Загрузка...
«Gaudeamus» — обложка книги
Дата написания1905-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

В романе «Gaudeamus» автор Леонид Николаевич описывает жизнь студенческого сообщества, где музыка, дружба и внутренние конфликты переплетаются с темами старения и открытости. Главный герой – старый студент, который пытается найти своё место в группе, а остальные персонажи сталкиваются с вопросами традиций, личных сомнений и коллективного выбора.

Главный конфликт / проблема

Ключевой конфликт заключается в вопросе о приёме старого студента в землячество и внутренние сомнения персонажей, особенно Тенора, относительно своей роли и свободы в группе.

Ключевые идеи

  • Пение как средство сплочения и выражения молодости.
  • Конфликт между традиционными ожиданиями и открытостью к новому.
  • Старость и опыт как ценность, но не препятствие к участию.
  • Внутренние конфликты и разногласия между персонажами
  • Тема собрания и разногласия по поводу участия
  • Личные отношения и сплетни, особенно вокруг Дины
  • Проблемы самопонимания и самооценки Тенора
  • Болезнь и внутренний диалог старого студента
  • Важность дружбы и поддержки среди студентов
  • Тема молодости как условного понятия
  • Символика рака как напоминание о жизни
  • Студенский вечер как проявление свободы и хаоса

Вывод

Книга приводит к выводу, что открытость и взаимная поддержка способны объединить разные поколения, но при этом неизбежно остаётся печаль от старения и утраты времени.

Кому полезна

  • Студенты и молодые люди, интересующиеся жизнью студенческих сообществ
  • Читатели, ценящие художественные описания внутренней борьбы и дружбы
  • Люди, ищущие размышления о старении и открытости

Главные темы

  • Студенческая дружба и коллективные традиции
  • Музыкальная культура и её роль в жизни группы
  • Вопросы старения, включения и открытости
  • Внутренние конфликты и личные сомнения персонажей

Персонажи

  • Старый студент — Сорок семь лет, бывший ссыльный, женат, с дочерью, учится в университете, рассказывает о жизни и ценностях. Тёплый, заботливый, поддерживает Тенора и других, но часто посредник. Петр Кузьмич живёт в номере, пишет дневник, интересуется молодостью, болен горлом, стремится к внутреннему пониманию. Часто выглядит печально и одиноко.
  • Дина Штерн — Живёт в роскошной квартире, но не привыкла к богатству, часто пытается удержать порядок и контролировать гостей. Заботится о здоровье старого студента, участвует в танцах, обсуждает с другими студентами о любви и жизни. Удивление и интерес к жизни в комнате, обсуждает отношения Тенора и Дины.
  • Тенор — Скептически относится к исполнению, часто критикует участников, но в итоге поддерживает группу. Скептически относится к собранию, чувствует себя «трусом» и «карьеристом». Приходит пьян, обсуждает голос и эмоции.
  • Онуфрий — Показывает саркастический характер, часто шутит о «келькшозах» и «винах». Высмеивает Тенора, участвует в обсуждении собрания. Приходит с раком, поёт, обсуждает молодость. Онуфрий в тужурке, часто пьёт коньяк и размышляет о любви как вредном чувстве, ведёт разговоры с другими студентами.
  • Лиля — Показывает заботу о других, но сама страдает от холода. Приходит с Тенором, волнуется за него. Участвует в танцах, часто взаимодействует с Онуфрием и другими студентами.
  • Стамескин — Формалист, но открытый к новым идеям, защищает идею включения старого студента. Вносит идеи о резолюции и обсуждает с Козловым и Кочетовым.
  • Козлов — Приходит с раком, обсуждает здоровье. Участвует в танцах, часто обсуждает с Диной и другими студентами.
  • Блохин — Приходит с раком, участвует в разговорах. Участвует в подсчёте, часто перебивает разговоры и добавляет юмор.
  • Капитон — Покупает лекарства, обсуждает с старым студентом, иногда непонятно отвечает.
  • Костик — Ответственен за подсчёт денег, часто участвует в разговоре о продаже билетов и напитков.
  • Кочетов — Ведёт подсчёт, часто ссылается на суммы и обсуждает продажи билетов.
  • Петровский — Часто вмешивается в разговоры, критикует порядок и пытается привлечь внимание к вице‑губернаторше.

Цитаты

  • Молчание — вот истинный ужас для его врага.
  • Проведемте ж, друзья, эту ночь веселее — пусть студентов семья — соберется теснее.
  • Тенор: «Я не хочу умываться.»
  • Онуфрий: «Тенор, ты трус, ты карьерист, ты не можешь прийти в себя от радости.»
  • "Что такое молодость, как не весенняя песнь души, раскрывающей объятия солнцу…"
  • "Старик нездоров."
  • Любовь — вредное чувство.
  • Gaudeamus igitur, Juvenes dum sumus.
  • Будем веселиться, Пока мы молоды. После радостной юности… (лат.)
  • После тягостной старости Нас ведь примет земля! (лат.)

