Загрузка...
Веселые молодцы — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Веселые молодцы

Автор Роберт Льюис Стивенсон
0+187 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
приключенияморские путешествияисследованиешотландияисторияпутешествиесказкаокружающая средапотерянный корабльпамятник

Описание

Роман повествует о путешествии автора Роберта Льюиса Стивенсона на остров Арос, где он исследует семейные тайны, морские легенды и затонувшие корабли, сталкиваясь с опасностями и внутренним конфликтом, который приводит к решению отказаться от поисков сокровищ.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между желанием найти сокровища и опасностью, а также внутренний конфликт героя, связанный с семейными обязанностями и страхом перед судьбой.

Ключевые идеи

  • Семейные связи и наследие влияют на судьбу главного героя.
  • Опасность морских рифов и легенды создают атмосферу неизведанного.
  • Поиск сокровищ вызывает внутренний конфликт и моральный выбор.
  • Кораблекрушение «Христос‑Анна» привнесло в Арос новые богатства и суеверия.
  • Нарратор и его спутники сталкиваются с конфликтом между традиционными ценностями и чужими предметами.
  • Песчаная бухта хранит тайны и обломки, которые могут раскрыть историю затонувшего галеона.
  • Буря как катализатор разрушения и внутреннего кризиса
  • Потеря контроля и безумие дяди как реакция на трагедию
  • Судьба и божественное вмешательство в человеческие дела
  • Моральный конфликт между желанием спасения и принятием неизбежного

Вывод

Книга приводит к осознанию того, что поиск сокровищ может привести к разрушению и потере, а истинная ценность заключается в сохранении человеческих отношений и уважении к природе.

Кому полезна

  • Любители приключений
  • Историки и исследователи морских легенд

Главные темы

  • Морские легенды и сокровища
  • Семейные отношения и судьба

Персонажи

  • Роберт Луис Стивенсон — Учёный и любопытный исследователь, возвращающийся на Арос, чтобы изучить семейную историю и разгадать тайны кораблекрушения.
  • Дядя Гордон Дарнеуэй — Бывший моряк, потерявший жену и дочь, стал строгим и скептическим хранителем острова, рассказывающим о кораблекрушениях и морских суевериях.
  • Мери-Урсула — Молодая женщина, дочь дяди, живущая на Аросе, важная для автора.
  • Мери — Серьёзная и приверженная традициям, Мери выражает недовольство чужими предметами и считает уход с острова грехом.
  • Рори — Старый слуга семьи Маклин, передающий легенды о морских духах и русалках, помогает рассказчику и наблюдает за чернокожим.
  • Чарли — Скептически относится к дяде, пытается понять причины катастрофы, переживает страх и сомнения.
  • Чернокожий — Связан с кораблекрушением, остаётся загадкой.

Цитаты

  • Бен-Кайо по-гэльски значит «гора туманов».
  • Гребень, как мы ее называем.
  • «Там мертвецы…»
  • «Неплохие вещи, а? Часы-то какие! Только они не ходят, а скатерть самая что ни на есть льняная.»
  • Господи! — воскликнул я. — Они погибли!
  • Христос-Анна!

Сводка по автору из Wikidata

1850–1894. Robert Louis Stevenson. шотландский писатель и поэт (1850–1894)

Читать онлайн

Страница 5 из 15

— Это, небось, была русалка, — сказал Рори.

— Русалка?! — вскричал мой дядя с невыразимым презрением. — Бабьи россказни! Никаких русалок нет!

— Ну, а на что он был похож? — спросил я.

— На что он был похож? Упаси бог, чтобы нам довелось это узнать! Была у него какая-то голова, а больше Сэнди ничего не мог сказать.

Тогда Рори, уязвленный до глубины души, поведал несколько историй про русалок, морских духов и морских коней, которые выходили на берег на островах или нападали на рыбачьи суда — в открытом море. Мой дядя, несмотря на свой скептицизм, слушал старика с боязливым любопытством.

— Ладно, ладно, — сказал он, — может, оно и так, может, я и ошибся, да только в Писании про русалок ни слова не сказано.

— И про, аросский Гребень там тоже, небось, ни словечка не сказано, — возразил Рори, и его довод, повидимому, показался дяде убедительным.

После обеда дядя повел меня на холм позади дома. День был безветренный и очень жаркий, зеркальную поверхность моря не морщила даже легкая рябь, и тишину нарушали только привычное блеяние овец да крики чаек. Не знаю, подействовала ли разлитая в природе благость на моего родича, но, во всяком случае, он держался более разумно и спокойно, чем раньше. С интересом, почти даже с увлечением обсуждая мое будущее, он только время от времени возвращался к погибшему судну и к сокровищам, которые оно принесло Аросу. Я же слушал его в каком-то тихом оцепенении, жадно впивая глазами столь хорошо знакомый мне пейзаж, и с наслаждением вдыхал морской воздух и дымок от горящего торфа — это Мери развела огонь в очаге.

