Загрузка...
В родном углу — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

В родном углу

Автор Антон Павлович Чехов
12+58 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Темы
рассказы

Описание

Вера Ивановна Кардина возвращается в родной угол, где сталкивается с семейными обязанностями, социальными ожиданиями и внутренним конфликтом между традицией и индустриальным прогрессом. В ходе повествования она переживает бытовые трудности, размышляет о своей судьбе и, в итоге, решает изменить жизнь, выйдя замуж за доктора Нещапова и работая на заводе.

Главный конфликт / проблема

Вера Ивановна Кардина сталкивается с конфликтом между семейными обязанностями и собственными стремлениями к самореализации в контексте традиционного и индустриального мира.

Ключевые идеи

  • Возвращение Веры в родной угол как поиск свободы и принадлежности.
  • Конфликт между традицией и индустриальным прогрессом, отражённый в образе доктора Нещапова.
  • Семейные обязанности и хаос в доме Тети Даши
  • Внутренний конфликт Веры и её поиск смысла жизни
  • Отсутствие реального образования и развития в сельской жизни
  • Внутренняя борьба Веры между семейными обязанностями и желанием изменить свою судьбу.
  • Тема незаконнорожденности и социального отторжения, проявленная в отказе тети принимать солдата.

Вывод

Книга приводит к выводу, что Вера решает изменить свою жизнь, выйдя замуж за доктора Нещапова и работая на заводе, тем самым переходя от традиционного к современному образу жизни.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся русской литературой и жизнью в сельской России
  • Люди, ищущие вдохновение в поиске личной идентичности
  • Те, кто сталкивается с конфликтом между традицией и современностью

Главные темы

  • Семейные обязанности и социальные ожидания
  • Внутренний поиск самореализации
  • Традиция против индустриального прогресса
  • Рутина и хаос в сельской жизни

Персонажи

  • Вера Ивановна Кардина — 23‑летняя, умная, красивая, недавно окончила институт, владеет тремя языками, ищет смысл жизни, живущая в хаосе, размышляет о будущем и роли в обществе, стремится справиться с семейными обязанностями, но чувствует внутренний конфликт и стремится к переменам.
  • Тетя Даша — Мода, яркое платье, стремится показать Вере, что жизнь будет лучше, но предупреждает о стареющем дедушке. Сильная, но усталая, постоянно занята хозяйством и прислугой, пытается поддерживать порядок, но её усилия почти бесполезны. Сообщает Вере о проблемах Алены и о её возвращении в деревню.
  • Доктор Нещапов — Бледный, стройный, серьезный, символ индустриального прогресса. Серьёзный, но отстранённый, мало интересуется литературой, но привлекает внимание женщин. Вера видит его и решает начать новую жизнь с ним.
  • Дедушка — Седой, толстый, с одышкой, но в памяти Веры был сильным и непокорным человеком. Поглощён едой и пасьянсом, иногда проявляет нежность к Вере, но в основном утомлён.
  • Алена — Молодая, бледная, выполняет домашние работы, но часто бьёт посуду и её жалованье вычитают. Беспечна, часто бегает по дому, но в конфликте с Вера вынуждена покинуть дом.
  • Солдат (новый работник) — Работает в саду, не имеет дома, потерял мать, не хочет возвращаться.

Цитаты

  • Господи, дай, чтобы мне было здесь хорошо.
  • Милая! милая! – говорила тетя, вскрикивая, как в истерике.
  • «Внучка моя единственная! Верочка!»
  • «Он стесняется, душечка… А вдруг ты ему откажешь!»
  • Возьми свой паспорт, уходи с богом. Я не могу у себя в доме держать незаконнорожденных.
  • Он славный… Проживем как-нибудь.

Сводка по автору из Wikidata

1860–1904. Антон Павлович Чехов. русский писатель, прозаик, драматург (1860—1904)

Читать онлайн

Страница 1 из 4

Антон Павлович Чехов В родном углу

I

Донецкая дорога. Невеселая станция, одиноко белеющая в степи, тихая, со стенами, горячими от зноя, без одной тени и, похоже, без людей. Поезд уже ушел, покинув вас здесь, и шум его слышится чуть-чуть и замирает наконец… Около станции пустынно и нет других лошадей, кроме ваших. Вы садитесь в коляску – это так приятно после вагона – и катите по степной дороге, и перед вами мало-помалу открываются картины, каких нет под Москвой, громадные, бесконечные, очаровательные своим однообразием. Степь, степь – и больше ничего; вдали старый курган или ветряк; везут на волах каменный уголь… Птицы, в одиночку, низко носятся над равниной, и мерные движения их крыльев нагоняют дремоту. Жарко. Прошел час-другой, а все степь, степь, и все курган вдали. Ваш кучер рассказывает что-то, часто указывая кнутом в сторону, что-то длинное и ненужное, и душой овладевает спокойствие, о прошлом не хочется думать…

За Верой Ивановной Кардиной выехали на тройке. Кучер уложил вещи и стал поправлять сбрую.

– Все, как было, – сказала Вера, оглядываясь. – В последний раз я была здесь еще девочкой, лет десять назад. Помню, выезжал за мной тогда старик Борис. Что, он жив еще?

Кучер ничего не ответил и только сердито, по-хохлацки поглядел на нее и полез на козла.

Нужно было проехать от станции верст тридцать, и Вера тоже поддалась обаянию степи, забыла о прошлом и думала только о том, как здесь просторно, как свободно; ей, здоровой, умной, красивой, молодой – ей было только 23 года – недоставало до сих пор в жизни именно только этого простора и свободы.