Сводка по автору из Wikidata

1871–1919. 列昂尼德·尼古拉耶维奇·安德列耶夫. российский прозаик, драматург, публицист (1871—1919)

Читать онлайн

Страница 2 из 20

Дина. (смущаясь). Прошу в столовую, товарищи. Только я должна вас предупредить: водки у меня не бывает. Вина сколько угодно, а водки я боюсь, это такая ужасная вещь!

Костик. Ну и ладно… Вино так вино.

Кочетов. Да и того бы не надо, одно баловство.

Онуфрий. Ты слышишь? Эх, прошли наши времена, Сережа. Вина! Да и того не надо! До какой низости доводит трезвый ум, а?

Блохин. А Стамескин радуется.

Онуфрий (огорчаясь все больше). Мне наплевать, что у тебя римский нос, у меня у самого греческий… Вина! Что я, лошадь, что ли, чтобы пить вино? От вина подагра бывает.

Тенор. Прошу, господа. Отчего ты мрачен, Костя, улыбнись.

Петровский. Озари мир улыбкой.

Костик. Я не мрачен, у меня вид такой фатальный.

Козлов. Отчего ты мрачен, Костя?

Петровский. Кто тебя, Костя, обидел?

Толкаясь и смеясь, проходят в столовую. Лиля отстает.

Лиля (Дине). Диночка, пожалуйста, не угощайте вином Гриневича, ему очень вредно пить, он становится такой беспокойный. Я уже просила Онуфрия Николаевича и сама буду сидеть рядом, но все-таки.

Дина. Хорошо, Лилечка, я буду смотреть. Иди себе.

Лиля уходит в столовую. Остаются Стамескин, Онучина и Дина, которая уговаривает их пойти закусить.

Дина. Ну, пожалуйста, ну пойдемте. Выпейте хоть стакан чаю.

Стамескин. Нет, не хочу.

Онучина. Я тоже. Идите к гостям, вы такая любезная хозяйка. Они без вас стесняются.

Дина. Ну скушали бы чего-нибудь. Пожалуйста!

Онучина. Нет, нет, идите.

Дина нерешительно уходит.

Онучина. Вы не слыхали, Егор Иванович, говорят, что Дина выходит замуж за этого Тенора. Что это, естественный подбор или просто глупость?

Стамескин. Я не собираю слухов.

Онучина. Я также. Мне не нравится любезность Дины, в ней есть что-то неприятное, кокетливое — Дину портит ее красота. А этот господин… Тенор — возмутительно! Вы знаете, у него сейчас нет урока, и он просит у землячества ссуду — неужели ему дадут?

Стамескин. Нет, не дадут. Мы провалим все ссуды.

Онучина. Неужели все?

Стамескин. Все.

Онучина. Но ведь есть очень бедные земляки, Егор Иванович! Та же Лиля — я знаю, она питается только хлебом да чаем. У нее пальто нет!

Стамескин. Ну и пускай питается хлебом и чаем, это достаточно хорошо. Вы же знаете, что деньги нам нужны на другое.

Онучина. Но, Егор Иванович, не все могут жить так, как вы. Такая жизнь требует страшной выдержки, почти геройства…

Стамескин. Вы опять о героях, Онучина?

Онучина. Разве я так сказала? Я ошиблась, ну не герой, но это все равно. Вы не курите, не пьете чаю, вы почти совсем ничего не едите. Ведь это же невозможно, Егор Иванович, вы должны пожалеть себя, ну, просто как рабочую силу! Паншин рассказывал мне, что вы едите хлеб с рыбьим жиром — что же это такое!

Стамескин (краснея). Это очень питательно и вкусно: напоминает семгу.

Онучина. Ах, Егор Иванович, но вы подумайте!..

Стамескин (сухо). Не довольно ли гастрономии, Онучина! И вы… того, пойдите и выпейте стакан чаю. Вы с утра, кажется, ничего не ели.

Онучина (искренно). Да мне ничего и не хочется!

Стамескин. Пойдите.

Быстро подходит Дина.

Дина. Господа, ну пожалуйста! Мне так неловко: мы там едим, а вы…

Стамескин. Пойдите, Онучина!

Онучина. Я выпью только чаю! Я сейчас!

Дина. Пожалуйста.

Онучина уходит.

Дина. А вы? Какой вы упрямый человек… Я вас немного боюсь. Можно присесть около вас? Вы такой строгий.

