Загрузка...
Франц Антон Месмер — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Франц Антон Месмер

Автор Стефан Цвейг
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
МесмерпсихологиямагнетизмисторияпсихотерапияпсихоанализФранц Антон

Описание

Франц Антон Месмер, выдающийся врач и исследователь 18‑го века, создал теорию живого магнетизма, которая привлекла внимание аристократии и научных кругов, но была отвергнута академическими институтами. Его методы, основанные на внушении и психической силе, оказали влияние на развитие гипноза и психоанализа, несмотря на личные трагедии и политические преследования.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между новыми идеями Месмера и устоявшимися академическими институтами, а также политические преследования, которые привели к его изгнанию и потере признания

Ключевые идеи

  • Влияние невидимого флюида и магнетизма на здоровье
  • Переход от магнитной терапии к живому магнетизму и внушению
  • Месмер получил поддержку аристократии, но не научного признания.
  • Академия и Медицинское общество отвергли его теорию, считая её мистической.
  • Ученики и сторонники создали собственные общества, чтобы поддержать и развивать методы Месмера.
  • Появление гипноза и психологии связано с работой Пюисегюра, который развил идеи Месмера.
  • Месмер был обвинён в создании месмеризма, который стал объектом критики и политической репрессии.
  • После изгнания Месмер продолжал практиковать магнетизм в отдалённой Швейцарии, отвергая публичные приглашения.
  • Идеи Месмера, несмотря на личный упадок, в дальнейшем нашли отклик в гипнозе и психотерапии.

Вывод

Несмотря на отторжение и личные трагедии, идеи Месмера о живом магнетизме и внушении заложили фундамент для последующего развития гипноза и психоанализа, подтверждая, что даже отвергнутые научные теории могут оказать глубокое влияние на будущее науки и практики.

Кому полезна

  • историки науки
  • психотерапевты
  • студенты медицины
  • любители истории 18‑го века

Главные темы

  • История развития живого магнетизма
  • Конфликт между новыми идеями и академической наукой
  • Влияние внушения и психической силы в лечении

Персонажи

  • Франц Антон Месмер — Ученый, открывший влияние невидимого флюида, экспериментировавший с магнитами и позже с живым магнетизмом. Месмер стремится к признанию своей теории как науки, отвергает коммерческую выгоду и ищет официального одобрения. После революции теряет славу и богатство, бежит из Парижа, попадает под арест в Вене, затем живёт в Швейцарии, продолжая практиковать магнетизм, но отвергает публичные приглашения.
  • Вольфганг Амадей Моцарт — Друзья с Месмером, использовал его театр для проведения концертов. Был знаком с Месмером и посещал его дом.
  • Мария Антуанетта — Она интересуется новыми идеями и обещает поддержку Месмеру.
  • Людовик XVI — Он приказывает Академии и Медицинскому обществу рассмотреть метод, но в итоге отвергает его.
  • Шарль Делон — Поддерживает Месмера и публикует его брошюру.
  • Мария Терезия Парадиз — Слепая молодая девушка, которую Месмер лечил, утверждая восстановление зрения.
  • Максимилиан Гелл — Поставил Месмеру магнит для лечения путешественницы.
  • Профессор Вольфарт — В 1812 году приглашает Месмера обсудить его метод, но Месмер отказывается.
  • Поль Гонзаго — Обсуждает политические события, в том числе якобинцев, и сообщает о них родственникам.

Цитаты

  • Надобно вам знать, что воздействие воли - немалая статья во врачевании.
  • Магнит безусловно, но не имеет никакого значения, вся та сила, которую я ему приписывал, принадлежит не ему, а самому Месмеру.
  • «Животный магнетизм это вовсе не то, что врачи понимают под словом таинственное средство. Это наука, имеющая свои обоснования, выводы и положения.»
  • «Никакое чудо достаточно чудесным, и никогда не было мошенникам столь удобно, как в эту, одновременно и рассудочную и падкую до сенсаций эпоху»
  • «Если, несмотря на мои усилия, мне не досталось счастье просветить своих современников относительно их собственных интересов, то я внутренне удовлетворен тем, что я исполнил свой долг в отношении общества».
  • «Вскоре судьба его германских соотечественников, Тренка, Клоотца и Адама Люкса, научит его, как слабо держится на туловище во время террора чужеземная голова, и подскажет, что немцу правильнее переменить место жительства».

Сводка по автору из Wikidata

1881–1942. Stefan Zweig. австрийский писатель

Читать онлайн

Страница 1 из 29

Annotation

Месмер, этот "трагический одиночка", открывший эру психотерапии, первый в ряду новых психологов, но пришедший слишком рано и потому приписанный к шарлатанам, Мери Беккер-Эдди - изобретательница Christian Science (метода врачевания верою), учительница величайшей религиозной общины в Америке и Зигмунд Фрейд - создатель направления глубинной психологии и психоанализа - вот герои трилогии Стефана Цвейга о врачевателях души.