Степь, степь… Лошади бегут, солнце все выше, и кажется, что тогда, в детстве, степь не бывала в июне такой богатой, такой пышной; травы в цвету – зеленые, желтые, лиловые, белые, и от них, и от нагретой земли идет аромат; и какие-то странные синие птицы по дороге… Вера давно уже отвыкла молиться, но теперь шепчет, превозмогая дремоту:

– Господи, дай, чтобы мне было здесь хорошо.

А на душе покойно, сладко, и, кажется, согласилась бы всю жизнь ехать так и смотреть на степь. Вдруг неожиданно глубокий овраг, поросший молодым дубом и ольхой; потянуло влагой – должно быть, ручей внизу. На этой стороне, у самого края оврага, вспорхнула с шумом стая куропаток. Вера вспомнила, что когда-то к этому оврагу ходили по вечерам гулять; значит, уже усадьба близко! И вот в самом деле виднеются вдали тополи, клуня; в стороне черный дым: это жгут старую солому. Вот тетя Даша идет навстречу и машет платком; дедушка на террасе. Боже, какая радость!

– Милая! милая! – говорила тетя, вскрикивая, как в истерике. – Приехала наша настоящая хозяйка! Пойми, ведь ты наша хозяйка, наша королева! Тут все твое! Милая, красавица, я не тетка, а твоя послушная раба!

У Веры никого не было родных, кроме дедушки и тети; мать умерла уже давно, отец, инженер, умер три месяца назад в Казани, проездом из Сибири. Дедушка был с большой седой бородой, толстый, красный, с одышкой, и ходил, выпятив вперед живот и опираясь на палку. Тетя, дама лет сорока двух, одетая в модное платье с высокими рукавами, сильно стянутая в талии, очевидно, молодилась и еще хотела нравиться; ходила она мелкими шагами, и у нее при этом вздрагивала спина.

– Ты будешь нас любить? – говорила она, обнимая Веру. – Ты не гордая?

По желанию дедушки отслужили благодарственный молебен, потом долго обедали – и для Веры началась ее новая жизнь. Ей отвели лучшую комнату, снесли туда все ковры, какие только были в доме, поставили много цветов; и когда она вечером легла в свою уютную, широкую, очень мягкую постель и укрылась шелковым одеялом, от которого пахло старым лежалым платьем, то засмеялась от удовольствия.

Тетя Даша пришла на минутку, чтобы пожелать ей спокойной ночи.

– Вот ты и приехала, слава богу, – сказала она, садясь на постель. – Как видишь, живем хорошо, лучше и не нужно. Только вот одно: дедушка твой плох! Беда, как плох! Задыхается и уж забываться стал. А ведь – помнишь? – какое здоровье, какая сила! Неукротимый был человек… Прежде, бывало, чуть прислуга не угодит или что, как вскочит и – «Двадцать пять горячих! Розог!» А теперь присмирел и не слыхать его. И то сказать, не те времена теперь, душечка; бить нельзя. Оно, конечно, зачем бить, но и распускать тоже не следует.

– Тетя, а их теперь бьют? – спросила Вера.

– Приказчик, случается, бьет, а я нет. Бог с ними! И дедушка твой, по старой памяти, иной раз замахнется палкой, но бить не бьет.

Тетя Даша зевнула и перекрестила рот, потом правое ухо.

– Здесь не скучно жить? – спросила Вера.

– Как тебе сказать? Помещики теперь перевелись, не живут тут; но зато понастроили кругом заводов, душечка, и тут этих инженеров, докторов, штейгеров – сила! Конечно, спектакли, концерты, но больше все карты. И к нам ездят. Бывает у нас доктор Нещапов, из завода, такой красивый, интересный! В твою фотографию влюбился. Я уж и решила: ну, думаю, это Верочкина судьба. Молодой, красивый, со средствами – партия, одним словом. Ну, да ведь и ты у меня невеста хоть куда. Фамилии хорошей, имение наше заложено, но – что ж? – зато устроено, не запущено; моя тут есть часть, но все тебе останется; я твоя послушная раба. И покойный мой брат, папочка твой, пятнадцать тысяч оставил… Ну, однако, я вижу, у тебя глазки слипаются. Спи, деточка.

На другой день Вера долго гуляла около дома. Сад, старый, некрасивый, без дорожек, расположенный неудобно, по скату, был совершенно заброшен: должно быть, считался лишним в хозяйстве. Много ужей. Удоды летали под деревьями и кричали – «у-ту-тут!» таким тоном, как будто хотели о чем-то напомнить. Внизу была река, поросшая высоким камышом, а за рекой, в полуверсте от берега, – деревня. Из сада Вера пошла в поле; глядя в даль, думая о своей новой жизни в родном гнезде, она все хотела понять, что ждет ее. Этот простор, это красивое спокойствие степи говорили ей, что счастье близко и уже, пожалуй, есть; в сущности, тысячи людей сказали бы: какое счастье быть молодой, здоровой, образованной, жить в собственной усадьбе! И в то же время нескончаемая равнина, однообразная, без одной живой души, пугала ее, и минутами было ясно, что это спокойное зеленое чудовище поглотит ее жизнь, обратит в ничто. Она молода, изящна, любит жизнь; она кончила в институте, выучилась говорить на трех языках, много читала, путешествовала с отцом, – но неужели все это только для того, чтобы в конце концов поселиться в глухой степной усадьбе и изо дня в день, от нечего делать, ходить из сада в поле, из поля в сад и потом сидеть дома и слушать, как дышит дедушка? Но что же делать? Куда деваться? И никак она не могла дать себе ответа, и когда возвращалась домой, то думала, что едва ли здесь она будет счастлива и что ехать со станции сюда гораздо интереснее, чем жить здесь.

Страница 1 из 4

Назад124Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 402

Назад12402Далее