Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Партизанское движение в Сибири не раз освещалось в воспоминаниях участников и в художественной литературе. Это вполне понятно. Но мне кажется интересной и та полоса, когда движение еще не оформилось, но уже везде чувствовалось. Обманутое вначале сибирское крестьянство теперь приходило везде к одинаковому выводу: „Какой это порядок: четверть – пирует да торгует, остальные воюют, либо без дела дома сидят“. Ничего яркого, бьющего в глаза в этой полосе жизни, Сибири, но мелочи были настолько показательны, что а решаюсь дать маленький кусок тогдашнего быта, по рассказам непосредственных участников. Здесь нет выдумки. Иногда даже не изменены названия мест и действующих лиц. Оставшиеся в живых могут узнать себя. Время действия февраль-апрель 1919 года…»

Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение0+

Читать онлайн

Страница 3 из 11

«Самое спокойное место»

На площади, в стороне от вокзала, учатся солдаты. По улицам их тоже немало. Часто проходят офицеры.

– Вам куда? – спрашивает извозчик.

– Да где подешевле. На постоялый какой-нибудь.

– К Киличеву свезу. У них купцы останавливаются, – решает извозчик и поворачивает на улицу к Оми. Низенький дом на пять окон, просторный двор. В кухне за чаем парятся пятеро крестьян. Две пустых бутылки показывают, что языки развязались основательно.

– Ты думаешь в том сила, чтоб до краю давить? Нет, брат, с пупа сорвешь.

При входе постороннего – настораживаются, переходят на пустой разговор:

– Ладно, не ершись! Выпьем вот остатнее, и запрягать пора.

– Развоевались у бутылки-то!

Старуха хозяйка в коричневом платке выглядывает от печки на кашель Кирибаева.

Увидев городского человека с дорожным мешком, она бросает предупреждающий взгляд в сторону сидящих за столом и поспешно открывает дверку направо от входа.

– В горенку проходите. Там спокойнее будет. Кирибаев спрашивает о цене. Старуха с приговорками, что теперь все дорого, назначает рубль за сутки.

– Два самовара ставлю. Которым и обед стряпаю. Тут уж сколько пожалуют. По рублю тоже больше платят.

После железнодорожной линии это кажется до смешного мало. В голове мелькает мысль: «Пожалуй, здесь на месяц хватит прожить».

Хозяйка уходит ставить самовар. Плотно закрывает двери.

В комнате тепло. В простенках столики, накрытые вязаными скатертями. Около печи узкий, обитый клеенкой диван. Божества навешано через число. Из угла иконы повылезли в стороны и перешли в картины, тоже с божественным отливом: «Житейское море» «Афон-гора» и т. п.

Кирибаев разделся, стащил с ног валенки, Даже острые приступы кашля не могут заглушить животной радости тепла и освобождения от тяжелой одежды.

В кухне толкутся. Видимо, собираются к отъезду. Слышатся отдельные выкрики, обрывки фраз.

Хозяйка приносит тарелку с хлебом, молоко, два блюда с помакухой.[ 2]

Хочется есть, но надо держать фасон – дожидаться самовара.

Ждать кажется долго. Проглотил один кусок, по-волчьи, не разжевывая. Только разманило.

Старуха притащила самовар.

– У вас, поди, свой чай будет? Сами-то мы кирпичный пьем. И того скоро не будет.

– Ничего, бабушка, какой есть. Я ведь налегке, провизии не вожу с собой.

– А вы откуда будете?

Затевается обычный разговор. Кирибаеву он нужен, чтобы определить положение.

Рассказывает, что ехал по кооперативным делам в Иркутск, да вот простудился и хочет отдохнуть и полечиться.

Старуха сочувственно кивает головой.

– У нас здесь подешевле. В Барабинске вон дорожизь, сказывают. Только вот беспокоят сильно. Каждый вечер обход. Чуть что, – сейчас забирают.

– Кого забирают?

– Да кто их знает. На той неделе вон у меня Сулова Иван Максимыча увели. Бумажку из волости потерял. Ну, и взяли. Мужик-то известный. За двадцать верст живет, мельницу содержит. Три дня просидел. Председатель приезжал из волости. Тогда уж выпустили. Мне за лошадьми ходить – дело несвышное, да и годы не те. А сноха-то у меня не туда смотрит. Все ей гули-погули. Даром, что муж тоже сидит…

Старуха переходит на шепот:

– Сына у меня, Александра, тоже взяли. Сидит теперь. Не пущают к ему. Он, говорят, контрразведка. Нельзя.

Шепот прерывается всхлипываниями.