Стамескин. Пожалуйста.

Дина. Я так много хотела сказать вам, попросить у вас совета. Как вам нравится наше землячество? Я только еще раз была на собрании, но была так увлечена… и все боялась сделать какую-нибудь неловкость. Они вас уважают, Стамескин, и даже боятся, вы знаете это?

Стамескин. Меня мало интересует их отношение.

Дина. Говорят, что вы и ваша партия хотите разрушить землячество. Неужели это правда? А скажите, Стамескин, как… но только совершенно искренно: как вы относитесь к Александру Александровичу? Ну вот этот, Тенор?

Стамескин. Он мне не нравится.

Дина. (волнуясь). Ах, нет, он удивительный человек! Вы слыхали, что он отказался петь? — и он всегда так. Он ведет жизнь аскета, у него железный характер… Вы смеетесь?

Стамескин (смеется слегка в нос). В огне железо быстро деформируется, Дина: при шестистах градусах железные балки уже сгибаются, и все падает. Он карьерист.

Дина. Ну что вы! Вы его совсем не знаете!

Стамескин. Увидите.

Дина. Это неправда. Вы знаете, Стамескин, он из воспитательного дома, у него нет ни родных, ни друзей, и он сам добыл для себя все. Если бы вы знали его жизнь! Это не жизнь, а целая история лишений, подвижничества, страданий… Правда, он иногда кажется странным… Идут — потом…

Онучина (подходя). Там невозможно сидеть! Этот ваш Онуфрий Николаевич говорит невозможные пошлости, и вместо того, чтобы попросить его замолчать — они смеются.

Студенты один за другим выходят из столовой.

Тенор. (кричит). Дина, спасибо! Насытились.

Лиля. Ах, Диночка, Тенор один всю ветчину съел.

Дина. (бледно улыбаясь). Ну и на здоровье.

Лиля. Я никогда не видала, чтобы так ели, он глотает мясо, как людоед.

Костик. Но почему же людоед?

Козлов. Он не для себя ест, а для голоса. Тенору нужно питание.

Петровский. Ей-Богу, братцы! Я раз полез к Тенору под подушку, а у него там колбаса припрятана. Ей-Богу! А мне, подлец, хоть бы кусочек дал.

Тенор. Как он врет! А зачем тебе жизнь, Петруша? Лучше умри от голода, и я спою над тобой ве-ли-ко-леп-ную вечную память. (Тихо напевает и смеется.)

Онуфрий (тащит бутылку). Уединимся у этого келькшоза. У тебя холодный ум, Сережа, и ты это заметь, так принято в обществе: уходя из-за стола, каждый гость тащит с собою бутылку. При английском дворе все так поступают.

Блохин. А я… я не взял.

Онуфрий. Ты меня огорчаешь. Возьми и тащи сюда, да папирос у Козлика захвати, — мои кто-то выкурил.

Костик. А ты хорошо устроился, Онуша.

Онуфрий. Уменье найтись во всяком положении, Костя. Лиля, Лилюша, покровительница всех несчастных, заступница за угнетенных — присядьте ко мне, я открою вам тайну моей жизни.

Лиля. Ну, открывайте, только врите поменьше.

Онуфрий. Две феи караулили мое рожденье: фея порядка и фея строгой трезвости. Но так как я рождался очень долго, то обе не дождались и ушли, а пришла третья фея и принесла бутылку коньяку — это была пьющая фея, понимаете? Ну, вот пришла она…

Продолжает тихо рассказывать, Лиля смеется. Дина и Тенор разговаривают в стороне.

Дина. Ты не должен обращать на это внимания — слышишь? Пусть смеются, пусть шутят… Не смотри на меня так… Пусть шутят, они потом раскаются — и им будет стыдно.

Тенор. Я знаю. Они славные ребята, Дина!

Дина. Они еще не знают, о чем ты мечтаешь. Они еще не знают, что голос тебе нужен не для богатства, не для славы, а для того, чтобы им же дать радость. Как они мало знают тебя!

Тенор. И пусть. Ты даже побледнела, Дина, — не стоит. Какая ты самолюбивая, ты, пожалуй, еще самолюбивее, чем я. Ха-ха-ха!

Дина. Не смейся, я не люблю. И не смей ничего им говорить, слышишь? Ни слова — иначе я рассорюсь с тобою. Не смотри на меня так, мне неловко… Пусть думают, что ты пустой человек… карьерист! Ты и мне не смей петь, пока не научишься — я не хочу слушать любителя.

Тенор. Ого! Сильно сказано.

Страница 2 из 20

Вам также может понравиться

Страница 1 из 18

Назад1218Далее