Загрузка...
Слепой музыкант (сборник) — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Слепой музыкант (сборник)

Автор Владимир Галактионович Короленко
6+2006198 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение6+
Темы
сборник рассказов

Описание

Сборник рассказов Владимира Короленко, в котором автор исследует судьбы людей, оказавшихся в суровых условиях ссылки, трудностей в Сибири и семейной адаптации слепого ребёнка, раскрывая темы свободы, ответственности и сострадания.

Главный конфликт / проблема

Борьба персонажей с внешними и внутренними ограничениями – от ссылок и суровых условий до слепоты и личных предубеждений, и поиск пути к свободе и пониманию

Ключевые идеи

  • Перечень произведений
  • Обзор структуры книги
  • Суровые условия перевозки заключённых и строгий контроль экипажа
  • Внутренняя динамика арестантской артели и последствия смерти трёх заключённых
  • Планирование и осуществление побега с привлечением местных знаний
  • Роль старого бродяги Буран как символа решимости и риска
  • Сложности взаимодействия с охраной и местными кордонами
  • Потеря Буран и её влияние на дальнейшие действия группы
  • Каждый человек находится на «линии» судьбы, которую формируют с детства.
  • Ответственность за свою жизнь может быть скрыта и не осознаётся до тех пор, пока не возникнут обстоятельства, заставляющие задуматься.
  • Суровые условия почтового пути и роль водки как средства выживания
  • Взаимоотношения между почтальоном и станционным мастером, раскрывающие трудности службы

Вывод

Книга приводит к выводу, что даже в самых трудных обстоятельствах человек может найти свет через взаимную поддержку, ответственность и сострадание.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся историей России и психологией
  • Люди, ищущие вдохновение и понимание человеческой природы
  • Те, кто ценит семейные отношения и социальную справедливость

Главные темы

  • Судьба и свобода в условиях ссылки
  • Философские размышления о судьбе и ответственности
  • Адаптация слепого ребёнка и семейная поддержка
  • Внутренний рост и сострадание

Персонажи

  • Василий — Василий, бывший помощник старосты, проявляет решимость и умение собирать людей для побега. Он привлекает Буран и организует поиск лодок, но сталкивается с внутренними сомнениями и опасениями.
  • Бесприютный — Бесприютный живёт в дороге, имеет глубокие размышления о судьбе и линии жизни.
  • Семенов — Семёнов интересуется книгой и пытается понять, что важно для Бесприютного.
  • Максим — Смотрит на слепого ребёнка как на своего собственного инвалидного члена семьи. Он убеждает мать, что ребёнок может развить другие чувства, и начинает помогать в адаптации.
  • Петр — Петр переживает внутренний кризис, начинает ощущать новое чувство и желание видеть, переосмысливает отношение к слепым и бедным, открывает сострадание и находит свет в музыке.
  • Эвелина — Её слова «неужели ты никогда не думал об этом?» пробуждают у Петра новое чувство и желание видеть.
  • Петрусь — Родился слепым, но постепенно учится ползать, распознавать людей по запаху и голосу, развивая слух и осязание.
  • Мать — Молодая женщина, погружённая в глубокий сон, но быстро реагирующая на крик ребёнка. Сначала не понимает причины, затем принимает реальность слепоты и начинает сотрудничать с дядей Максимом.
  • Марья — Трудолюбивая женщина, которая несёт хлеб и участвует в пахоте.
  • Тимофей — Изношенный, но добродушный человек, который рассказывает о своей жизни и работе.
  • Почтальон — Молодой, измотанный, но решительный, использует водку для выживания и доставляет культурные предметы.
  • Копыленков — Дружелюбный, гостеприимный, но строгий к правилам, обсуждает с почтальоном условия службы.

