоры, критикует порядок и пытается привлечь внимание к вице‑губернаторше.

Цитаты

  • Молчание — вот истинный ужас для его врага.
  • Проведемте ж, друзья, эту ночь веселее — пусть студентов семья — соберется теснее.
  • Тенор: «Я не хочу умываться.»
  • Онуфрий: «Тенор, ты трус, ты карьерист, ты не можешь прийти в себя от радости.»
  • "Что такое молодость, как не весенняя песнь души, раскрывающей объятия солнцу…"
  • "Старик нездоров."
  • Любовь — вредное чувство.
  • Gaudeamus igitur, Juvenes dum sumus.
  • Будем веселиться, Пока мы молоды. После радостной юности… (лат.)
  • После тягостной старости Нас ведь примет земля! (лат.)

Сводка по автору из Wikidata

1871–1919. 列昂尼德·尼古拉耶维奇·安德列耶夫. российский прозаик, драматург, публицист (1871—1919)

Читать онлайн

Страница 19 из 20

Лиля (плача). Хочешь, я тебе буду говорить «ты», по-товарищески? Миленький, голубчик ты мой! Жаль мне тебя от всего моего сердца! Ну, не надо так, не надо!

Ст. студент. Ты думаешь, что я плачу? Нет, я не плачу. (Поднимает голову.) Взгляни на меня.

Лиля. Бедненький ты мой. Не стоит она твоих страданий. Поверь ты мне хоть разочек в жизни! Лучше вспомни… Наташу, ты сегодня так хорошо рассказывал…

Ст. студент. Молчи, Лиля! Два года день и ночь я звал забвение: приди, приди! — И оно не приходило. А теперь я зову память: вернись, вернись! — и она не возвращается! И я ничего не помню.

Лиля. Но ты сегодня же рассказывал…

Ст. студент (смеясь). Лгал, Лилечка, лгал. Я ведь все время лгу! Как я могу прожить хоть один день не солгавши — или ты не знаешь, чтó такое моя правда, правда вот этой белой головы, дрожащих коленей, изношенного сердца! Ах, Лиля, как глупый фанфарон, я громогласно вызвал на бой самоё судьбу — и вот, раздавленный, лежу у ее ног… даже не жалкий, даже не жалкий! Ну кто пожалеет такого дурака?.. Разве только ты, мое нежное и тоже глупенькое сердечко. Жалеешь меня, Лиля?

Лиля. Жалею, милый. Буду и я когда-нибудь старая…

Ст. студент (улыбаясь). Утешаешь, а сама и не веришь: буду старая! Ты слышишь, Лиля, как пахнет здесь весенними цветами и травой. Послушай, послушай — весенними цветами и травой.

Лиля. Это духи, миленький! Это Дина так душится.

Ст. студент (смеется). Духи! Ах, глупенькая Лиля: ты, может быть, и солнца над головой не видишь? Думаешь, что это лампочка, — сознайся!.. Каждую осень, Лиля, деревья роняют миллиарды листьев, и уже вся земля была бы покрыта ими, как толстым старым одеялом, и не было бы места живому — не исчезай они бесследно. Так исчезну и я, старый, отживший, печальный лист, так глупо проснувшийся весною среди молоденькой, зеленой травки. Не жалеть, а топтать ногою ты должна меня, Лиля!

Лиля. Ну что ты! Тебя просто измучила Дина — сегодня она злая, сегодня я сама боюсь ее.

Ст. студент. Дина? Ты встретила ее, когда она шла отсюда? Ты заметила, что губы ее были в крови? Тише, тише, не надо говорить об этом, а то она услышит и опять придет сюда. Пусть думает, что я мертвый, совсем мертвых они не любят.

Лиля. Что ты говоришь, я не понимаю! Зачем ты пугаешь меня. Пусти мою руку — мне больно… Успокойся, миленький.

Ст. студент (вставая). Боже мой, Боже мой, до же прекрасна жизнь, до чего она прекрасна! Онуфрий сегодня сказал: эх, и жаден же ты до жизни, старик. А он — не жаден? А ты, Лиля? Милые вы мои, голуби вы мои пернатые, пусть останется с вами моя любовь, а я… пойду далеко. Не удалось солгать, пойду на поклон к самой правде: бери меня, вяжи меня, сажай меня на железную цепь! (Смеется.) А то опять убегу! Ну, улыбнись же, Лиля. Товарищ ты мой хороший — сейчас сюда придет Онуфрий и… Ну, Лилечка; и… а что дальше?

Лиля (вспыхивая). Вот уж не ожидала, что ты станешь так говорить… свинство! Ну, слава Богу — хоть засмеялся по-человечески! Только это неправда, и Онуфрия вашего мне совсем не надо: любовь — вредное чувство. Не веришь?..

Оба смеются.

Лиля. Господи, вот удивится сейчас Онуфрий, что я тебе «ты» говорю. Но ты такой милый… постой, ты же говорил, что не будешь плакать! Как же это так, зачем же ты обманул меня, а я, глупая, и поверила! Ну, миленький!..