Стефан Цвейг

ПРЕДТЕЧА И ЕГО ВРЕМЯ

ЗАРИСОВКА

ВОСПЛАМЕНЯЮЩАЯ ИСКРА

ПЕРВЫЕ ОПЫТЫ

ДОМЫСЛЫ И ПОСТИЖЕНИЯ

РОМАН ДЕВИЦЫ ПАРАДИЗ

ПАРИЖ

МЕСМЕРОМАНИЯ

АКАДЕМИЯ ВМЕШИВАЕТСЯ В ДЕЛО

БОРЬБА СТОРОН

МЕСМЕРИЗМ БЕЗ МЕСМЕРА

ВОЗВРАТ В ЗАБВЕНИЕ

ПРЕЕМНИКИ

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

Стефан Цвейг Франц Антон Месмер

Надобно вам знать, что воздействие воли - немалая статья во врачевании.

Парацельс

ПРЕДТЕЧА И ЕГО ВРЕМЯ

Ни о чем не судят так поверхностно, как о характере человека, а именно здесь нужно быть всего осторожнее. Ни в каких делах не склонны люди менее терпеливо дожидаться целого, а оно, собственно, и создает характер. Я всегда находил, что так называемые плохие люди выигрывают, а хорошие теряют.

Лихтенберг[1]

В продолжение целого столетия Франц Антон Месмер, этот Винкельрид[2] современной психотерапии, занимал место на позорной скамье шарлатанов и мошенников, рядом с Калиостро[3], графом Сен-Жерменом[4], Джоном Ло[5] и другими авантюристами той эпохи. Напрасно суровый одиночка среди немецких мыслителей протестует против позорного приговора университетской науки напрасно превозносит Шопенгауэр[6] месмеризм как самое содержательное, с философской точки зрения, из всех открытий, хотя бы даже оно задавало порою загадок больше, чем разрешало их. Но предрассудок труднее опровергнуть, чем какие бы то ни было суждения. Дурная слава распространяется без проверки, и вот один из наиболее добросовестных немецких исследователей, отважный и одинокий путник, шедший на свет и на блуждающие огоньки и указавший дорогу новейшей науке, прослыл двусмысленным фантастом, подозрительным мечтателем; и никто не дал себе труда проверить, сколько существенных, мирового значения перспектив возникло из его ошибок и давно уже преодоленных крайностей. Трагедия Месмера в том, что он пришел слишком рано - и слишком поздно. Эпоха, когда он выступил, именно потому, что она так величаво гордилась разумом, полностью отрешена от всякой интуиции: это (опять по Шопенгауэру) - сверхумная эпоха просвещенности. За сумеречным сознанием средневековья, благоговейным и смутно чающим, последовало поверхностное сознание энциклопедистов[7], этих всезнаек - так, по точному смыслу, следовало бы перевести это слово, - грубо-материалистическая диктатура Гольбахов[8], Ламетри[9], Кондильяков[10], которой вселенная представлялась интересным, но допускающим улучшения механизмом, а человек - всего лишь курьезным мыслящим автоматом. Полные самодовольства, - ибо они уже не сжигали ведьм, признали добрую старую Библию незамысловатой детской сказкой и вырвали у господа бога молнию при помощи Франклинова громоотвода[11], - эти просветители (и их убогие немецкие подражатели) объявили нелепыми бреднями все, чего нельзя ухватить пинцетом и вывести из тройного правила, выметая, таким образом, вместе с суеверием и малейшее зернышко мистики из прозрачной как стекло (и как стекло ломкой) вселенной своего dictionnaire philosophique[12]. То, чего нельзя было математически проанализировать, они, в бойком своем высокомерии, признали призрачным, а то, чего нельзя постигнуть органами чувств, не только ничтожным, но просто несуществующим.