Миновал час, и мой дядя, который все это время исподтишка поглядывал на маленькую бухту, встал и позвал меня за собой. Тут следует упомянуть, что мощная приливная волна у юго-западной оконечности Ароса вызывает волнение у всех его берегов. В Песчаной бухте на юге в определенные часы прилива и отлива возникает сильное течение, но в северной бухточке (бухте Арос, как ее называют), у которой стоит дом и на которую теперь глядел мой дядя, волнение возникает только перед самым концом отлива, да и тогда его бывает трудно заметить, настолько оно незначительно. Когда дует ветер, его вообще не видно, но в тихие дни, выпадающие не так уж редко, на зеркальной поверхности бухты появляются странные, непонятные знаки — назовем их морскими рунами. Подобное явление можно наблюдать в сотнях мест по всему побережью, и, наверно, есть немало юношей, которые забавы ради пытались найти в этих рунах какой-нибудь намек на себя или на людей близких им и дорогих. На эти-то знаки и указал мне теперь дядя, причем с какой-то неохотой.

— Видишь вон ту рябь на воде? — спросил он. — Там, возле серой скалы? Видишь? Ведь верно, что она похожа на букву?

— Конечно, — ответил я, — я сам это часто замечал.

Похоже на букву «X».

Дядя испустил тяжкий вздох, словно мой ответ горько его разочаровал, и еле слышно произнес:

— Да, да… «Христос-Анна».

— А я, сэр, всегда полагал, что этот знак послан мне и означает «храм».

— Значит, ты его и раньше видел? — продолжал он, не слушая меня. — Дивное дело, страшное дело. Может, он поджидал здесь, как говорится, изначала века. Странное, страшное дело. — Тут он добавил другим тоном: — А еще такой знак ты видишь?

— Вижу, — ответил я, — и очень ясно. У того берега, где дорога спускается к воде, — большое «У».

— »У», — повторил он вполголоса и, помолчав, спросил: — А как ты это толкуешь?

— Я всегда думал, что это указывает на Мери, сэр: ведь ее второе имя

— Урсула, — ответил я, краснея, так как не сомневался, что вот сейчас должен буду объявить ему о своих намерениях. Однако мы думали о разном и оба не следили за ходом мыслей собеседника. Дядя вновь не обратил ни малейшего внимания на мои слова и угрюмо понурился. Я решил бы, что он просто ничего не слышал, если бы следующая его фраза не прозвучала, как отголосок моей.

— Мери лучше ничего об этих письменах не говорить, — сказал он и зашагал вперед.

По берегу бухты Арос тянется полоска травы, удобная для ходьбы, и я молча следовал по ней за моим безмолвным родичем. Признаюсь, я был немного расстроен тем, что лишился столь удобного случая сказать дяде про мою любовь. Однако меня гораздо больше занимала происшедшая в нем перемена. Он никогда не был добродушным, общительным человеком в буквальном смысле этого слова, но то, каким он бывал прежде даже в самые черные минуты, все же не подготовило меня к столь странному преображению. Одно, во всяком случае, было несомненно: его, как говорится, что-то грызло. И я принялся мысленно перебирать слова, начинающиеся с буквы «У», — «уныние», «успех», «удача» и все в том же духе, как вдруг словно споткнулся о слово «убийство». Я все еще размышлял над зловещим звучанием и роковым смыслом этого слова, когда мы достигли места, откуда открывался вид на весь остров — позади виднелась бухта Арос и дом, впереди расстилался океан, усеянный на севере островками, а на юге — синий и ничем не ограниченный. Тут мой проводник остановился и некоторое время молча смотрел на бесконечный водный простор. Затем он повернулся ко мне и сильно сжал мой локоть.

— По-твоему, там ничего нет? — спросил он, указывая трубкой на океан, и тут же вскричал с каким-то диким торжеством: — Послушай, что я тебе скажу! Там все дно кишит мертвецами, как крысами.

Тут он повернулся, и мы направились к дому, не сказав больше друг другу ни слова.

Я мечтал остаться с Мери наедине, но только после ужина мне наконец удалось улучить минуту, чтобы поговорить с ней. Я знал, что нас скоро могут прервать, а поэтому не стал тратить времени и сразу высказал все, что было у меня на душе.

— Мери, — сказал я, — я приехал в Арос, чтобы проверить одну свою догадку. Если я не ошибся, то мы все сможем уехать отсюда, не заботясь более о хлебе насущном, — я сказал бы и больше, только не хочу давать обещания, которые могут оказаться опрометчивыми. Но я лелею надежду, которая для меня важнее всех богатств в мире, — тут я помолчал. — Ты ведь знаешь, о чем я говорю, Мери.

Она молча отвела глаза от моего лица, но и это меня не остановило.

— Я всегда думал только о тебе, — продолжал я, — время идет, а я думаю о тебе все больше, и ты мне все дороже. Без тебя мне в жизни нет ни счастья, ни радости. Ты зеница моего ока.

Она по-прежнему не смотрела на меня и ничего мне не ответила, но мне показалось, что ее рука дрожит.

— Мери! — вскричал я со страхом. — Может быть, я тебе не нравлюсь?

— Ах, Чарли, — сказала она, — разве сейчас время говорить об этом? Не говори со мной пока, ни о чем меня не спрашивай. Труднее всего будет ждать не тебе!

В ее голосе слышались слезы, и я думал только о том, как бы ее утешить.

— Мери-Урсула, — сказал я, — не говори больше ничего. Я приехал не для того, чтобы огорчать тебя. Как ты хочешь, так и будет, — и тогда, когда назначишь ты. К тому же ты сказала мне все, что я хотел узнать. Еще только один вопрос: что тебя тревожит?

Страница 5 из 15

Вам также может понравиться

Страница 1 из 78

Назад1278Далее