Ст. студент. Одну слезиночку-то можно, одну, Лилечка, всего-навсего одну? Видишь — уже смеюсь.

Лиля. Тише, наши идут! (Хватая его за руку.) Теперь ты навсегда мой друг. Ты вот что, ты поцелуй-ка меня, пока Онуфрий не увидел, а то он может с ума сойти. (Целуются.) Вот так! Никто и не видал!

Вваливается Онуфрий и с ним кучка студентов, в том числе Костик, Кочетов, Тенор и другие. Старый Студент и Лиля отходят к стороне.

Шум веселый, восклицания.

Онуфрий. Опять на родине! Какая тут тишина, Сережа, какой воздух! Нет, больше в эту кашу не полезу, суета сует и всяческая суета, и все танцуют, как в аду. Стой, кто коньяк мой выпил? Его было в три раза больше.

Кочетов. Опять шампанского не хватило. Что стоило взять несколько лишних бутылок, потом можно было вернуть. Это все Петровский, черт его возьми.

Костик. Потом сосчитаем, Кочетов, поздно.

Кочетов. Надо, надо. За шампанское надо сосчитать. Эй, ты, несгораемый шкап, — раскрывайся! (Обшаривает Онуфрия.)

Онуфрий (подняв руки, в одной из которых бутылка). Или это один из самообманов философского ума, который жажду смешивает с объемом? Жажда ли в три раза больше, или бутылка в три раза меньше, — вот проклятый вопрос.

Блохин. Пойди на компромисс: и жажда больше, и бутылка меньше. Ну, наливай, наливай.

Онуфрий. Верно. Какой же ты умница, Сережа. Это ты под моим влиянием так развился. Давай, образуем школу, Сережа. Будем брать учеников… А, могила Гамлета, — хрипишь?

Тенор. Ха-ха-ха! Онуша пьян. Ты знаешь, что сегодня я буду петь?

Ст. студент (подходя). На два словечка, Александр Александрович… у тебя найдется минутка времени? (Отходят.)

Лиля. А я к тебе присяду, Онуфрий. Ты знаешь, вышло гораздо лучше, чем я ожидала… (Шепотом рассказывает ему.)

Ст. студент. Завтра я, Александр Александрович, уезжаю назад… в Москву. Не знаю, удастся ли мне повидаться с тобою, и вот на всякий случай я хочу еще раз поздравить тебя и крепко пожать твою руку.

Тенор. Спасибо, старик. А разве Дина тебе говорила?

Ст. студент. Что?

Тенор. Завтра мы с нею едем в Крым.

Ст. студент. А, к весенним цветам! Там скоро весна, Саша. Весенние цветы!

Тенор. Не знаю — я еще не бывал в Крыму. Должен тебе сказать, что этот… папаша выгнал нас обоих, и мы едем, собственно, с горя. Но это, конечно, не серьезно, и Дина рассчитывает так, что папаша этот сам приедет за нами. Оригинальный старик. Ха-ха-ха! Но, однако же, денег у нас, фью-ю. (Свистит.) Ты слыхал — сегодня я буду петь в хоре: Дина приказала.

Ст. студент. Вот что, милый Саша, не возьмешь ли ты денег у меня? Дело, видишь ли, в том… (Продолжает тихо говорить.)

Быстро входит Петровский.

Петровский. Ой, братцы! Ой, батюшки, спасайтесь, Стамескин пришел, сюда идет, вас, братцы, ищет.

Костик. Да ну! А чтоб его черт!

Онуфрий. Протестую.

Костик. (беспокойно). Чаю ему, что ли, предложить. Да не пьет он чаю. Кочетов, как ты думаешь?

Онуфрий. Глаза мои не могут его видеть, ухо мое не может его слышать, нос мой не может его нюхать, как говорит Соломон в «Песне Песней». Пожалуйста, дети мои, не надо сегодня Стамескина, я этого не выдержу сегодня…

Петровский. Да я соврал, ей-Богу.

Общий смех. В зале музыка смолкла, но публика еще не разошлась: доносится нестройный, веселый шум, требование.

Голоса.

— Испугался, Онуша. Это тебе не вице-губернаторша.

— У него совесть заговорила.

— Гляди, гляди: Онуша языка лишился, ей-Богу.

Костик. А я тебе другой раз, тетя, за этакие шутки голову оторву. Чего от дела отрываешь? Лотоха проклятая.

Петровский. Да я соврал, ей-Богу. Ну, вот и кончен бал. И умаялся же я, братцы.

Костик. (ворчит). То-то, соврал.

Чей-то голос. Господа, в залу. Кончено, чего тут расселись.

Второй голос. Дай поблагодушествовать. Ну и подлец же Онуфрий, хоть бы на донышке оставил. Этакий математический ум, как раз к концу подогнал.

Страница 19 из 20

Вам также может понравиться

Страница 1 из 18

Назад1218Далее