Цитаты

  • Серое кандальное общество казнило своих отступников.
  • Не избыть острова!
  • «Не договаривает!.. Да!.. Как то есть надо понимать. Вот у вас племянник. Чать, у него отец с матерью?»
  • «Каждый человек поставлен на линию, – подтвердил он, – вот что. Как же теперь понимать, за что отвечать человеку?»
  • Че! – отряхнулся он. – Темны берть, мороз улахан
  • А это у вас коньяк?.. Коньячку я еще хвачу
  • «Пахать землю – это не просто труд, это жизнь, которую мы делим с землёй и друг с другом»
  • «Тимофей говорил, что земля принадлежит им, но её использование регулируется местными обычаями и законами»
  • Отчего… отчего он?
  • К сожалению, сударыня, вы не ошиблись… Мальчик, действительно, слеп, и притом безнадежно…

Сводка по автору из Wikidata

1853–1921. Vladimir Korolenko. русский писатель, журналист, публицист, общественный деятель

Читать онлайн

Страница 1 из 155

Annotation

Совестью эпохи называли современники Владимира Галактионовича Короленко (1853–1921). Яркий, самобытный талант рассказчика, искусно владевшего живописным словом, сочетался в нем с публицистическим даром и неутомимой общественной деятельностью. В книгу вошли наиболее известные повести, рассказы и очерки писателя.

Владимир Короленко

Чуднáя Очерк из 80-х годов

Убивец

I. Бакланы

II. Лог под «чертовым пальцем»

III. «Убивец»

IV. Сибирский вольтерианец

V. «Искоренитель»

VI. Евсеич

VII. Заседатель

VIII. «Иван тридцати восьми лет»

IX. Ход

Сон Макара Святочный рассказ

I

II

III

IV

V

VI

VII

Соколинец Из рассказов о бродягах

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

Федор Бесприютный Из рассказов о бродягах

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

X

Река играет Эскизы из дорожного альбома

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

Ат-Даван [21] Из сибирской жизни

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

Х

Марусина заимка Очерки из жизни в далекой стороне

I. Уголок

II. «Бродяжий брак»

III. Пахарь Тимоха

IV. Белая ночь

V. Война

VI. Степан

VII. Заключение

Мороз

I

II

III

IV

V

VI

VII

Огоньки

В дурном обществе Из детских воспоминаний моего приятеля

I. Развалины

II. Проблематические натуры

III. Я и мой отец

IV. Я приобретаю новое знакомство

V. Знакомство продолжается

VI. Среди «серых камней»

VII. На сцену является пан Тыбурций

VIII. Осенью

IX. Кукла

Заключение

Лес шумит Полесская легенда

I

II

III

Слепой музыкант этюд

От автора К шестому изданию [38]

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Эпилог

Владимир Короленко Слепой музыкант (Сборник)

Чуднáя Очерк из 80-х годов

I

– Скоро ли станция, ямщик?

– Не скоро еще, до метели вряд ли доехать, – вишь, закýржавело как, сиверá идет.

Да, видно, до метели не доехать. К вечеру становится все холоднее. Слышно, как снег под полозьями поскрипывает, зимний ветер – сиверá – гудит в темном бору, ветви елей протягиваются к узкой лесной дороге и угрюмо качаются в опускающемся сумраке раннего вечера.

Холодно и неудобно. Кибитка узка, под бока давит, да еще некстати шашки и револьверы провожатых болтаются. Колокольчик выводит какую-то длинную, однообразную песню, в тон запевающей метели.

К счастию – вот и одинокий огонек станции на опушке гудящего бора.

Мои провожатые, два жандарма, бряцая целым арсеналом вооружения, стряхивают снег в жарко натопленной, темной, закопченной избе. Бедно и неприветно. Хозяйка укрепляет в светильне дымящую лучину.

– Нет ли чего поесть у тебя, хозяйка?

– Ничего нет-то у нас…

– А рыбы? Река тут у вас недалече.

– Была рыба, да выдра всю позóбала.

– Ну, картошки…

– И-и́, батюшки! Померзла картошка-то у нас ноне, вся померзла.

Делать нечего; самовар, к удивлению, нашелся. Погрелись чаем, хлеба и луковиц принесла хозяйка в лукошке. А вьюга на дворе разыгрывалась, мелким снегом в окна сыпало, и по временам даже свет лучины вздрагивал и колебался.

– Нельзя вам ехать-то будет – ночуйте! – говорит старуха.

– Что ж, ночуем. Вам ведь, господин, торопиться-то некуда тоже. Видите – тут сторона-то какая!.. Ну, а там еще хуже – верьте слову, – говорит один из провожатых.

В избе все смолкло. Даже хозяйка сложила свою прясницу с пряжей и улеглась, перестав светить лучину. Водворился мрак и молчание, нарушаемое только порывистыми ударами налетавшего ветра.

Я не спал. В голове под шум бури поднимались и летели одна за другой тяжелые мысли.