В такую нескромную, неблагочестивую эпоху, обожествившую единственно свой собственный, исполненный самодовольства разум, явился неожиданно человек, утверждающий, что вселенная наша отнюдь не пустое, бездушное пространство, не безучастное мертвое ничто вокруг человека, но что она непрестанно пронизывается невидимыми, неосязаемыми и лишь внутренне ощутимыми волнами, таинственными токами и напряжениями, которые, в длительной передаче, соприкасаются друг с другом и друг друга оживляют, как одна душа другую, как мысль - мысль. Неосязаемый и не имеющий пока имени, равнозначащий, может быть, той силе, что излучается от звезды к звезде и в лунную ночь поднимает сомнамбул, этот неведомый флюид, мировая материя, способен, будучи передан от человека к человеку, создать поворот в душевных и телесных болезнях и восстановить таким способом ту высшую гармонию, которую мы называем здоровьем. Где источник этой изначальной силы, каково ее истинное имя, ее подлинная сущность, он, Франц Антон Месмер, не может сказать определенно; пока что он, ex analogia[13], именует эту действенную материю магнетизмом. Но пусть испытают, - просит он академии, настаивает он перед профессорами, - какое изумительное действие вызывает этот способ при простом поглаживании кончиками пальцев; пусть без всякой предвзятости познакомятся наконец со всеми этими болезненными кризисами, загадочными состояниями, прямо-таки волшебными излечениями, которые он производит при расстройстве нервов единственно путем магнетического воздействия (теперь мы говорим: внушения). Но академически-профессорская просвещенность упорно противится тому, чтобы бросить хоть один бесстрастный взгляд на все указанные Месмером и стократно удостоверенные явления. Этот флюид, эта сила симпатической передачи, сущность которой не поддается четкому объяснению (уже это одно подозрительно), не значится в компендиуме всех разгадок, в dictionnaire philosophique, a следовательно, подобных вещей не должно быть. Явления, на которые указывает Месмер, необъяснимы при помощи голого разума. Следовательно, они не существуют.

Он пришел столетием раньше, чем следовало, Франц Антон Месмер, и он опоздал на два-три столетия. Ранняя эпоха медицины проявила бы участливое внимание к его сторонним опытам, ибо широкая душа средневековья способна была вместить все непостижимое. Она умела еще изумляться чисто по-детски и верить собственному внутреннему потрясению больше, чем простой видимости. Будучи легковерной, эта эпоха была слишком глубоко проникнута волею к вере, и ее мыслителям, как истовым богословам, так и светским людям, не показалось бы нелепым учение Месмера о том, что между макрокосмом и микрокосмом, между мировою душою и душою индивидуума, между созвездием и человеком существует материально преображенная, трансцендентная связь; и вполне понятным явилось бы его воззрение, что один человек может волшебным образом влиять на другого магиею своей воли и умелым обращением. Без всякого недоверия, с любознательно раскрытым сердцем взглянула бы фаустовски-универсальная мировая наука того времени на опыты Месмера; и в свою очередь, новейшая наука смотрит на большинство психотехнических операций этого первого магнетизера отнюдь не как на фокусничество или чудо. Именно потому, что мы день за днем, едва ли не час за часом узнаем о новых невероятных открытиях и чудесах в области физики и биологии, мы долго и добросовестно колеблемся, прежде чем признать неверным то, что вчера казалось невероятным; и действительно, многие из месмеровских открытий и опытов без труда согласуются с нашим сегодняшним представлением о мире. Кто станет оспаривать нынче, что наши нервы, наши чувства подвержены таинственным и связующим воздействиям, что мы являемся "игралищем любого давления атмосферы", испытывая магнетическое влияние бесчисленных импульсов, внутренних и внешних? Мы, к кому только что сказанное слово в ту же секунду перелетает через океан, не научаемся разве ежедневно наново тому, что окружающий нас эфир оживлен неосязаемыми колебаниями и жизненными волнами? Нет, нас отнюдь не пугает больше мысль Месмера, когда-то оспаривавшаяся, что от нашего индивидуального существа исходит совершенно своеобразная и определенная личная сила, которая, излучаясь далеко за пределы того или другого нерва, способна воздействовать определенным образом на чужую волю и чужую личность. Но роковым образом Месмер явился слишком рано или слишком поздно: как раз та эпоха, в какую он имел несчастье родиться, не обладала органом для смутно-благоговейных чаяний. Никаких камер обскур в делах психики: прежде всего порядок в незатененный свет! И именно там, где начинается таинственная игра сумеречного света, при переходах от сознательного к бессознательному, холодный дневной взор рационалистической науки оказывается вконец слепым, И так как она не признает за душою индивидуальной созидающей силы, то и ее медицина видит в часовом механизме homo sapiens[14] только повреждение органов, больное тело, но ни в коем случае не потрясение душевное. Неудивительно поэтому, что при душевных расстройствах она не знает ничего другого, как только цирюльничью премудрость: слабительное, кровопускание, холодную воду. Помешанных привязывают к колесу и вертят до тех пор, пока пена не пойдет у них изо рта, или колотят до бесчувствия. Эпилептиков накачивают всякими снадобьями, все нервные состояния объявляют просто несуществующими, потому что не умеют к ним подойти. И когда этот отщепенец Месмер впервые начинает помогать при таких заболеваниях посредством своего магнетического, кажущегося магическим воздействия, возмущенный факультет отворачивает глаза и утверждает, что налицо только фокусничество и обман.

Страница 1 из 29

Назад1229Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 195

Назад12195Далее