– Второй уж месяц. А какой он контрразведка, коли чуть жив. Пришел из Германской, газами его отравили. Кашляет, что твое же дело. Постоянно. И харчок с кровью. Прямо сказать, – не жилец, а его в тюрьму…

– Строго, однако, у вас.

– Просто беда. Замаяли чисто. Вот вечером придут – сам увидишь.

Спохватилась, не сказала ли лишку.

– У вас бумаги-то есть?

– Это уж не беспокойся, бабушка. С линии приехал. Без бумаги там не проедешь.

Сильно хлопнула входная дверь. Старуха поспешно вышла.

Началась перебранка. Хриплый женский голос выкрикивал на слова старухи:

– Ежели он сидит, так мне всю жизнь плакать?

– Много их, большевиков-то, слез не хватит.

– Кого стыдиться? Не украла – своим торгую. Людям глянется.

Совсем, видно, оголтелая баба.

В полчаса

Против постоялого – большой каменный дом. Видимо, какого-нибудь купца. Над воротами вывеска, которую раньше не заметил: «Каинская уездная земская управа».

Из ворот выходят крестьяне. Небольшими группами, человек по пять-шесть. Одна группа задержалась в воротах. Раскуривают.

Кирибаев переходит дорогу.

– Что много народу плывет?

– Собрания тут была.

– Насчет чего?

– Да обо всем. О школах сейчас шумаркались.

– Денег, поди, нет?

– Это нашли бы. Учителя нет. Половина школ без дела.

– Ребята баклуши бьют, а им хоть бы что! – оживленно откликается один крестьянин.

– Выбирали, так что сулили! У нас школы первым делом. Нарошно двух учителей посадили в управу.

– Не выходит, значит, у них дело? – замечает одетый хуже других высокий мужик.

– Про кого это говоришь? – злобно набрасывается на него старик, не проронивший до этого ни одного слова.

– На ту, видно, сторону гнешь!

– Никуда не гну. Говорю, не выходит дело, и вся.

– Ребят-то у тебя раньше учили? Лучше, по-твоему, было при той власти?

– Да не к тому я. Чего присыкаешься. К слову пришлось.

Старик поворачивает вправо от ворот и бурчит:

– Как чирей на язык – слова-то у них! Посадить вот сукина сына.

– Садили которые! Поди, донеси! Похвалят на старости лет. Медаль дадут. Мне вон дали… за японску. Потом, обращаясь к другим, прибавляет:

– По бокам надпись: «Вознесет тебя господь в свое время». Ловко?

– Чистохвалы, известно, – неохотно соглашается один. Остальные молчат.

Кирибаев жадно прислушивается.

Делает выводы:

«Есть, значит, свои по деревням. Туда надо. Нельзя ли учителем заделаться?»

В коридоре управы поймал председателя. Бойкий, подвижной человек кооперативно-учительского вида. Небрежно слушает кирибаевский рассказ о причинах остановки.

Вертит в руках «документ» Кирибаева и быстро заключает:

– Пустяки. Видно, что интеллигентный человек. Идите в отдел. Там выберите место.

– Куда это?

– Через квартал. К собору. Там Кузьмина спросите. Записку вот передайте.

В отделе чувашин-секретарь Кузьмич Кузьмин обрадовался новому учителю.

– Вам куда желательно?

– Много разве мест?

– В сорока трех школах совсем нет учителей. Да и в остальные пополнения надо.

– Где бы посмотреть?

– Список у нас есть. Карту вон взгляните.

Кузьмин указывает на карту уезда, которая резко делится на две полосы: зеленую и светло-коричневую – лес и степь.

Красными кружками отмечены на карте школы. Только два-три кружка с двойной обводкой. Это школы повышенного типа.

Кирибаев тянется к крайнему пятнышку в северо-восточной стороне зеленой полосы.

Прочитывает вслух надпись: Бергуль.

Секретарь еще больше оживился.

– В Бергуль можно. Там уже давно ждут учителя. Школа там новая.

– И лес там? – спрашивает Кирибаев.

– Лесу там! о-о! Коренной урман. Ремы. Постройки на подбор.

– Далеко отсюда?

– Ну, верст сто с лишним.[ 3]

– Так вот на Бергуле и остановимся.

– Пишите заявление.

Услужливо предлагает бумагу, перо. Даже стул придвинул.

«Сошлись, значит», – ухмыляется про себя Кирибаев и пишет: «Представляя при сем удостоверение… э… прошу…»

Секретарь берет написанное, заносит в книгу, пишет что-то на особом листе и уходит.

Страница 3 из 11

Вам также может понравиться

Страница 1 из 102

Назад12102Далее