– Не спится, видно, господин? – произносит тот же провожатый – «старшой», человек довольно симпатичный, с приятным, даже как будто интеллигентным лицом, расторопный, знающий свое дело и поэтому не педант. В пути он не прибегает к ненужным стеснениям и формальностям.

– Да, не спится.

Некоторое время проходит в молчании, но я слышу, что и мой сосед не спит, – чуется, что и ему не до сна, что и в его голове бродят какие-то мысли. Другой провожатый, молодой «подручный», спит сном здорового, но крепко утомленного человека. Временами он что-то невнятно бормочет.

– Удивляюсь я вам, – слышится опять ровный грудной голос унтера, – народ молодой, люди благородные, образованные, можно сказать, – а как свою жизнь проводите…

– Как?

– Эх, господин! Неужто мы не можем понимать!.. Довольно понимаем, не в эдакой, может, жизни были и не к этому с измалетства-то привыкли…

– Ну, это вы пустое говорите… Было время и отвыкнуть…

– Неужто весело вам? – произносит он тоном сомнения.

– А вам весело?..

Молчание. Гаврилов (будем так звать моего собеседника), по-видимому, о чем-то думает.

– Нет, господин, невесело нам. Верьте слову: иной раз бывает – просто, кажется, на свет не глядел бы… С чего уж это, не знаю, – только иной раз так подступит – нож острый, да и только.

– Служба, что ли, тяжелая?

– Служба службой… Конечно, не гулянье, да и начальство, надо сказать, строгое, а только все же не с этого…

– Так отчего же?

– Кто знает?..

Опять молчание.

– Служба что. Сам себя веди аккуратно, только и всего. Мне, тем более, домой скоро. Из сдаточных я, так срок выходит. Начальник и то говорит: «Оставайся, Гаврилов, что тебе делать в деревне? На счету ты хорошем…»

– Останетесь?

– Нет. Оно, правда, и дома-то… От крестьянской работы отвык… Пища тоже. Ну и, само собой, обхождение… Грубость эта…

– Так в чем же дело?

Он подумал и потом сказал:

– Вот я вам, господин, ежели не поскучаете, случай один расскажу… Со мной был…

– Расскажите…

II

Поступил я на службу в 1874 году, в эскадрон, прямо из сдаточных. Служил хорошо, можно сказать, с полным усердием, все больше по нарядам: в парад куда, к театру, – сами знаете. Грамоте хорошо был обучен, ну и начальство не оставляло. Майор у нас земляк мне был и, как видя мое старание, призывает раз меня к себе и говорит: «Я тебя, Гаврилов, в унтер-офицеры представлю… Ты в командировках бывал ли?» – «Никак нет, говорю, ваше высокоблагородие». – «Ну, говорит, в следующий раз назначу тебя в подручные, присмотришься – дело нехитрое». – «Слушаю, говорю, ваше высокоблагородие, рад стараться».

А в командировках я точно что не бывал ни разу, – вот с вашим братом, значит. Оно хоть, скажем, дело-то нехитрое, а все же, знаете, инструкции надо усвоить, да и расторопность нужна. Ну, хорошо…

Через неделю этак места зовет меня дневальный к начальнику и унтер-офицера одного вызывает. Пришли.

«Вам, говорит, в командировку ехать. Вот тебе, – говорит унтер-офицеру, – подручный. Он еще не бывал. Смотрите, не зевать, справьтесь, говорит, ребята, молодцами, – барышню вам везти из замка, политичку. Морозову. Вот вам инструкция, завтра деньги получай, и с богом!..»

Иванов, унтер-офицер, в старших со мною ехал, а я в подручных, – вот как у меня теперь другой-то жандарм. Старшему сумка казенная дается, деньги он на руки получает, бумаги; он расписывается, счеты эти ведет, ну а рядовой в помощь ему: послать куда, за вещами присмотреть, то, другое.

Ну, хорошо. Утром, чуть свет еще, – от начальника вышли, – гляжу: Иванов мой уж выпить где-то успел. А человек был, надо прямо говорить, неподходящий – разжалован теперь… На глазах у начальства – как следует быть унтер-офицеру, и даже так, что на других кляузы наводил, выслуживался. А чуть с глаз долой, сейчас и завертится, и первым делом – выпить!

Страница 1 из 155

Назад12155Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 402

Назад12402Далее